Чтение онлайн

отверстие маски. Дышать стало легче. Но все-таки известная утечка кислорода

продолжалась. В течение всего полета летчик поправлял эти письма, ставя их на место.

В этот раз Коккинаки, поднявшись с тонной груза на 12 101 метр, побил свой

собственный рекорд на 699 метров.

Через несколько дней после полета пилот получил второе приветствие от

товарища Сталина:

«Летчику-испытателю тов. Коккинаки.

Поздравляю Вас с достижением нового высотного рекорда.

Крепко жму Вам руку.

И. Сталин».

Коккинаки был до глубины души потрясен отеческой заботой товарища Сталина.

В своем ответном письме он обещал ему, что не остановится на достигнутом, не

зазнается, а будет усердно изо дня в день совершенствовать технику высотных полетов

и передавать ее своим товарищам. 7 сентября летчик установил пятый международный

рекорд, поднявшись на том же самолете ЦКБ-26 с грузом в 2000 килограммов на высоту

11105 метров.

Коккинаки был пионером высотных полетов в СССР. Следом за ним на штурм

высоты ринулись другие советские пилоты. Герой Советского Союза тов. А. Юмашев

установил несколько международных рекордов высоты с грузом в 5 и 10 тонн. Пилоты

Нюхтиков и Липкий перекрыли некоторые рекорды Юмашева, и, в частности, впервые в

мире подняли на сухопутном самолете груз, равный 13000 килограммов. В короткий

срок вся графа таблицы международных рекордов, отведенная высотным полетам с

коммерческой нагрузкой, была заполнена именами советских летчиков.

Коккинаки был доволен.

— Я всегда думал, — говорил он, — что крупные авиационные проблемы можно

решать только коллективно. Если бы я работал один, то, наверное, давно бы бросил

заниматься и высотой и авиацией вообще. Если бы следом за мной завоеванию высоты

не посвятили себя десятки пилотов, это значило бы, что я работал впустую, занимался

не тем делом. А сейчас ясно, что дело было нужное.

Осенью 1936 года пилот занялся другими важными вопросами — дальними

полетами. Проблема дальности сейчас является одной из самых насущных задач

авиации. Развитие гражданского воздушного флота, военных сил настоятельно требует

увеличения радиуса полета. Межконтинентальная связь государств, трансатлантическое

воздушное сообщение, рейсы через Центральную Арктику возможны только при том

условии, если линии будут обслуживаться самолетами, способными пролетать без

посадки большие расстояния.

Еще большее значение имеет дальность для военной, в частности, для

бомбардировочной авиации. Вполне понятно, что дальний бомбардировщик,

обладающий большим радиусом действия, может нанести врагу серьезное поражение.

Он в состоянии разрушить важные объекты в глубоком тылу противника, разгромить

резервы, парализовать центральную кровеносную систему страны — транспорт.

В эти дни Коккинаки привлек к работе замечательного штурмана Александра

Матвеевича Бряндинского, с именем которого связаны все дальнейшие рекорды

выдающегося пилота. Для начала экипаж совершил на двухмоторном самолете ЦКБ-26

беспосадочный скоростной и высотный перелет Москва — Ейск — Москва. Затем они

отправились в беспосадочный рейс по маршруту Москва — Баку — Москва. Это был

очень трудный полет. Самолет шел на высоте 5000—6000 метров. Полет закончился

благополучно. Экипаж покрыл без посадки около 4000 километров. «Переводя эту

цифру на язык европейских территорий, можно считать, что наш серийный самолет

пролетел с грузом от Москвы, скажем, до Мюнхена и, сделав над ним приветственный

круг, без посадки вернулся обратно», — говорил после отважный пилот.

Но высотные и дальние полеты отнюдь не означали, что Коккинаки забросил свою

основную профессию летчика-испытателя. Так же как и раньше, он систематически изо

дня в день испытывал новые самолеты, определял их устойчивость, надежность,

выносливость. Летчик следил за рождением машины еще в чертежах. Постепенно

чертежи воплощались в стальные детали, узлы, отдельные конструкции. Летчик

присутствовал и при сборке самолета, вносил свои коррективы, предлагал изменить ту

или иную деталь конструкции, обращал внимание на размещение управления,

приборов, пулеметов, бомбодержателей. В этих частых и весьма конкретных

замечаниях сказывался весь богатейший опыт пилота, отчетливо представляющего

поведение машины в воздухе, задачи предстоящих операций. Затем проводилось

бесчисленное множество испытательных полетов. В каждом из них пилот проверял

какую-нибудь отдельную черту характера самолета. Все интересовало его: действие

элеронов, угол атаки, скороподъемность, маневренность. Не доверяя памяти, он брал с

собой в воздух небольшую дощечку для записи замечаний, и когда возвращался

обратно на землю, вся дощечка была испещрена цифрами, непонятными словами,

какими-то иероглифами.

Порой в нем просыпалась тоска по высшему пилотажу. И как-то москвичи были

свидетелями необычайного зрелища. Над Центральным аэродромом падал, кувыркался,

бесился, выделывал чорт знает какие фигуры небольшой красный самолет. Это

Коккинаки, не в силах побороть тоски по воздушной эквилибристике, выпросил у

директора завода истребительную машину и теперь проверял свою квалификацию.

Тысячи людей, застывших неподвижно на Ленинградском шоссе, напряженно следили

за мастерством летчика.

Во время испытаний Коккинаки обнаружил отличные пилотажные свойства у