Вкус твоих ран
Шрифт:
Тем не менее, как бы ни смущала сложившаяся ситуация, похоже, ничего не оставалось, кроме как вернуться обратно. Александр пока не мог понять почему оказался единственным, способным видеть происходящее, но все эти проекции явно происходили по какой-то причине. С чувством глубокого сожаления, он вернулся в спальню и остановился на пороге.
Тем временем, молодые, похоже, полностью преодолели смущение. Адоржан возлежал на Либуше, и они целовались с пылом, который заставлял их все теснее прижиматься друг к другу, превращаясь в единое целое. Руки князя скользили вдоль тела девушки, понемногу приподнимая сорочку и обнажая маленькие груди, которые он с жадностью принялся покрывать поцелуями. Когда губы Адоржана сомкнулись вокруг правого соска, с губ девушки слетел прерывистый вздох, голова откинулась на подушки, глаза зажмурились от неведомого доселе наслаждения. Вскоре девушка приподнялась, ухватившись за его плечи, почти сражаясь с рубашкой, пока не сорвала ее с Адоржана. Князь проделал тоже самое с сорочкой Либуше.
Избавившись от последних преград, влюбленные вновь заключили друг друга в объятия, их взгляды говорили без слов. Адоржан вновь положил девушку на постель. Смущенный донельзя Александр повернулся к ним спиной и попытался не обращать внимания на происходящее, как вдруг:
— А…Адоржан? — каким-то изменившимся голосом произнесла Либуше. Обернувшийся профессор увидел, как та с растерянностью смотрит на супруга. — Ты…?
Александр нахмурился. Адоржан замер, склонившись над девушкой, глядя невидящим взглядом, словно пребывая где-то в другом измерении. Либуше приподнялась на локтях.
— С вами все в порядке? — и, так как Адоржан не среагировал, обеспокоенная девушка села. — Я сделала что-то неподобающее?
— Я… — смог произнести тот. Либуше обхватила ладонями его лицо, но князь по-прежнему не отвечал. Но как только девушка снова попыталась заговорить, его правая рука словно клещами обхватила ее шею, опрокидывая Либуше обратно на кровать. Он сделал это так грубо, что Либуше вскрикнула, а Александр инстинктивно подбежал к алькову.
— Господин мой! — воскликнула девушка, ее глаза округлились от страха. — Что вы делаете? Что слу…? — Князь схватил ее за запястья, лишая возможности двигаться, и принялся раздвигать ей ноги, не обращая внимания на сопротивление. — Нет! — закричала Либуше. — Пожалуйста, остановитесь!
Александр не мог поверить своим глазам, но оставаться безучастным больше не мог. Почти не отдавая отчета в своих действиях, попытался оттащить Адоржана от девушки, но его руки прошли сквозь тело князя, словно через дымку. «Я для них не существую!»
— Не надо! Я не хочу, чтобы это случилось так! — Либуше, похоже, больше пугал пустой взгляд Адоржана, чем то, что он пытался с ней сделать. — Хватит, Адоржан! Это не вы!
Именно последние слова девушки заставили остановиться ее мужа. Дрожа от страха, Либуше наблюдала как он, с искаженным от боли лицом, закрыл глаза. Затем вновь открыл и с приглушенным криком махнул рукой так, словно пытался отогнать кого-то от себя.
Жест лишил Адоржана равновесия, и он рухнул на постель, задев предплечьем одно из позолоченных украшений, обрамляющих ложе. Брызнула кровь, Либуше вскрикнула, прижав ладони ко рту. Поначалу девушка не решалась прикоснуться к Адоржану, но выждав несколько секунд, во время которых было слышно лишь учащенное дыхание, осмелилась тронуть князя за плечо.
От прикосновения князь чуть не подскочил на месте. Он повернул голову к Либуше, во взгляде читалась смесь страха и стыда, которая не оставляла сомнений в том, что Адоржан начал осознавать происходящее.
