Чтение онлайн

Парнишка нахмурился. Открыл глаза. И нашел себя на каменистом берегу мелкой, прозрачной речушки. Точнее прямо в ней. Опираясь на руки, он попытался подняться, но тут же взвыл от боли. Каждая клеточка тела отозвалась на движение, заныв. И все-таки валяться в воде Дарию не хотелось, так что он встал на четвереньки и потихоньку, стараясь вновь взять тело под контроль, выполз из воды. Лег на сухие, гладкие, нагретые солнцем камни.

Где это он? Это рай? Ад? Какие там еще есть варианты? Он не помнит ни одного мифа с рекой в глубокой расщелине.

Какие высокие отвесные скалы. Кажется, это что-то из скандинавских историй. Хотя он может ошибаться. Он так и не прочел подаренную дядей Мишей книгу о верованиях разных народов.

Дарий с трудом сел и медленно обнял себя за плечи. Его пустой взгляд смотрел в никуда, а перед внутренним взором стояло лицо матери. Ее затуманенный очередным срывом взгляд. Дарий рад, что после смерти все еще может мыслить и ощущать себя целым. Но он мертв. По-настоящему. Ему это не приснилось. Хоть и казалось теперь страшно далеким, почти нереальным.

Парнишка аккуратно коснулся шеи, боясь найти там рану, но пальцы нащупали ровную, гладкую кожу. И…

Пульс!

У мертвых не бывает пульса. Дарий приложил ладонь к груди. Его сердце билось быстро, взволнованно и очень уверенно. Кое-что еще показалось ему странным. Парнишка оглядел руку, не узнал собственную ладонь. Та стала уже, пальцы длиннее, белее, с них пропали узлы и мозоли, которые он набил на частых тренировках единоборств в спортивном зале. А на безымянном и мизинце отсутствовали ногти, место заросло кожей. Кстати, о них. Дарий родился с отвратительной формой ногтей-лопат, а этим позавидовала бы любая женщина.

Да и сам он стал как-то уже, меньше, легче.

Дарий принялся судорожно себя ощупывать, находя все больше отличий. Это не он. Не его тело. Не его кожа. Парнишка встал на четвереньки и осторожно подполз к речушке, надеясь разглядеть в ней своё отражение. Вода не смогла отразить черт его лица, лишь подтвердила, что оно сталось уже, а некогда серые глаза сменили цвет на голубой. Очень яркий голубой. Можно сказать, неестественный ярости оттенок.

«Кто ты такой?! Немедленно покинь тело моего Данияра!». — Встревоженно вскрикнул детский, высокий голос.

Дарий почти подпрыгнул и принялся оглядываться, да только никого подле себя не нашел.

«Ах, не хочешь по-хорошему!».

На этот раз Дарий подпрыгнул от чуть болезненной судороги. На мгновение ему показалось, что его замутило от резкого, сильного головокружения, страшной, неестественно легкости, но ощущение быстро прошло, не оставив последствий. Дарий хватанул ртом воздух.

— Где ты?

«Как это где? Здесь, нечисть ты паршива! Проваливай из тела, оно тебе не принадлежит!».

И снова необычный приступ. Дарий весь сжался, не на шутку перепугавшись.

— Ты дух-мучитель? Я в аду?

«Где мой Данияр? Ты его съел? Выплевывай!» — В детском голосе послышались слезы, которые вскоре Дарий ощутил на своем новом лице. Жгучие, точно сок крапивы, они заставили парнишку судорожно умываться, промывать глаза.

— Да что ты такое?

«Какая тупая нечисть! Я родовой кристалл, а ты имел наглость вселиться в тело моего подопечного, — голосок на мгновение смолк, чтобы вскоре разразиться режущим голову изнутри криком. — Это ты столкнул моего Данияра?! Ну, я тебе покажу!».

Дарию только и оставалось, что кататься по каменистому пляжу, да выгибаться во все стороны, пытаясь найти наиболее безболезненную позу во время судорог.

— Пожалуйста, хватит!

«Выметайся из тела моего Данияра!».

— Я не могу! Я не знаю как!

«Как залез, так и вылезай, нечисть паршивая!».

— Я не нечисть! Я просто умер!.. — Собственный выкрик заставил Дария содрогнуться, но уже от осознания. — Я умер… — Повторил он для себя и куда тише. — Умер… умер…

«Ты не нечисть?..» — Осторожно поинтересовался голосок.

— Не думаю, — печально отозвался Дарий, он и сам не знает, кто он теперь.

«Но если ты здесь, где же мой Данияр?» — Опечалился голос.

— Я не знаю, извини, — судороги прекратились, но Дарий не торопился садиться. Перекатился на спину и распластался на подогретых голышах. Один из них больно впился в бок, пришлось малость пошевелиться, чтобы его достать и, не глядя, отшвырнуть в сторону.

Парнишка втянул руку, что на фоне голубого, безоблачного неба показалась ему очень тонкой. Почти детской. Это не его рука. Она принадлежит обозначенному голоском Данияру. Дарий уже понял, что попал в его тело. Он читал романы со схожим содержанием. Но там все переселившиеся попадали в интересные места с интересными созданиями. А он умер. Было страшно, и оказался в теле мальчишки, из которого его пытаются выгнать.

— Я хочу жить, — прошептал Дарий. Его настоящее тело навсегда останется семнадцатилетним. Он столько еще не попробовал, столько не успел. Несмотря на все тяготы, в его жизни было немало хорошего, особенно когда мама не забывала принимать таблетки.

Голосок всхлипнул. Щеки вновь промочило соленой, уже не такой жгучей влагой, от которой все же должны остаться покраснения. Главное, чтобы не волдыри.

— Тебе очень нравился Данияр?

«Я начал заботится о нем еще до того, как он родился. Рассказывал ему сказки, давал сил расти и развиваться. Стать его частью стало для меня подарком», — довольно доверительно поведал надрывный голосок.

— Вы, наверное, крепко дружили? — Дарий так не хотел остаться наедине с тяжелыми, тревожными мыслями, что решил поговорить с родовым кристаллом или чем он там на деле является.

Голосок захныкал еще громче: «Он никогда меня не слышал. На это способны только другие родовые кристаллы и нечисть. Получается, что ты нечисть!».

— Ты ошибаешься.

«Тогда кто ты?».

— Дарий.

«Не знаю такого».

Парнишка тихо посмеялся.

— Знаешь, наверное, я не из твоего мира, — настолько он помнит, у них сами с собой разговаривали только душевнобольные.

«Правда?».

— Наверное, — пожал плечами Дарий. — Я почти в этом уверен. — Он опустил начавшую затекать руку и растер ладонями лицо. — Я умер. По неосторожности…

«А мы упали».

Дарий посмотрел на уходящую вверх, заканчивающуюся крутым обрывом, скалу. Странно, что при падении с такой высоты этот Данияр ничего себе не сломал и не размозжил голову.

— Сочувствую.

«Нас столкнули!».

— Ого, а ты видел…

Дарий не успел задать волнующий вопрос. В низине расщелины поднялся ветер. Парнишка сел и прикрыл глаза от поднявшихся в воздух мелких камешков.