Чтение онлайн

Но мне все равно стало гораздо лучше, когда я увидела их всех. Хотя бы стало понятно, что хуже Демони здесь только демоническая мамочка, а со всеми остальными вполне можно общаться и не заморачиваться с подбором слов, мимики и жестов.

– Ну, а я Матвей, - не упустил именинник возможность пошутить и снова меня обнять, чтобы из его объятий меня смеющуюся вновь вытянул Демоня.

Глава 36

Всё мужское население дома, кроме Тимки, исчезло на заднем дворе дома, занимаясь с мангалом. Женская половина осталась в кухне и пока рубила салаты. Работали, конечно, я и Света. Екатерина Михайловна нянчилась в просторной гостиной с внуком и, по-моему, пыталась сделать из него благородную девицу, судя по тому, как просила его держать спинку ровнее и не расставлять ноги слишком широко.

– Сделаем небольшое блюдце с зеленью? – спросила Света. Обращаться ко взрослой женщине, у которой сын на пару лет старше меня, на «ты» было трудно. – Просто помоем по пучку зеленого лука, петрушки и укропа. Мужики любят всё это просто так зажевывать с мясом.

– Ну, если любят… - повела я плечами и достала из забитого всем, чем можно, холодильника, необходимую зелень. – Может, редиски еще просто так положить? Тоже вкусно. Остренько.

– Точно! – ткнула в мою сторону ножом Света. – Мой просто обожает редиску.

– А мой кофе и ворчать, - иронично подметила я, а Света рассмеялась.

– Ну, это они все любят. Иногда все трое как соберутся у нас на кухне за одним столом, и начинается ворчание за жизнь. Ну, и на меня, что ничего крепче кофе выпить на даю, - хитро подмигнула она.

– Правильно. Нечего им.

– Маша! – послышался голос демонической мамы из гостиной. Непонимающе переглянулись со Светой. – Маша, подойди! Сколько я могу тебя звать?

– Что за Маша? – спросила я у Светы шепотом и та тоже непонимающе пожала плечами, и слегка растеряно вместе со мной посмотрела в сторону гостиной.

– Ну, неужели меня не слышно? – ворчливый голос и топот женщины оказался совсем близко и вскоре Екатерина Михайловна очутилась в кухонной зоне с Тимкой на руках, чтобы сходу наехать на меня. – Маша, где бутылочка Тимура?

Маша? Ей бусами шею перетянуло?

– Она Майя, мама, - тактично поправила ее Света, но что демоническая мама лишь слегка закатила глаза, типа, «да какая разница?».

– А бутылочка, смесь и всё остальное для Тимура находятся в сумке для мамочек. Голубая такая. В гостиной в кресле, - у меня почти даже улыбнуться получилось.

– Хорошо, - пафосно дернула бровями женщина и, развернувшись, потопала обратно в гостиную, разговаривая с самой собой, но так, чтобы слышали все. – Надеюсь, твоя мачеха ничего не забыла…

– Вообще-то, сумку собирал ваш сын, а не я, - не удержавшись выкрикнула я.

От ее высокомерия и неприязни в отношение меня, хотелось побить ее огурцом, а сверху нашлепать пучками зелени, которые я как раз тщательно намыла.

– Не принимай на свой счёт, - мягко пожала Света моё плечо и тепло улыбнулась. – Она долго и тяжело привыкает к новым людям. Я двоих родила прежде, чем она поверила, что у меня с ее сыном всё серьёзно.

– Двоих?
– посмотрела я на несуществующие часы на своем запястье.
– Ну, сегодня я уже не успею.

– Не переживай, - рассмеялась Света и просто свела меня ароматом теплого салата с баклажанами. – С возрастом она стала более мягкой, так что двоих рожать не придется. Возможно, удастся отделаться одним.

– Ну, слава Богу! – иронично усмехнулась я. – Подожди-подожди! То есть сейчас Екатерина Михайловна реально душка?

– Ну, можно и так сказать.

– Я даже представить боюсь, что было лет двадцать назад.

– Лучше не надо, - сгримасничала Света. – Мне по началу казалось, что она воспринимает меня как чуму, что прокралась в их дом и решила забрать одного из сыновей. А ведь мы с Сашей сначала жили у его родителей. Целых два месяца.

– Два месяца с Екатериной Михайловной под одной крышей? – выпучилась я. – А покажи шрамы.

– Пхах! – рассмеялась Света. – Если бы… эта женщина знает, как кусать так, чтобы не осталось следов. Она, кстати, почти не улыбается. Мы с Сашей иногда называем ее Катя Бэкхем из-за этого. Но ты тоже к этому привыкнешь.

– И что, у нее прям совсем-совсем не было любимчиков среди невесток? – вопрос был с подковыркой. На самом деле мне хотелось узнать хоть что-нибудь про маму Тимура, но при этом не хотелось вдаваться в подробности трагедии, потому что я точно знала, что я расплачусь, когда опять подумаю о том, что малыш остался без мамы.

– Ну, почему же?
– чуть нахмурилась Света. Эта тема для нее, похоже, тоже была болезненной. – Была одна. Алина, жена Мирона. Он тебе, наверное, рассказывал уже?

– Вообще-то, нет. Мирон никогда не упоминал никого из своих бывших.

– Ну, конечно, - мягко, но как-то натянуто улыбнулась Света и спрятала глаза, уткнувшись в нарезку овощей.

И зачем я только полезла на эту территорию? Понятно же, что никто не хочет вспоминать те черные дни, когда произошла трагедия.

– Девчоночки! – бодрый голос Матвея разогнал тяжелую тишину. – Угли готовы. Где мясо?

– Сейчас, - спохватилась я и достала из холодильника большой таз с маринованным мясом.

– Красота! – втянул Матвей носом запах маринада. – Хоть сырым жри.

– Вы и так жарите мясо на мангале так, что в итоге мы его сырым и едим, - поучающе возмутилась Света.

– Сегодня шашлык на бате.

– Тогда хорошо. Я, наконец-то, тоже поем шашлыка, - облегченно выдохнула Света и отерла руки полотенцем. – Пойдем, Майя, тоже на улицу. Подышим немного, да стол в беседке потихоньку накроем.

– Пойдем, - согласилась я и тоже пошла вслед за остальными на задний двор, где дымил мангал, рядом с которым что-то неспешно обсуждали Демоня, его отец и старший брат.

И снова оказалось непривычным видеть его в неформальной обстановке. В джинсах, толстовке и кроссовках, не загруженный мыслями, из-за которых у него между бровей образовывался глубокий залом, Мирон Александрович выглядел лет на пять моложе, чем он есть на самом деле.

– Говори, что скучал!
– сходу обняла Света своего мужа и ласково прижалась к его боку, когда он приобнял ее за плечи и притянул к себе ближе.

– Конечно, скучал. Целый час мне никто не выедал плешь.

Обняв себя за плечи, я тихо улыбнулась и глянула на Демоню, который тоже мазнул по мне слегка прищуренным от яркого утреннего солнца и дыма взглядом.