Чтение онлайн

Дочитав до конца Пут ухмыльнулся и сказал:

— «С уважением», как глупо звучит! На что они рассчитывают?!

— Может согласиться? — задумчиво сказал Велиал и рассмеялся.

— Лучше выслать им венки… Бетельгейзе значит, он смел!

— Он глуп! — злобно сказал Велиал и, спустившись вниз, встал перед Путом. — Но он хитер. Это письмо, — Велиал взял письмо в руки, — чем-то пропитано, у него абсолютно нет запаха и оно словно писалось не в этой вселенной, отследить откуда оно пришло, будет сложно, даже не возможно. Птица что принесла письмо, сразу сдохла! А еще ганец, который приедет за ответом, пытать его будет бесполезно. Он явно будет не человеком и не даст проследить за собой! — Велиал ухмыльнулся и смял письмо. — Думает, это все?! Теперь я знаю его имя, как бы он не скрывался, я до него доберусь!

Велиал приказал Путу срочно связаться с военноначальниками и рассказать о том, что стало известно имя врага, а также дать им указание выяснить о судьбе второй линии семьи Бетельгейзе, т. е. куда они переехали жить после восхождения на престол нового императора-демона и сколько на тот момент было членов в их семье. Велиал помнил Виталия Бетельгейзе и знал с малых его лет. Во дворце императора Виталии практически не бывал, только по приглашению. Эта линия семьи Бетельгейзе при отце Ареса была лишена прав престолонаследия, так как отца Виталия обвинили в измене, выяснили и доказали, что он готовил переворот, в итоге публично казнили, а членов его семьи: жену и Виталия пощадили и сослали на земли телхинов. Почему-то именно о них Велиал позабыл и не думал, что снова когда-либо услышит об этой фамилии.

За два последующих дня новость о семье Бетельгейзе разлетелась по империи. Велиал приказал Ваалбериту порыться в архивах и внимательно изучить родословную предыдущего императора, ему хотелось знать: сколько вообще может быть на этом свете людей имперского рода? Где именно на степных землях жила сосланная семья? Гекате Велиал дал особое указание по изучению архива, а именно: выяснить имена всех тех, кто работал, жил и служил при дворе Бетельгейзе, особенно имена варлоков. Также поступили князья на территориях. Исключением, как обычно, стал Аурум, он лишь не в приказном тоне, а более дружески попросил Фенрира: следовать за военноначальниками других земель, под этим он имел в виду — проявлять интерес к событиям и последующим новостям, не отказывать им в помощи, если она вдруг понадобится. На территориях степных земель уже давно имперскими делами занимались войска Астарота. Телхинам такое соседство не мешало, так как все их поселения скучковались вокруг столицы — Фейян. Большая часть земель телхинов заселена другими видами демонов и людьми, с которыми они практически не контактируют. Чтобы попасть в города и поселения телхинов, если же вы — не императором, нужно иметь разрешение Аурума или иметь резкую причину визита.

Оникс, Деймос и Фобос приказали своим военноначальникам проинформировать воинов, а также всех жителей городов и сел, выяснить известно ли кому-то что-либо о семье Бетельгейзе. Не может быть такого, чтобы никто не знал о жизни столь известной четы до того, как они скрылись, ушли в тень!

На третий день, как было написано в письме, приехал ганец за ответом от императора. Ганец оказался варлоком. Велиал поступил, так как посчитал нужным, он не стал его пытать и мучить пустыми допросами. Не дослушав до конца, он казнил ганца прямо в тронном зале. Для этого императору даже меч не понадобился, он, сидя на троне, одним горизонтальным движением руки заставил его голову слететь с плеч, хотя чаще всего Велиал предпочитал пользоваться оружием и очень редко демонстрировал свои демонические силы. Это он сделал специально, чтобы до ушей людей, как следует, дошел его ответ и чтобы они перестали питать иллюзии о мирном сосуществовании. Демон — хозяин человека, иначе быть не может!

Очень холодно. Над рекою сгустился утренний туман. С первыми лучами солнца из нор повылазили лесные звери. Люди повели домашний скот на пастбища, принялись за домашние дела. В новый день жизнь бурлила и текла в привычном ритме. На первый взгляд всех все устраивало и казалось, большего никому ничего не нужно. Но стоило лишь прислушаться — все люди в округе твердили о том, как хорошо станет, когда с трона на коленях сползет Велиал, когда сожгут Горгон, когда на трон сядет император-человек. Оберона медленно шла позади шепчущихся об этом двух женщин, которые тоже вели своих коров на пастбище и ненароком их подслушивала. Ничего нового и особенного они не говорили, повторяли то, что им рассказывали мужья по возвращению домой с собраний, проходящих в доме старосты. Но Оберона интересовалась тем, какое мнение имеют простые люди по поводу всего происходящего. Еще никто и никогда не осуждал ее дедушку и ее отца — это сильно радовало Оберону.