— Нет, — едва слышно произнес он и закрыл лицо руками. — Нет…
«Что ж, должен заметить, не ожидал от вас столь активного сопротивления, — вдруг прозвучало в помещении. — Жаль, что вы оказались сильнее, чем я думал».
— Нет, — повторил Адоржан, в то время как Либуше хранила полное молчание. — Я знаю, что ты пытаешься сделать, но… ничего у тебя с нами не выйдет, порождение дьявола…
— Адоржан, — дрожащим голосом сказала девушка. — Скажите, что вы говорите не с… с…
Адоржан ей ответить не смог. В спальне раздался хохот, эхом отразившийся в высоких потолках и заставивший танцевать пламя свечей.
«Говорят, что трое — это слишком много, но я с этим не согласен. Мы могли бы организовать чудесную семейную жизнь, если каждый из нас внесет свою лепту. В конце концов, разве наша очаровательная Либуше не окажется в выигрыше при таком раскладе, Ваше Высочество?»
— Замолчи! — выпалил Адоржан, до сих пор не восстановивший дыхание. — Я не знаю, что ты такое и из какого круга ада сбежал, но ты сильно ошибаешься, если думаешь, что своими трюками …
«Я был стар еще тогда, когда твои предки только начали топтать земли, которые вы сейчас называете Венгрией, мой маленький князь. Я гораздо мудрее, чем ты когда– либо мечтал стать и изворотливее чем змеи, которых ты так боишься, не замечая, что в вашем мире существуют вещи намного опаснее. Обладая твоей плотью и кровью, я бы стал совершенно непобедимым, а в роду Драгомираски появился бы представитель, способный вершить истинное правосудие».
— Драгомираски ты не нужен! Может, мы всего лишь люди и смерти нам не избежать, но никогда мы не заключим пакта с демоном!
«Думаешь, я что– то типа Мефистофеля? — голос звучал почти весело, но при этом почему-то внушал еще больший ужас. Александр попятился, пока не уперся спиной в увешанную гобеленами стену. — Пытаюсь тебя поработить только ради удовольствия наблюдать как ты мучаешься от чувства вины? Это было бы глупо, по сравнению с тем, что я предлагаю. Безупречный союз нас двоих: твоего тела и моей сущности».
— Не слушайте его, — всхлипнула вдруг Либуше. Она обхватила дрожащими руками обнаженную грудь Адоржана. — Я даже не знала, что вы можете его услышать… Я была уверена, что все изменится, как только мы …
«Именно так, моя дорогая. Я говорил тебе сотни раз, что это лишь вопрос времени».
— Прочь отсюда! — Почти закричала Либуше из-за плеча молодого человека. — Ты не сможешь уничтожить нас, как ни пытайся! Чтобы ты ни делал, тебе не удастся нас разлучить!
Смех невидимого существа заставил ее содрогнуться.
«Как пожелаешь. Я тебя уверяю, что могу быть очень терпеливым. И у меня, и у твоего князя вся жизнь впереди, чтобы познакомиться поближе. Мы сполна насладимся нашей супругой и неважно, согласен он или нет».
Голос умолк и в спальне воцарилось молчание. Почти целую минуту все оставались неподвижны: профессор застыл, облокотившись о стену, молодая пара, обнявшись, не сводили глаз с того места, откуда совсем недавно доносился голос.
— Что вы делаете? — прошептала, наконец, Либуше, увидев, что Адоржан поднял ее с постели и начал простынями вытирать кровь на предплечье.
— Собираюсь предоставить ждущим снаружи людям то, что они хотят увидеть. К счастью для нас они ничего не заметили, но в любой момент могут войти и поинтересоваться почему мы так замешкались. — Увидев, что глаза Либуше наполнились слезами, он перестал пачкать простыни и подошел к девушке. Обняв ее, Адоржан привлек ее к себе. — Когда мы уберемся отсюда, то, наконец, будем в безопасности, — произнес он крепко обнявшей его Либуше. — Неважно сколько придется ждать, чтобы быть вместе. Я скорее умру, чем причиню вам боль.