Чтение онлайн

Именно данный завет и не позволил сотнику Фанагору смириться, когда после покупки земли в окрестностях Абдер 35 , где они поселились после бегства, многие вдовы оказались обделенными. В конце концов всем недовольным пришлось переселиться на Киммерийский Боспор, получив справедливую долю из вывезенных с Теоса общинных средств.

«…И что теперь?» – подумалось ему.

А тем временем уже начали собираться члены городского совета – тридцать человек – по одному от четырех кварталов, не считая представителей пригорода, Кепского селения и речного поселка. Их архонт решил не ждать и, как только в зале булевтерия собралось большинство, открыл заседание пересказом предложения царя синдов:

– …Два года назад мы ему отказали. Но сейчас Иката, можно сказать, предлагают нам стать хозяевами всего острова, и я считаю, что такую возможность нельзя упускать. К тому же свободные общинные земли на исходе и через год-другой мы уже не сможем выделять новые наделы молодежи, во всяком случае по шестьдесят аур, как сейчас.

– А что будет, если синдам даже с нашей помощью не смогут задержать варваров? – поинтересовался всегда и во всем сомневающийся клазоменец Никандр. – Ведь тогда они нам все припомнят.

– Ты думаешь, расправившись с дандариями и синдами, персы оставят нас в покое, – заметил наварх 36 Харелай. – Плохо ты их знаешь. Какое бы мы сейчас ни приняли решение о помощи синдам, город надо готовить к обороне.

– Какая оборона с нашими глиняными стенами, – возразил седой старик, сидящий рядом с Никандром. – Ты забыл, Харелай, какие стены были в Теосе, каменные, высотой в двадцать локтей, и то нам пришлось их оставить.

Фанагору вспомнилось, как после неудачного штурма персы начали возводить вокруг города насыпи, подводя их с каждым днем все ближе и ближе к стенам. Защитники Теоса пытались мешать, делая ночные вылазками, но персы упрямо и настойчиво продолжали работу.

– Поэтому и надо сделать все, чтобы задержать варваров как можно дальше от города, – заявил архонт, возвращая собравшихся к обсуждаемому вопросу. – Конечно, не за пятьдесят, а как минимум за сто аур в месяц на каждого выставленного нами воина. Причем участие в военных действиях примут только желающие, а если их будет недостаточно, остальных предлагаю набрать из общинных рабов и метеков 37 , первым обещав свободу, вторым – полноправное гражданство. И чтобы потом они не предъявляли претензий на полученную от синдов землю, городская казна будет выплачивать им жалованье. Скажем, рабу по одному оболу 38 , метеку – по два, горожанину – по четыре обола в день.

– А как с личными рабами, пожелавшими воевать? – полюбопытствовал кто-то из членов совета.

– Община готова их выкупить, – пообещал Фанагор. – Но не больше чем за сорок драхм.

– А что все-таки насчет нашей безопасности? – напомнил Никандр.

– Разумеется, городские стены надо укрепить, стоит подумать и над обороной южной протоки, – согласился архонт с предложением Харелая. – Ну а на крайний случай предлагаю на одном из островов у Ахиллесовой косы оборудовать лагерь для женщин и детей.

– Если опасность столь велика, не лучше ли договориться с персами, – предложил староста Кеп Деморат, только что появившийся в зале заседания. – Тридцать лет назад совет Теоса уперся, и что из этого вышло. А милетцы пошли на переговоры и живут сейчас спокойно. Не все ли равно, кому нам платить подати.

Это был явный вызов, и не столько Фанагору, сколько всему старшему поколению. Деморат покинул Теос мальчишкой и мог так заявлять. Особенно после проявления пренебрежения архонта к жителям Кеп, ведь о собрании городского совета он узнал совершенно случайно.

Еще лет пятнадцать назад на северной протоке Гипаниса греческой общиной были дополнительно куплены сорок тысяч аур земли. Фанагор решил взять под контроль и северную протоку, где появился поселок названный Кепы. Селилась там в основном молодежь, которая уже давно добивалась независимости в решении хотя бы местных вопросов.

– Я с персами ни о чем договариваться не стану! – резко заявил Фанагор. – Выбирайте себе для этого другого архонта. А о тебе, Деморат, я был лучшего мнения.

– Никто и не собирается с ними договариваться! – поддержал друга возмущенный Харелай. – Мы не были рабами персов и не станем. Давайте голосовать!..

Городской совет почти единогласно поддержал предложения Фанагора, и теперь оставалось добиться одобрения остальных горожан. Помощь синдам приравнивалась к объявлению войны, а такое решение мог принять только сход всех полноправных граждан. Его назначили на вечер после завершения торговли на агоре.

– Килон, проследи, чтобы там не было посторонних, и подготовь все для голосования, – распорядился архонт после окончания собрания. – А вас, друзья, я прошу задержаться, нам надо еще кое-что обсудить.

Последние слова Фанагора относились к стратегу 39 Нестору и наварху Харелаю – его друзьям и ближайшим помощникам. Вместе с ними он приплыл сюда, чтобы подобрать место для будущего города, а потом они вместе заботились о его благополучии и процветании. И сейчас именно с ними он хотел еще раз обсудить столь важное для общины решение.

– …Конечно, если дандариям и синдам не удастся остановить персов, мы окажемся в трудном положении, – размышлял вслух Нестор, одобрив в целом принятое решение. – Поэтому нам нужно заранее подумать об организации обороны низовий Гипаниса, и в первую очередь по протоке в Понтийское озеро 40 .

– Местами она очень узкая и к тому же слишком длинная, – возразил Харелай. – Для ее обороны потребуется много людей и конный отряд для быстрой переброски при возникновении опасности прорыва.

– Значит, кроме архонтов соседних городов, с которыми я собираюсь встретиться, нам стоит переговорить с синдскими дварами, – подытожил Фанагор. – Эти переговоры Нестор возьми на себя, как и организацию обороны по Понтийской протоке. Килона утвердим на сегодняшнем сходе таксиархом 41 и поручим укрепление города, а тебя, Харилай, как наварха, я попрошу заняться снаряжением речной флотилии.

Строительство речных судов была идея Харелая, как и общинная монополия на торговлю зерном, благодаря чему теперь городская казна ежегодно получала больше двадцати тысяч драхм чистой прибыли. Примерно столько же поступало в казну и от общинных хозяйств, созданных стараниями и настойчивостью самого Фанагора.

– Да, завтра с утра мне понадобятся три лодки для доставки писем архонтам Гермонассы, Патрия и Киммерийского городка, – вспомнил архонт, прощаясь с друзьями. – И еще, Харелай. попроси кого-нибудь из кормчих подобрать место под лагерь для беженцев. Нам сейчас надо быть готовыми к любому развитию событий.