Чтение онлайн

– Не раскатывай губы, милая, - посоветовал ей Кот.
– Пусть сначала хотя бы малая часть человечества уверует. Да хоть кто-нибудь, помимо нас троих! Кстати, Терри, ты веришь в любовь?

Терри хотел было ответить неприлично, но вовремя вспомнил про имперское подданство.

– Конечно, Кот, - сказал он.
– Всем сердцем верую, всей душой. И еще глазами.

– Почему глазами?
– не понял Кот.

Терри пожал плечами и ничего не ответил. Он и сам не понял, почему так сказал. Будто продиктовал кто-то.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ. РОДИНА

1

По правому берегу Днепра шел поезд, раскрашенный в имперский триколор. Поезд двигался со скоростью сто сорок километров в час, это обычная скорость для украинских железных дорог. Поезд отбрасывал две тени: одну, короткую и густую - от солнца, а другую, длинную и размытую - от орбитального зеркала. С каждой прошедшей минутой вторая тень размывалась все сильнее, пройдет четверть часа, и она исчезнет совсем. Поезд покидал искусственные тропики, а навстречу ему дул яростный холодный ветер, обычный для границ национального парка в зимнее время года. В самые холодные зимы, когда за периметром Бампассы стоит двадцатиградусный мороз, ветер достигает ураганной силы, тогда рейсы поезда отменяются, и Бампасса на несколько дней переходит на автономное существование, как необитаемый остров. Но такое случается редко, примерно каждую пятую зиму и всего на несколько дней.

Во втором вагоне ехал пассажир по имени Терри Питерсон. В его паспортном чипе было записано, что его зовут Тарас Петренко, но он предпочитал откликаться на англизированный вариант своего имени. Терри был одет в потертые джинсы и мешковатый свитер, сейчас он ничуть не походил на мужественного первопроходца дикой Африки. Он выступал во второй своей ипостаси, домашней, он всегда переключался на нее, когда садился в поезд, идущий домой.

Сейчас переключение прошло не до конца, Терри выдавал блуждающий взгляд широко раскрытых глаз. На первый взгляд ничего особенного, но если приглядеться внимательнее, сразу видно, что с мужиком что-то не то. Странно, как таможня его пропустила без особого теста на наркотики.

Напротив Терри сидели два молодых человека, похожие друг на друга, как родные братья. Собственно, они и были братьями, старшего звали Ильдар, младшего - Ринат. Братья были невысокие, коротко стриженые и болезненно худощавые. У них еще был третий брат, Ришат, он сейчас чалился на зоне в Китае, туда правительство сдает в аренду осужденных за нетяжкие преступления. Ильдар грыз подсолнечные семечки, но шелуху сплевывал не на пол, как в обычных электричках, а в специальный кулек, это все-таки культурный поезд. Ринат слушал плеер, настроенный на радио "Шансон". Плеер у Рината был дешевый, некрякнутый, каждая вторая песня в нем автоматически переводилась на украинский язык в соответствии с законодательством. Но Ринату было наплевать, его музыкальный вкус не отличался изысканностью.

Взгляд Терри столкнулся с взглядом Рината, они улыбнулись друг другу. У Рината улыбка получилась напряженная и опасливая, у Терри - добрая и открытая.

– Эй, братишка!
– обратился к нему Ринат, сняв наушники.
– Почем перманент делал?

Терри удивленно приподнял брови.

– Перманент?
– переспросил он.
– Какой перманент? А, перманент! Нет, это не перманент, это Властелин Обезьян!

И глупо засмеялся.

Здесь надо пояснить, что среди русско-украинских наркоманов перманентом было принято называть незаконную генетическую модификацию, заставляющую мозг вырабатывать эндорфины не только в самых критических ситуациях, а все время. Организм, подправленный таким образом, чувствует себя как торчок на героине, при этом покупать наркоту не надо, передоз не грозит, рай, а не жизнь. Но стартовая цена перманента запредельна, так что в реальной жизни он встречается гораздо реже, чем в комедийных телесериалах.

– Что за властелин?
– заинтересовался Ильдар.
– Его нюхают или ширяют?

– Его постигают, - объяснил Терри.
– И осознают. Принимают и передают, из мозга в мозг, из сердца в сердце, из души в душу, из уст в уста...

– Сектант, что ли?
– догадался Ильдар.

Улыбка Терри расширилась настолько, что братьям показалось, что его лицо вот-вот лопнет.

– Не секта, но правда!
– провозгласил Терри.
– Бог есть любовь! Любовь правит миром, все, что вам нужно - любовь!

– Как думаешь, он наркоман?
– спросил брата Ринат.

– Скорее, пидор, - ответил Ильдар.
– Ненормальный какой-то.

– Я не пидор, - заявил Терри.
– У меня жена и дочь, вот, глядите...
– он вытащил из кармана телефон и спроецировал на экран семейную фотографию.
– Не оскверняйте себя сквернословием, вас, ребята, это не красит.

– Извини, братишка, - сказал Ильдар.
– У тебя бабло есть?

– Конечно, - кивнул Терри.
– Я же не нищеброд какой! А когда мне Кот имперское подданство сделает, я совсем богатый буду!

– Поделись, братишка, баблом, будь любезен, - попросил Ильдар.
– Возлюби своего ближнего и все такое.

Терри нахмурился, выражение его лица стало подозрительным.

– А с чего мне тебя возлюблять?
– спросил он.
– Ты мне кто: сват, брат, гей-партнер?

Ильдар переменился в лице и прошипел:

– За гей-партнера ответишь!

Ильдар сунул руку за пазуху, Терри тоже сунул руку за пазуху. Ильдар вытащил отвертку с заточенным лезвием, Терри вытащил пистолет.

– Твою мать, - сказал Ильдар.

– Прикольно, забыл сдать на выходе, - сказал Терри.
– Как бы на таможне не спалили.

– Пойдем, Ринат, сходим за пивасиком, - предложил Ильдар.

– Да, давай, пойдем!
– согласился Ринат.

Они встали со своих мест и пошли по проходу.

– Эй, братишки, ресторан в другой стороне!
– крикнул Терри им вслед.

Братишки сделали вид, что не расслышали.