Чтение онлайн

— Нам придется столкнуться с новыми слухами. Найдутся такие, кто станет шептаться за нашей спиной. Они будут предупреждать вас...

— Я этого не страшусь.

— Жизнь будет нелегкой.

— Такой жизни я и хочу.

— У вас будет падчерица.

— Которую я. уже полюбила.

— Сложная девочка, и с ней может быть еще труднее.

— Я постараюсь стать для нее матерью.

— Вы уже так много для нее сделали, но...

— Вы так стараетесь убедить меня, чтобы я не выходила за вас замуж. Итак, вы хотите чтобы я ответила отказом.

— Я никогда не позволю вам сказать «нет».

— А если бы я сказала?

— Я бы отвел вас в темницу и держал бы вас там. И тогда я вспомнила о ключе и рассказала ему, как я его обнаружила.

— Я надеялась подарить вам его вместе с давно потерянными изумрудами, — сказала я.

— Если этот ключ приведет нас к ним, это будет мой свадебный подарок, — сказал он мне.

— Вы думаете, что это возможно?

— Попробуем выяснить.

— Когда?

— Сейчас же. Вдвоем. Да, мы пойдем на поиски вместе.

— И куда же?

— Думаю, в темницы. На одной из клеток есть точно такие же геральдические лилии. Вполне может быть, что там и кроется разгадка... Хотите пойти сейчас?

И тут я вспомнила вдруг о других. О Жан-Пьере, который ищет в замке изумруды... Мы должны найти их раньше него, потому что если ему удастся их украсть, это навлечет позор на всю семью.

Он повел меня к конюшням, где мы нашли фонарь; он зажег его и мы направились в темницы.

— Я, кажется, знаю, где этот замок, — говорил он мне. — Я начинаю припоминать. Много лет назад, когда я был мальчишкой, темницы обследовали и обнаружили клетку с геральдическими лилиями. На нее обратили внимание, потому что страшно было подобным образом украшать такое место. Очевидно, это было сделано с какой-то целью.

— А не проверили, не было ли там потайного хранилища?

— Скорее всего, не было никаких признаков тайника, поэтому решили, что какой-то несчастный узник умудрился сделать их — никто не знает как — и укрепить на стене своей клетки. Как он работал в темноте, оставалось загадкой.

Мы подошли к темницам, и он распахнул обитую железом дверь. Входить в это темное и мрачное место с ним было совсем не страшно: что бы ни случилось, если мы вместе, я смогу выдержать все.

Он высоко поднял фонарь и взял меня за руку,

— Клетка где-то здесь, — сказал он

Там стоял отвратительный запах гниения и сырости; моя нога зацепилась за одно из железных колец, к которым прикреплялись цепи.

Ужасно! Но все же я не испугалась.

Вдруг он воскликнул:

— Идите сюда, смотрите!

Я подошла к нему и увидела геральдические лилии. Их было двенадцать, укрепленных с равными промежутками на высоте около шести дюймов от земли.

Он отдал мне фонарь и нагнулся, пытаясь отодвинуть первую из лилий, но она не двигалась, потому что была плотно прикреплена к стене. Он пытался отодвинуть их все по очереди. На шестой он остановился.

— Минуточку, — сказал он, — эта, кажется, поддается.

Возглас радости вырвался у него; я подняла фонарь выше и увидела, что он отодвинул цветок. Под ним находился замок.

Ключ подходил к нему и легко повернулся. — Вы видите здесь дверь? — спросил он.

— Она должна быть здесь, — ответила я. Я постучала по стене.

— За стеной пустота, — воскликнула я.

Он всем телом нажал на стену клетки, и к нашему восторгу раздался скрипящий звук и часть стены медленно сдвинулась.

— Вот и дверь, — сказала я.

Он нажал еще. Дверь вдруг открылась, и он издал победный возглас.

Я подошла к нему, фонарь в моей руке раскачивался.

Я увидела нечто, похожее на шкаф, — небольшое пространство размером два на два фута, внутри которого находилась шкатулка, похоже, из серебра.

Он поднял ее и посмотрел на меня.

— Кажется, — сказал он, — мы нашли изумруды.

— Откройте ее, — вскричала я.

Как и дверь, она поддавалась с некоторым сопротивлением; но они были там — кольца, браслеты, пояс, ожерелье и диадема — те самые, которые я восстанавливала на портрете.

Мы стояли и смотрели друг на друга; и он смотрел не на камни, а на меня.

— Итак, вы вернули сокровища замку, — сказал он.

И я поняла, что он думал не об изумрудах.

Это был самый счастливый миг в моей жизни, словно мы, после тяжелого подъема, наконец, достигли желанной вершины; но мы еще не знали, что нам предстоит сорваться в ужасную пропасть.

Скрипнула обитая железом дверь. Во мраке раздался шорох.

К нам обоим одновременно пришла мысль об опасности. Мы поняли, что не одни здесь.

Граф быстро притянул меня к себе и обнял одной рукой.

— Кто там? — крикнул он.

Из темноты выступила фигура.

— Так вы нашли их? — сказал Филипп.

Я взглянула в его лицо и ужаснулась, потому что в тусклом свете фонаря, я увидела человека, которого никогда раньше не встречала. Да, это было лицо Филиппа, но куда девались вялость и мягкая женственность его черт? Перед нами стоял отчаявшийся человек, для которого существовала лишь одна цель, для достижения которой он не остановится перед любой жестокостью.

— Ты их тоже ищешь? — спросил граф.

— Вы проникли сюда раньше меня. Значит, это были вы, мадемуазель Лоусон... Я боялся, что это будете вы. Граф взял меня за плечо. — Уходите, — начал он.

— Оставайтесь на месте, мадемуазель Лоусон, — твердым голосом приказал Филипп.

— Ты сошел с ума! — сказал граф.

— Ничуть. — Знайте — ни один из вас отсюда не выйдет.

Граф, держа меня, шагнул было вперед, но остановился, увидев поднятые руки Филиппа: в них было ружье.

— Не делай глупостей, Филипп, — произнес граф.

— На этот раз, кузен, тебе не уйти, как тогда в лесу.

— Отдай ружье.

— Я убью тебя.

Быстрым движением граф толкнул меня за свою спину. Угрюмый смешок Филиппа отозвался странным эхом.

— Ты не спасешь ее. Я убью вас обоих.

— Послушай, Филипп...

— Я слишком часто слушал тебя. Теперь твоя очередь послушать.

— Ты собираешься убить меня, потому что хочешь получить то, что принадлежит мне, не так ли?

— Ты прав. Если бы ты хотел жить, не надо бы делать предложение мадемуазель Лоусон; не надо было находить эти изумруды, в конце концов. — Надо было оставить что-нибудь и мне. Благодарю вас, мадемуазель Лоусон, что вы привели меня к сокровищам, но теперь они мои. Теперь все мое.