Чтение онлайн

Русский народный стих с самого начала своего существования не отличался структурной однородностью. Современные зарубежные исследователи различают три вида стиха в народной поэзии: песенный, речитативный и сказовый. Отечественными исследователями выделяется, как правило, два его типа: музыкально-речевой и речевой. Безусловно, фольклорные жанры музыкально-речевого типа также не были однородны во многих отношениях (например, ритмики), но именно «принцип организации речевой структуры, подчиненной музыкальной основе, позволяет рассматривать» такие различные жанры, как лирические, плясовые, исторические песни, былины и плачи «внутри одного вида» [185] .

Мнения ученых, однако, расходятся в вопросе возникновения обоих типов. Так, одни считают, что оно протекало последовательно, и единственной стиховой системой в России долгое время оставалось стихосложение музыкально-речевого типа, в то время как русский речевой стих, «вероятнее всего, начинал бы свою генеалогию от искусства скоморохов» [186] .

Другим представляется, что русский речевой стих «не начинал, а продолжал свою генеалогию в искусстве скоморохов, а начинал он ее в наиболее архаичных жанрах устного народного творчества: загадках, пословицах, поговорках, заговорах и сказках» [187] .

По мнению О. Федотова, «фонологически-стилистическим основанием обоих типов (речевого и музыкально-речевого. — О. Ш.)служили две противоположные системы произношения:

1. Речевая — сугубо бытовая, фамильярная скороговорка; живой естественный темп речи, сильная редукция безударных гласных; резкое различение ударных и неударных слогов; ориентация на смысловое содержание слова — и как следствие — интенсивная каламбурная игра, нередко совпадающая с явлением рифмы.

2. Музыкальная — задушевно-лирическое протяжное пение (лирическая песня) или торжественный плавно-повествовательный речитатив (былины); темп речи замедленный, иногда весьма значительно; полное отсутствие редукции; неразличение ударных и безударных слогов, иногда даже предпочтение неударных, если это продиктовано напевом; ориентация на музыкальный напев; наличие — при отсутствии рифмы — звуковых повторов вне их ритмо- и смыслообразующей функции» [188] .

До XVII века в русской словесности существовала оппозиция «текст поющийся — текст произносимый» (при отсутствии оппозиции «текст стихотворный — текст прозаический»). Причем установлено, что такие произведения, как «Поучение» Владимира Мономаха и проповеди Кирилла Туровского, составлялись «с учетом эмоционального воздействия на аудиторию» [189] . Характерно и другое: в более поздний период, когда собственно и возникло противопоставление «стих — проза», два типа стиха народной поэзии не исчезли, они продолжали развиваться и, кроме того, вступали во взаимодействие с литературной традицией.

Одним из первых известных русских поэтов-песенников, чье творчество вылилось в формы, адекватные современной ему культуре, можно считать Симеона Полоцкого, автора стихотворной «Псалтыри» (опубликована в 1680 году и тогда же положена на музыку композитором В. П. Титовым). Его «Псалтырь» исполнялась в большей степени для удовлетворения эстетических чувств, нежели в религиозно-культовых целях, и пелась чаше всего в домашнем быту. Вообще XVII век ознаменовался появлением так называемых светских псальм, разнообразных по тематике и содержанию. Это и песни о пользе учения, и описание баталий, но чаше всего — песни застольные и песни любовного содержания. Псальмы сменяются кантами (начало XVIII века) — бытовыми песнями светского содержания. Главное их отличие от псальм — «четкое членение на куплеты, ясность и отчетливость ритма» [190] . В 20-30-е годы XVIII века значительное развитие получает жанр застольного и любовного канта, отодвинув на второй план жанр панегирического канта и отведя ему место официального гимна. Известно, что вытеснение псальма кантами началось в Петровскую эпоху, причем сам Петр I, не любивший инструментальной музыки, отдавал предпочтение вокальной, особенно хоровой. Поэтому на торжествах и празднествах часто звучали канты-«виваты», торжественные патриотические песни, специально написанные известными авторами.

