Владимир Высоцкий: страницы биографии
Шрифт:
«…У меня сохранилось впечатление, что ничего легковесно-студенческого в Высоцком в ту пору не было. Он вел себя чрезвычайно самостоятельно и по-деловому, то есть относился к работе как к конкретному делу, не испытывая никаких излишних «сантиментов» и был всецело сориентирован на выполнение определенной задачи.
Столь же определен и конкретен Высоцкий был и в работе над гримом, которого, кстати сказать, в этом спектакле у него почти не было. Помню, как он напрямую высказывал гримеру свои сомнения относительно тех или иных деталей, тщательно выбирал те, пусть и самые небольшие, в которых все-таки нуждалась внешность его «возрастного» персонажа.
На сцене он как-то умел в себе самом вытащить именно то психологическое качество, какое было необходимо, и прежде всего — тот «нерв», который представляется мне определяющим моментом в его работе над ролью Порфирия Петровича…»
По словам Якубовского, его Порфирий Петрович был человеком глубоко заинтересованным в своем деле, захваченным процессом выявления истины. «Очень интересно, как Высоцкий произносил реплики в сторону. Являясь непосредственным участником происходящего, Порфирий Петрович в инсценировке Сергачева все время оценивает события по ходу действия. «Когда Николка бросался к нему в ноги, признаваясь в том, что убил он, и сразу говорил: «Топором», — Порфирий Петрович произносил реплику: «Эх, торопится, — на себя наговаривает!» Высоцкий произносил эти слова, исходя из собственного темперамента, собственной увлеченности процессом игры… Попытка встать в какой-то момент на позицию стороннего наблюдателя в оценке событий, участником которых он является, делала образ очень сложным и при этом — органичным…»
На выпускном экзамене Владимир Высоцкий играл роль Бубнова в пьесе Горького «На дне». В постановке также участвовали В. Большаков — Лука, В. Никулин — Актер и другие. Пьеса шла во многих театрах страны и в Москве, в частности в Художественном театре. Когда открылся занавес, большинство зрителей не ждали чего-то нового и потрясающего, но Бубнов Высоцкого в последней сцене заражал зрителя искренностью переживаний: «Кабы я был богатый… я бы бесплатный трактир устроил!.. С музыкой и чтобы хор певцов… Бедняк-человек, айда ко мне в бесплатный трактир!» Нине Максимовне Высоцкой, присутствующей на этом спектакле, запомнилось, что какая-то театральная дама сказала о ее сыне пророческую фразу: «За этим мальчиком я буду следить всю жизнь».
Были также еще два дипломных спектакля: в чеховском «Иванове» Высоцкий играл Боркина и в «Золотом мальчике» К. Одетса — Сигги.
Сохранилась программа одного из названных спектаклей:
Итак, Владимир Высоцкий в 22 года заканчивает актерское отделение школы-студии МХАТ. В его личном деле есть запись:
«Учебный план выполнен полностью, и студент В. Высоцкий допущен к государственным экзаменам 18 мая I960 г. Приказ № 77. Всего сдано: 31 предмет, из них 24 «отлично», 6 «хорошо» и 35 зачетов.
Государственные экзамены:
I. Мастерство актера — май — отлично.
2. Диалектический и исторический материализм — 15 июня — отлично.
Постановлением Государственной экзаменационной комиссии от 20 июня 1960 года присвоена квалификация актера драмы и кино.
Председатель ГЭК В. Л. Ершов
Диплом № 284453 выдан 20 июня 1960 г.
Место назначения на работу — Московский драматический театр имени Пушкина, должность — актер».
На протяжении всей своей жизни В. С. Высоцкий с благодарностью вспоминал преподавателей школы-студии МХАТ, особенно Павла Владимировича Массальского, который оставил в его душе «наибольший след» [8] .
