Чтение онлайн

Лайнел не знал, когда именно заснул, но, открыв глаза, увидел, что сквозь окна в коридор уже проникли первые лучи заледеневшего Солнца. Лайнел, ворча, с трудом встал, чувствуя боль во всем теле, после проведенной на каменном полу ночи. Откуда-то снизу доносились голоса слуг, а едва доносящийся запах свежесваренного кофе и круассанов подсказал, что в столовой уже накрывают завтрак.

Почти целую минуту он боролся с похмельем, пока, повернув голову, не заметил то, что мгновенно его протрезвило: дверь в комнату Теодоры была приоткрыта. Лайнел заглянул туда, но Теодоры не было. Видимо, она просто перешагнула через него, пока он спал.

Осыпая себя проклятиями за невнимательность, Лайнел направился к лестнице, со стороны которой поднимались соблазнительные утренние ароматы. Спустившись в холл, он с удивлением обнаружил у входной двери два чемодана, при том, что никого из людей там не было. Пока он их рассматривал, из столовой послышался голос Теодоры, а затем и ответившего ей чем-то обеспокоенного Александра.

Лайнел поспешил войти и увидел их за столом в компании Оливера. Ни Кернсов, ни Вероники еще не было, графини, к счастью для него, тоже. Профессор, тем временем продолжал разговор:

— … слишком для вас рискованно, но если вы, действительно, все решили, я не в праве вас удерживать. Единственное, что меня успокаивает, это то, что Тристан будет вас сопровождать …

— Тихо, — перебила его Теодора, заметив Лайнела. Александр и Оливер тоже увидели друга, но тот не обратил на них внимания, сконцентрировав все свое внимание на девушке.

— О, кажется, не только мы поднялись сегодня на рассвете, — заметил Оливер.

— О чем вы тут говорили? — спросил Лайнел. В его душе зародилось предчувствие чего-то нехорошего. — Что такого рискованного ты задумала, Теодора?

— И тебе доброе утро, — ответил Александр. Этого было достаточно, чтобы показать свое недовольство поведением друга накануне вечером. — По-моему, тебе следовало бы поздороваться, сесть за стол и поинтересоваться как мы спали. Немного вежливости не повредило бы никому, не так ли?

— Александр, вот только не надо мне сейчас мораль читать. Что вы тут, черт возьми, замышляете?

Теодора, по-прежнему, хранила молчание, медленно попивая горячий шоколад. Оливер чувствовал себя настолько неуютно, что, обменявшись взглядом с Александром, произнес:

— Мы только что узнали, что … Теодора уезжает. Она решила прямо сегодня отправиться в Карловы Вары, чтобы заняться вопросами, которыми…

— Что? — воскликнул Лайнел. Он ушам своим не верил. — Уехать? Вот так, ни с того ни с сего?

— Я бы сказал, что она и так выдержала больше, чем могла бы, — ответил профессор. Теодора благодарно взглянула на него, ставя чашку на стол. — И больше, чем заслуживала.

— Но это… это чистое безумие, особенно после того, что произошло в Оксфорде! Люди Драгомираски повсюду ищут ее и если обнаружат…

— Профессор Куиллс, лорд Сильверстоун, — вмешалась в разговор девушка, вставая из-за стола, — прошу прощения, но мне необходимо закончить сборы. Я попрощаюсь с вами позже.

Она прошла мимо Лайнела, будто его не существовала, и проследовала в холл, но мужчина не собирался позволить ей просто так уйти. Он побежал следом за Теодорой, не обращая внимания на предостережения Александра, и настиг ее у подножия лестницы.

— Теодора, подожди, — тихо попросил он, хватая ее за руку. — Ты сама понимаешь, что все это глупо. Как только ты высунешься на улицу…

— Неужели тебя волнует, что со мной может произойти? — ответила она, рывком высвобождая руку. — Думаешь я поверю, что ты прольешь хоть одну слезу, если меня убьют?

— Сделай одолжение, отбрось сарказм. Я не знаю, что там у тебя такого срочного в Карловых Варах, но уверен, что это может немного подождать. Ты же слышала полковника: как только вызволим Хлою, мы сможем поехать с тобой и …

— Большое спасибо за предложение, но, как ты уже слышал, сэр Тристан вызвался меня сопровождать, хотя ни в чьей помощи я не нуждаюсь.

— Сэр Тристан! — присвистнул Лайнел. — Ну, разумеется, лучший в мире телохранитель!

— Думаешь, он не в состоянии обо мне позаботиться? — спросила Теодора с хорошо знакомым Лайнелу опасным блеском в глазах. — Ты считаешь, что он не способен вести себя со мной как истинный джентльмен? Что ж, возможно, тебе придется с ним считаться, если ты снова примешься меня унижать.

— Вот, значит, в чем дело, — ответил, тряхнув головой, Лайнел. — Я всю ночь провел на полу, готовый извиниться за все глупости, которые наболтал накануне, но тебе этого мало. Чего еще ты от меня хочешь? Чтобы я распростерся у твоих ног?

— Если хочешь знать правду, то я уже ничего от тебя не хочу и не захочу никогда.

Теодора развернулась и пошла вверх по лестнице, волоча за собой подол слишком длинного для нее фиолетового платья. Лайнел изумленно на нее уставился.

— Что ты хочешь этим сказать? Ты не собираешься больше никогда возвращаться к нашим отношениям?

— Ради чего? Чтобы и дальше терпеть от тебя оскорбления? Нет, с меня хватит. Я уже говорила с лордом Сильверстоуном и от всего сердца пожелала ему спасти дочь, но это уже не моя битва, несмотря на то что она тоже ведется против Константина.

— То есть, это ты из-за меня решила так собой рисковать? — Лайнел побежал за ней до верхней ступени. — Собираешься подвергнуть себя опасности лишь из-за того, что я перепил и вел себя с тобой как идиот? Какой в этом смысл?

— Самый что ни на есть здравый. По крайней мере, для меня. Может, и есть на свете женщины, которым достаточно нарыдаться вдоволь в своей кровати, если им разобьют сердце. Но я не такая, — она покачала головой. — Я много страдала в жизни, Лайнел, из-за того самого прошлого, которое я, по твоему мнению, выдумала, дабы тебя соблазнить. Вновь я страдать не собираюсь, даже если ты предложишь мне для этого сотни причин. Больше слёз у меня не осталось, даже для тебя.

Голос ее был преисполнен боли, но говорила она настолько спокойно, что Лайнел ужаснулся, осознав, что это тщательно обдуманное решение. Теодора продолжила подниматься по лестнице, но остановилась, увидев появившегося наверху Кернса.

— А, доброе утро, полковник…, а я все думала, где же вы. Не знаю, сообщил ли вам уже сэр Тристан, но через пару часов мы отправляемся в Карловы Вары и …

— Да, что-то я об этом слышал, — ответил Кернс. В руках у него был свежеотпечатанный, судя по запаху краски, номер «Фигаро»[1]. — Тем не менее, боюсь, что это невозможно, Теодора.