До нашего времени дошли сведения, что в 1726–1728 годы любовные песни писал Ант. Кантемир, находясь на службе в Преображенском полку, однако центральное место в рукописных песенниках 1730-1750-х годов занимают произведения В. Тредиаковского, приобретшего завидную популярность в области песнетворчества.

Середина XVIII века — это период расцвета канта и зарождения нового жанра — романса, который пока именуется «ария». Во второй половине XVIII века получает развитие так называемая «российская песня» (впервые термин «российская песня» появился в журнале «Музыкальное увеселение» за 1774 год) — бытовой романс, рассчитанный на одноголосное исполнение в сопровождении какого-либо музыкального инструмента — клавесина, фортепиано, гуслей или гитары. Кстати, именно в это время гитара становится известной в России. Родоначальниками жанра являются Ф. Лубянский и О. Козловский, композиторы, которые и определили его характер в 90-е годы XVIII века. Надо заметить, что именно российская песня положила начало сольному исполнению в сопровождении музыкального инструмента взамен многоголосному пению a cappella.

Никакой обязательной связи с фольклором этот жанр не предполагал, «российской» песня называлась потому, что была написана на русские слова русским композитором. В то время это уже само по себе было немаловажным: «освобождение от „чужевластья мод“ и создание своего собственного музыкального языка было неотложнейшей задачей» [191] . Лучшие из российских песен «впитывали в себя народно-песенные интонации, чем и была обусловлена популярность, например, „Голубочка“ Лубянского. Тогда не было еще сознательного стремления к овладению всем богатством народной песни, но не было и резкого разграничения фольклора и композиторского творчества» [192] .

Отличительным признаком российской песни является также ее стилистическая пестрота. В дальнейшем российская песня трансформируется в различные разновидности романса.

Большое влияние на развитие русского романса оказали также сборники русских народных песен, вышедшие в 30-е годы XIX века: «Русские песни, собранные и изданные для пения и фортепиано Даниилом Кашиным» (М., 1833–1834) и «Народные русские песни, аранжированные для голоса и хоров с аккомпанементом фортепиано» И. Рупини (СПб., 1831). Что касается содружества поэзии и музыки, в указанное время композитор находил поэтический материал для романса не только в книгах и журналах, но и в непосредственном общении с поэтом, в дружеском кругу. Так, например, лирические стихотворения Пушкина еще в лицейские годы подхватывались его музицировавшими товарищами, широко известны также плоды сотрудничества М. Глинки и Н. Кукольника, А. Дельвига и М. Яковлева и др.

XIX век характеризуется повышенным интересом к природе поэзии— ее музыкальности — и изначальному предназначению поэтического слова — быть произнесенным, пропетым, то есть прежде всего — звучащим.Проблема русской поэзии в музыке занимала как поэтов, так и музыкантов. Так, А. Фет, подчеркивая бесспорную родственность поэзии и музыки, декларировал: «Все вековечные поэтические произведения… в сущности… песни» [193] . А композитор и музыкальный критик Ц. Кюи, отдававший предпочтение романсу как наиболее демократичному и доступном жанру вокальной музыки, подчеркивал: «Поэзия и звук — равноправные державы, они помогают друг другу: слово сообщает определенность выражаемому чувству, музыка усиливает его выразительность, придает звуковую поэзию, дополняет недосказанное; оба сливаются воедино и с удвоенной силой действуют на слушателя» [194] .

В XIX веке значительно развиваются многие формы романса: русская песня, застольные, гусарские, агитационные, студенческие песни. Причем последние чаше ориентируются на хоровое многоголосие, в то время как русская песня предполагала сольное исполнение в сопровождении музыкального инструмента.

На формирование русского романса большое влияние оказали такие поэтические жанры, как элегия и баллада. И хотя они формировались независимо от музыки, но тем не менее сыграли огромную роль в развитии русской вокальной лирики. Элегия ввела в русский романс новые философские темы одиночества, изгнания и значительно обогатила русскую вокальную музыку стилистически: с ней в русский романс вошла интонация русской поэтической речи.