После окончании студии МХАТ Владимир Высоцкий почти четыре года «шел» к своему Театру на Таганке. Это было очень сложное для него время, пережить которое ему помогли прежде всего многочисленные друзья, а также упрямое желание найти свой актерский путь. Позже на концертах-лекциях он довольно кратко и сухо будет вспоминать об этом: «Закончил студию в числе нескольких лучших учеников, стал выбирать себе театр. Тут у меня была масса неудач, но мне не хочется… об этом говорить. Меня приглашали туда-сюда, а я выбрал Московский театр Пушкина — худший вариант, как оказалось, из всего, что мне предлагали. Тогда режиссер Равенских начинал там новый театр (а я все в новые дела суюсь), наобещал мне «сорок бочек арестантов» и ничего не выполнил. Он говорил: «Я всех уберу, Володя» — и так далее, но, в общем, он никого не убрал, предпринял половинчатые меры, хотя ему был дан полный карт-бланш на первые полтора-два года: делай, что хочешь, а потом будем смотреть результаты твоей работы… Я понимаю, что жестоко менять труппу, увольнять людей, но без этого невозможно создать новое дело. Нужно приходить со своими и еще как можно больше брать своих. Надо работать кланом, а иначе ничего не получится. Я оттуда ушел, начал бродить по разным театрам, работал два месяца в Театре миниатюр — меня оттуда прогнали, поступил в «Современник», мне даже дали там дебют — я играл Глухаря в «Двух цветах», но чего-то там не случилось. Снимался в кино в маленьких ролях, снова вернулся в театр Пушкина, а потом, когда организовался театр на Таганке, я стал в нем работать, порекомендовал меня туда Слава Любшин. Вот и все, творческая биография у меня короткая…»
8
Высоцкий В. Выступление в клубе «Романтик» Физико-технического института, 1980 г.
Но мы остановимся на неудачах Владимира Высоцкого в период с 1960 по 1964 г., потому что в какой-то мере именно они создали того певца, киноартиста, актера, который еще при жизни получил всенародное признание и любовь.
Почему Высоцкий выбрал театр Пушкина? К тому времени, когда он закончил школу МХАТ, Владимир был уже женат на актрисе Киевского театра имени Леси Украинки Изе Константиновне Высоцкой (Жуковой) [9] .
Около двух лет их совместная жизнь состояла из долгих расставаний, скрашенных письмами, телефонными звонками, и радостных, но коротких встреч. Поэтому неудивительно, что Владимир Высоцкий при распределении старался выбрать театр, где могла бы работать и его жена. На это условие не соглашался ни один из предлагавших Высоцкому работу театров, но главный режиссер театра имени Пушкина Б. И. Равенских очень желал заполучить понравившегося ему выпускника студии МХАТ, потому между ними состоялся такой разговор:
9
Об их знакомстве и семенной жизни подробно рассказано в главе «Любовь — вечно любовь…».
— Борис Иванович, мне надо вместе с женой.
— Я ее возьму.
— Но вы понимаете, это серьезно. Ее просто так срывать нельзя, она там в ведущем репертуаре.
— Володя, даю слово…
Но слово Равенских не сдержал и, как вспоминает Иза Константиновна, когда она приехала из Киева в Москву, «началась какая-то театральная заварушка, как это часто бывает». Ей сказали, что надо пройти конкурс. А потом «…как-то очень долго Равенских меня мурыжил-мурыжил, и в результате меня почему-то в списке принятых не оказалось… был такой не очень красивый поступок, и мне с моим максимализмом казалось, что Володя должен был немедленно уйти…» Это был далеко не последний удар по самолюбию молодого артиста. В спектакле «Свиные хвостики» Высоцкому поручили одну из главных ролей. Он выучил весь текст, и хотя по возрастным данным не очень подходил на роль пятидесятилетнего председателя колхоза, верил, что будет ее играть, но был приглашен другой актер, B. Раутбарт, который и стал исполнять в спектакле предназначавшуюся Высоцкому роль. Начиная с этой пьесы Владимир стал играть только маленькие, эпизодические роли, порой без слов, участвовать в массовках (постановки: «Доброй ночи, Патриция» Альдо де Бенетти; «Изгнание блудного беса» А. Н. Толстого; «Белый лотос» — по мотивам древнеиндийского эпоса Шудраки; «Аленький цветочек» C. Аксакова и др.) У Владимира Высоцкого начались срывы — он часто появлялся нетрезвым на работе, исчезал на дни, недели. Его не раз увольняли. Но в театре имени Пушкина у него была заступница — Фаина Григорьевна Раневская. Она рассказывала знакомым, как однажды стояла перед доской приказов и читала о бесконечных выговорах одному и тому же лицу за разные провинности.