Нужно спешить, сегодня тот самый день — день встречи Обероны с Белой маской. Об этой встрече она много думала. Не один раз прокрутив в своей голове все сказанное Калипсо, Оберона перестала ей не доверять. Если бы Калипсо желала ее смерти, то давно бы слила всю информации о членах семьи Бетельгейзе императору. Остается выяснить: откуда она знает всех членов семьи? Как хорошо, что она не в курсе, что в образе птицы перед ней в тот день была внучка Антона.

К десяти часам утра, на час раньше, Оберона прилетела к месту встречи, в хмурый, темный, густой лес на территории песчаных земель вблизи одного из ранее уничтоженных военных имперских лагерей, что ближе всех к границе земель скал. Она сразу же приняла облик собаки, поднялась на вершину холма, с которой прекрасно виднелся сожженный, уничтоженный до основания лагерь и начала взглядом изучать обстановку в округе. За спиной что-то громко хрустнуло, Оберона резко обернулась, при этом навострив уши и оскалив зубы. В десяти шагах от нее стоял тот, кого по одеянию она приняла за Лярву. Он явно специально наступил на сухую ветку, чтобы предупредить ее о своем приходе.

Незнакомец в своем одеянии выглядел весьма специфично, с ног до головы одетый и обутый так, чтобы не выдавать свою личность. Под темно-серой мантией с накинутым на голову широким капюшоном, на лице Лярвы поверх тканевой, черной маски, скрывающей его волосы и шею, одета белая маска. Белая маска напоминает фарфор, но, слита с более крепкого, не столь хрупкого материала, имеет овальную форму и приоткрывает лоб в форме буквы «V». На гладкой, ровной, без выступов ее поверхности над вырезами для глаз, где должны быть брови и вдоль переносицы до начала подбородка, нарисованы две плавные красные линии. Одет он в черные кожаные штаны и черную атласную рубаху с воротом стойкой. Поверх рубахи одета черная кожаная жилетка длиною чуть ниже пояса с темно-красным широким поясом. Руки скрывают темно-красные перчатки длиною до локтей. На шее висит серебряная подвеска с изображением двух распахнутых крыльев. На ногах обуты ботфорты с серебряными, железными, ромбовидными наколенниками и заостренными железными носками. Вооружен он весьма скромно: за спиной арбалет, причем у Лярвы при себе нет футляра со стрелами, а из-за пояса торчит серебряная рукоять ножа в виде волчьей головы с оскаленными зубами. Другого оружия при себе он не имеет. Оберона обратила внимание и на то, что на костюме Лярвы очень мало железа. Возможно, Лярва слишком самоуверен лишая себя защиты от ранений и считая себя неуязвимым, но такой костюм точно не утяжеляет тело и не стесняет его движения в бою.

Оберона внимательно рассмотрела незнакомца и приняла более доброжелательную позу. Как нестранно, но она не смогла определить его принадлежность к тому или иному виду, даже не поняла: демон он или человек?

— Здравствуйте! Калипсо меня отправила к вам. Я — Лярва.

— Хм, здравствуйте! Я ждала этой встречи. Калипсо сказала, что вы «с превеликим удовольствием» поможете мне в борьбе с империей.

— Не с таким уж превеликим… Моя основная цель — Велиал. Я сам лично должен убит его… Это мое условие вам. — Лярва говорил спокойным, плавным голосом, словно он лишен всяких эмоции.

— Да, пожалуйста! Убивай. Мне главное спасти человеческий вид. Если ты мне в этом поможешь, я буду вечно в твоем долгу, — резко перешла на «ты» Оберона.

Он медленно подошел к краю холма, приблизившись к ней.

— Моя работа щедро оплачивается Калипсо, поэтому у вас никаких долгов ко мне быть не может. Как мне к вам обращаться? — спросил он.

Оберона задумалась, ее сильно волновало то, что она не может определить его видовую принадлежность.

— Обра, — назвалась она, понадеявшись на то, что он не знает колдовского языка.

– Госпожа Обра! Калипсо мне сообщила, что вы уже знаете о «Всевластие». Если вам станет известно ее местонахождение, то немедля сообщите об этом мне или ей.

— Конечно! Меня не интересует эта реликвия, но я буду проверять по ней информацию.

— Какими будут первые указания? — поинтересовался Лярва.

— Нужно избавиться от Орфа из Ао.

— Хорошо.

Оберона удивилась, все так просто.

— Ты даже не поинтересуешься, с какой целью?!

— Я — наемник. Мне дают задания, я его исполняю. И мне не важно, кто моя цель.

— Почему ты тогда просто не убьешь Велиала?!

Наступила непонятная минута молчания. Обстановка нагнетала. Из-за маски на лице Лярвы нельзя разглядеть его эмоции в этот момент, но Обероне по ощущениям казалось, что он зол и недоволен. Вокруг него нарастал незримый негатив.

— Не так просто это сделать. У меня есть только один шанс, другого не дано и если я промахнусь, не достану цель — умру я. Меня это не устраивает. Лучше дождусь подходящего момента, — наконец-то, все тем же спокойным голосом, ответил Лярва.