Чтение онлайн

Друзилла IV, самая юная из всех, медленно вышла навстречу ему. Из трещины в скале две негуманоидные няньки издавали раздраженное щелканье. Девочка спросила:

— Вы — Человек? Тот Человек, который должен прийти и полюбить меня?

Джерсен усмехнулся:

— Я — человек, это точно, но кого ты называешь «Тот Человек»?

Друзилла IV указала на трещину в скале:

— Они рассказали мне о Человеке. Есть только он и я. Я должна буду полюбить его. Вот что я узнала.

— Но ты никогда не видела этого человека?

— Нет. Ты — первый человек, которого я вижу. Первый, подобный мне. Ты замечательный!

— В мире много людей, — успокоил Джерсен. — Они тебе соврали. Поднимайся на борт, я покажу тебе еще одного мужчину и девушку вроде тебя.

Друзилла IV оглянулась вокруг с недоверием и тревогой:

— Вы хотите забрать меня отсюда? Мне страшно.

— Не надо бояться, — улыбнулся Джерсен. — Поднимайся на борт.

— Конечно. — Она доверчиво подала ему руку и вошла в салон. При виде пассажиров девочка в удивлении остановилась. — Я не знала, что на свете столько людей! — Она критически оглядела Этьена, Марио и Танзела. — Они мне не нравятся. У них глупые злобные лица. — Друзилла IV повернулась к Джерсену: — Ты мне нравишься. Ты — первый мужчина, которого я увидела. Должно быть, ты и есть Тот Человек, и я останусь с тобой навсегда.

Джерсен не спускал глаз с Марио, Танзела и Этьена. Виолю Фалюшу, должно быть, весьма неприятно слышать такое. Пленники сидели с каменными лицами, глядя на Джерсена с равной степенью отвращения. Лишь у Танзела слегка дергался уголок рта.

Джерсен поднял аэрокар в воздух и полетел на самый большой из островов. Почти немедленно он отыскал деревню и приземлился на центральной площади. Жители глядели на него в изумлении и тревоге. Неподалеку от деревни было каменное святилище. Оттуда вышла Друзилла III, спокойная и сдержанная, внешне такая же, как и сестры, однако в чем-то иная. Джерсена она рассматривала с дружелюбным интересом:

— Кто вы?

— Я пришел с Большой земли, — объяснил тот, — и хочу поговорить с тобой.

— Хотите, чтобы я исполнила ритуал? Лучше обратитесь к другому божеству. Ародин бессилен. Я молила его перенести меня куда-нибудь и о многом ином, но он был глух к молитвам.

Джерсен заглянул в святилище:

— Это его изваяние там, внутри?

— Да. Я жрица.

— Дозволь мне взглянуть на него.

— Нечего смотреть... Просто статуя, сидящая на троне.

Джерсен зашел в святилище. В дальнем его конце сидела фигура в два человеческих роста. Голова ее была изуродована: нос, уши, щеки отбиты. Джерсен повернулся к Друзилле III и с удивлением спросил:

— Кто повредил статую?

— Я.

— Почему?

— Мне не понравилось лицо. Легенда гласит, что Ародин во плоти должен прийти сюда и взять меня в жены. Я должна была молить статую о том, чтобы он пришел как можно раньше. Я разбила лицо, чтобы отсрочить этот миг. Мне не нравится быть жрицей, но мне не разрешают больше ничем заниматься. Я надеялась, что, раз статуя подпорчена, пригласят другую жрицу, но этого не произошло. Вы заберете меня отсюда?

— Да. Ародин не бог, он просто человек. — Джерсен проводил Друзиллу III в салон и указал на Марио, Этьена, Танзела. — Посмотри на этих троих. Кто-нибудь из них напоминает тебе статую Ародина, какой она была перед тем, как ты ее изуродовала?

Один из мужчин моргнул.

— Да, — сказала Друзилла III. — Да, в самом деле. Вот у этого лицо Ародина. — И она указала на того, кто моргнул, — на Танзела.

Танзел вскричал:

— Что происходит? Что вы собираетесь делать?

— Я хочу опознать Виоля Фалюша, — пояснил Джерсен.

— Зачем тыкать пальцем в меня? Я не Ародин, не Виоль Фалюш и даже не Вельзевул, если уж об этом речь. Я старый добрый Гарри Танзел из Лондона, ни больше и ни меньше. Да развяжете вы эти чертовы веревки?

— Со временем, — усмехнулся Джерсен, — со временем. — Он повернулся к Друзилле III: — Ты уверена, что это Ародин?

— Конечно! Почему он связан?

— Я. подозреваю, что он преступник.

Друзилла III рассмеялась чистым счастливым смехом:

— Что за ужасная шутка! Человек называет себя богом. Что он надеется получить?

— Тебя.

— Меня? Все эти труды для меня?

— Он хотел, чтобы ты любила, ценила его.

И вновь по кораблю пронесся смех.

— Столько напрасных усилий!

Джерсен увидел, как лицо Танзела заливает краска.

— Ты готова уехать отсюда?

— Да... Кто эти девушки, которые так напоминают меня?

— Твои сестры.

— Как странно.

— Да. Виоль Фалюш, или Ародин, странный человек.

Джерсен поднял аэрокар и переключил управление на автоматический режим, чтобы спокойно подумать. До сих пор он не добился бесспорных доказательств. Краска стыда, сходство с изуродованной статуей — все это интересные, но косвенные признаки. По правде говоря, он и на шаг не приблизился к Виолю Фалюшу. Джерсен обернулся и оглядел салон. Наварху надоело сторожить, поэт с тоскливым ожиданием озирал девушек. Возможно, ему почудилось, что одна из них — Игрель Тинси.

Что же предпринять? Эх, раздобыть бы сыворотку правды... Во Дворце Любви ни одна душа не знает хозяина в лицо, и в Атаре, и в Кулихе... На Земле Наварх пользовался кодом для вызова Виоля Фалюша... Джерсен поскреб подбородок. И вздрогнул. Вот кто поможет, Наварх!..

Тем временем поэт зашел в кабину. Джерсен указал на систему связи и отдал инструкции. Наварх ехидно усмехнулся.

Джерсен вернулся в салон и сел около Танзела. Кивнул выглядывающему из кабины пилота Наварху. Тот набрал код вызова Виоля Фалюша. Джерсен наклонился вперед.

На мочке уха Танзела что-то едва слышно запищало. Пленник взвизгнул и задергался в путах.

Наварх мягко проговорил в микрофон:

— Виоль Фалюш! Ты слышишь меня? Виоль Фалюш!

Танзел задергался, встретил внимательный взгляд Джерсена. Лицо пленника исказила гримаса отчаянья, он извивался в путах.

— Виоль Фалюш, — сказал Джерсен. — Время пришло.

— Кто вы? — прошептал Виоль Фалюш. — МПКК?

Джерсен не ответил. Наварх вернулся в салон:

— Значит, это он. Я так и думал. При его появлении у меня мурашки пробегали по коже. Где Игрель Тинси, Фалюш?

Виоль Фалюш облизнул губы:

— Вы двое собираетесь убить меня?

Джерсен и Наварх потащили его в кабину пилота и закрыли дверь, ведущую в салон.

— Почему? — закричал Виоль Фалюш. — Почему вы хотите сделать это со мной?

Поэт повернулся к Джерсену:

— Я нужен вам?

— Нет.

— Пока, Фогель! — бросил Наварх. — У тебя была интересная жизнь. — И поэт вернулся в салон.

Джерсен замедлил ход машины и открыл люк. Внизу, на расстояний десяти тысяч футов, плескался океан.