— Боже, кто же такой смельчак? — воскликнула она.
— Это я, — ответил стоящий рядом молодой человек.
То был Высоцкий. Как только появлялся очередной приказ об увольнении, великая актриса брала его за руку и вела к режиссеру.
Последним спектаклем театра имени Пушкина, где участвовал Владимир на гастролях в Челябинске летом 1962 г., был «Дневник женщины». Начался период, когда Высоцкому негде стало работать. Из театра имени Пушкина он ушел. Съемки фильмов, в которых Владимир играл, в основном из-за заработка, эпизодические роли и в массовках, были закончены. Тогда он только начинал писать свои первые песни, поэтому ни о каких концертах речь идти не могла. И вот в феврале 1962 г., благодаря рекомендациям Тамары Витченко и Александра Кузнецова, Высоцкий поступает в Московский театр миниатюр. Проработал он там недолго, около двух месяцев, и был уволен Владимиром Соломоновичем Поляковым, руководителем театра, с формулировкой в приказе: «…отчислить Владимира Высоцкого… за полное отсутствие чувства юмора»!
После показа весной 1962 г. Высоцкому дали сыграть в театре «Современник» роль Глухаря в спектакле «Два цвета». На спектакль пришли все его друзья, среди них Левон Кочарян, Инна Кочарян, вторая жена Владимира Семеновича — Людмила Абрамова. Дебют был блистательным: Высоцкий не просто играл — он перевоплощался, если бы его встретили на улице, то ни у кого бы не возникло сомнений в его «босяцком» происхождении. Но Владимира не взяли в «Современник», потому что он на сцене позволил себе слегка изменить текст пьесы: когда речь зашла о друге его персонажа, он сказал: «Вся эта ростовская шпана — Васька Резаный, Левка Кочарян, Толька Утевский…» И хотя это было сделано довольно успешно, совет «Современника», куда входили Ефремов и Табаков, решил не брать Высоцкого в театр.
Неудачное начало работы в театре позволило или, вернее, заставило Владимира Высоцкого с большим рвением относится к съемкам в кино. Надо сказать, что несомненную роль в рождении Высоцкого-киноартиста сыграл Левон Суренович Кочарян. Как уже было сказано, он работал на «Мосфильме» вторым режиссером, и впервые на киносъемки Владимир попал с его легкой руки. Позже в концертах-лекциях Высоцкий достаточно много говорил о своих ранних работах в кино, как о начале актерской деятельности. Вот наиболее известные.
Фильм «Сверстницы» (студия «Мосфильм») вышел на экран в 1959 г., режиссер В. Ордьшский, роль Высоцкого — студент Петя (эпизод):
«…Моя первая работа в кино — фильм «Сверстницы», где я говорил одну фразу: «Сундук и корыто». Волнение. Повторял на десять интонаций. И в результате сказал ее с кавказским акцентом, высоким голосом и еще заикаясь. Это — первое боевое крещение…» [10] .
Фильм «Карьера Димы Горина» (киностудия им. Горького) вышел на экраны 8 мая 1961 г., режиссеры-постановщики Ф. Довлатян и Л. Мирский, съемки — осень 1960 г.:
10
Текст здесь и далее приводится на основе выступлений В. Высоцкого в ЦДК в октябре 1970 г. в Строительно-дорожном институте г. Усть-Каменогорска, а также в ДСК-3 Киева 22 сентября 1971 г.