Чтение онлайн

[3] венгерский вариант Евгения

[4] Амнна Памвловна (Матвемевна) Памвлова (31 января [12 февраля] 1881, Санкт– Петербург — 23 января 1931, Гаага, Нидерланды) — русская артистка балета, прима– балерина Мариинского театра в 1906–1913 годах, одна из величайших балерин XX века. После начала Первой мировой войны поселилась в Великобритании, постоянно гастролировала со своей труппой по всему миру, выступив в более чем 40 странах и во многих из них впервые представив искусство балета

[5] House of Worth — французский дом высокой моды, который специализируется на от кутюр, прет– а– порте и парфюмерии. Исторический дом был основан в 1858 году дизайнером Чарльзом Фредериком Уортом. Дом продолжал работать при его потомках до 1952 года, окончательно был закрыт в 1956 году. В 1999 году бренд House of Worth был возрождён.

[6] Так нарекла мисс Стирлинг свой пистолет. «Кармилла» (англ. Carmilla) — готическая новелла Джозефа Шеридана Ле Фаню. Впервые опубликованная в 1872, она рассказывает историю о том, как молодая женщина стала объектом желания женщины– вампира по имени Кармилла. «Кармилла» вышла на 25 лет раньше «Дракулы» Брэма Стокера и была множество раз адаптирована для кинематографа.

[7] Sбrkбny (венг.) — дракон, крылатый змей — персонаж венгерской мифологии.

Его последний правый обрушился прямо на нос противника. Мужчина даже ощутил, как под его кулаком хрустнули кости за мгновение до того, как соперник упал прямо на окружавших их зрителей. Двое из них тоже упали, из-за чего хохот почти заглушил победные вопли поставивших на него и проклятия тех, кто решил, что огромный как медведь гигант из Корнуэлла, разбивший ему губу левым апперкотом в самом начале, разнесет его в пух и прах буквально за пять минут.

Табачного дыма в темном помещении было столько, что едва можно было различить похлопывавшие его по спине руки, пока он разворачивался, подняв вверх вспотевшие руки жестом, который взбудоражил публику еще больше. Кто-то передал бутылку джина поверх моря голов и, Лайнел так изогнулся, чтобы ее достать, что чуть не потерял равновесие. В быстро промелькнувшем мгновении просветления он понял, что это просто чудо, что он все еще стоит на ногах, учитывая содержание алкоголя в его крови нынешним вечером. Толпа расступилась, позволяя ему, пройти, покачиваясь, к барной стойке. Он не обратил ни малейшего внимания на гиганта, который валялся на посыпанном опилками полу и постанывал, прикрыв руками лицо.

Как он и предполагал, Гарольд Бойд, хозяин «Блэксмитс Армс», наблюдал за схваткой вместе с Дейзи, грудастой официанткой, которой Лайнел оставил рубашку и куртку. Когда он подошел, девушка не смогла сдержать возгласа облегчения.

— На этот раз ему это почти удалось, любовь моя, — она чмокнула его в лицо. — Да я чуть не упала, узнав, что сегодня тебе выпало сразиться с этим демоном!

— Я тоже, но совсем по другой причине, — недовольно сказал Бойд. Это был мужчина лет пятидесяти, с мешками под глазами, которые визуально подчеркивали его сварливость. — По-моему, я тебе уже ясно сказал, Леннокс. Я не позволю, чтобы ты снова взялся за свое как с теми парнями из Кроуфорда, особенно после того, что произошло в прошлом месяце. Если сюда опять нагрянет полиция…

— Говори это не мне, а им, — ответил Лайнел, с облегчением навалившись на стойку. Мир, пусть ненадолго, но перестал вращаться. — В конце концов, я свою работу выполнил, не так ли? Благодаря мне ты неплохо тогда подзаработал, так что мы оба в плюсе, верно?

— По-моему, у нас с тобой разные представления о зрелищах, — сухо прокомментировал Бойд. — Ради горсти монет… Тебе не приходило в голову, что Кроуфорд может отомстить, если узнает?

Его недовольство лишь возросло, когда Лайнел усмехнулся. Он раскрыл ладони как ученик перед учителем, показывая, что его руки пусты.

— Не волнуйся, на этот раз я играл чисто. Может, меня вдохновил дух сочельника, или же я начинаю размякать. В любом случае, Бойд, не стоит за меня переживать. Если меня когда-нибудь прикончат при сведении счетов, обещаю не возвращаться с того света, чтобы и дальше портить тебе жизнь.

— Я больше боюсь, что тебя прикончит алкоголь, — мрачно ответил Бойд, и так как Лайнел по-прежнему стоял, протянув руки, то достал из кармана конверт и нехотя отдал. — Здесь твои 10 фунтов. Надеюсь, на этот раз ты растянешь их подольше.

Лайнел прикусил язык, чтобы не напомнить Бойду о том, что большая часть денег, которые тот платил ему за нелегальные бои вновь оседало в карманах хозяина пивной. «В конце концов, он не сказал ничего, что не было бы правдой, — размышлял он, поворачиваясь к официантке, которая протирала кувшины за прилавком. Ему даже не пришлось открывать рот: Дейзи подхватила бутылку джина и поставила перед ним. — Думаю, такой конец будет даже лучше, чем то, что я заслуживаю».

— Какие планы на вечер, любовь моя? — спросила девушка, опершись локтями на стойку бара, пока Лайнел пил. — Тебя где-то ждет ужин?

— Ну, только если кто-то потащит меня на банкет-сюрприз, но это вряд ли, — равнодушно ответил он. — Думаю, отмечать я буду напившись в своей комнате.

— Ты мог бы остаться у меня. Придет моя сестра с мужем и детьми, но надолго они не останутся. Ты знаешь, что изысков у меня не будет, но сегодня же сочельник и…

Лайнел посмотрел на нее поверх стакана. Отблеск свечей выделял бледность ее кожи, но волосы ее были черными. «Слишком черные для меня, — подумал он, торопливо глотая выпивку. — Будь ты проклята, будь ты проклята тысячу раз».

— Мне очень жаль, но не думаю, что составлю приятную компанию, — заверил он девушку, ставя на стойку стакан. — Лучше я тебе потом еще раз за выпивку заплачу выигранными сегодня деньгами.

Он протянул руку, чтобы официантка вернула ему одежду. Было, конечно, не очень-то приятно натягивать ее на мокрое от пота тело, но на улице было слишком холодно, а Лайнел не мог себе позволить проваляться остаток года в постели.

— До встречи, Дейзи, — он натянул потертую куртку поверх рубашки. — Наслаждайся ужином, насколько это возможно с этой мелюзгой. Придется тебе набраться терпения.

— Я уже привыкла, — со смирением ответила она. — Счастливого Рождества, любовь моя.

Лайнел не ошибся: было так холодно, что, едва ступив за порог, он почувствовал, как застучали его зубы. На мостовую сыпал снег, превращая дорогу к дому в зимнюю сказку. Сам не зная почему, он вспомнил те, оставшиеся давно позади, рождественские праздники в Оксфорде: его друзья все вместе сидят вокруг ломящегося от угощений стола, улыбчивые лица, с надеждой смотрящие в будущее, бокалы, поднятые за исполнение желаний, которые так и остались лишь иллюзиями. «Мы должны были понимать, что все было слишком хорошо, чтобы продолжаться долго. Жизнь все вернула на круги своя».