Чтение онлайн

— Флюэнс…Чип в твоей голове, ключ… — вместо Таллина неожиданно ответил Кассиан, голос его прерывался от боли. — Просто убери его, сотри. Как ты сделала со мной.

— Поток, Флюэнс! — присоединился Таллин. — Пусть тебя ведет Поток!

Внезапное напутствие, стократ усиленное Потоком, ударило по нервным окончаниям, словно приказ. На мгновение Флюэнс показалось, что зал перед глазами поплыл и распался на сияющие нити, среди них мерцали две яркие искры и черное, вязкое пятно. Она потянулась к темноте и попробовала стереть ее, как уже делала, но та словно набросила на ее руку, вызывая нестерпимую боль и холод. Флюэнс отпрянула, моргнула, чтобы прогнать выступившие слезы, и вновь увидела перед собой зал. Таллин из последних сил отводил клинок Варгаса. Кассиан пошатываясь встал, но он явно не успевал помочь.

Поток колыхнулся, сияющая тонкая нить натянулась, а в следующее мгновение, чернота накатила удушливой волной, заволокла разум, и Флюэнс заозиралась, пытаясь найти хоть какой-то ориентир.

— Флюэнс! — Кассиан звал отчаянно, но она не могла понять, откуда звучит его голос, и не могла увидеть в черноте.

— Флюэнс, позволь звезде зажечь свечу, — Поток донес слова слабо, а искра Таллина мигнула и почти погасла.

Флюэнс всхлипнула, сжалась в комочек и закрыла глаза. Нет темноты, она просто закрыла глаза, как сотни раз закрывала их, оставаясь одна в мастерской на Ипсилоне, боясь ночи, полной звуков пустыни и старых механизмов, наполнявших ангар. Она просто успокоится, а потом зажжет свет.

Флюэнс зажмурилась и вспомнила тепло руки Кассиана и как Поток донес до нее его нежность и радость от этого прикосновения, вспомнила тепло объятий Хэнка и его смех, его гордость, когда она показывала, как у нее получается пилотировать корабль, или собрать какую-то деталь двигателя. Вспомнила Майка и его шутки, его поддержку и смех. Абби и его жизнерадостное бульканье при очередной встрече.

В ее жизни было так много светлых моментов, так много радости. Флюэнс позволила ей наполнить себя, собрала все, что поддерживало ее и помогало, и вздохнула, разводя руки. Показалось, что под веками вспыхнула сверхновая. Яркий, теплый свет, обещающий не конец, но начало новой жизни.

Флюэнс сама была этой сверхновой — вспышкой, разлетающейся в Потоке.

Он колыхнулся, отступив на мгновение, а потом вернулся, словно мощная приливная волна. Не было больше никаких холодных, темных клочков, только разливающийся вокруг Поток. Чистая, живая энергия, которая накрыла ее с головой, и Флюэнс провалилась в свет.

Робот наставивший дуло бластера практически Майку в лицо неожиданно замер. Майк поспешно нырнул вниз, уходя с линии заряда, но тот больше не шевелился. Шипящие звуки летящих зарядов стихли. Разом, словно и не было их. Мигнуло и зажглось основное освещение.

— Что за… — проговорил Поль тихо, словно боялся нарушить внезапную тишину.

Роботы, все те, что не были повреждены членами Коалиции замерли. Погасли горящие визоры, перестали двигаться углеродные нанотрубки их мышц.

— Они выключились! — с отчаянной надеждой в голосе воскликнул кто-то из толпы вымотанных, едва живых членов эскадрильи.

Они были в ловушке, но западня не захлопнулась, а просто перестала… работать. Роботы словно потеряли источник питания, или то, что отдавало им команды.

Сзади зашипели и открылись тяжелые двери, и наружу практически выбежал адмирал Астор:

— Слава Потоку, вы живы! — он сгреб Поля в крепкие объятия. — Я представлю вас к награде, капитан! Вас ждет повышение за отчаянное спасение личного состава и защиту базы.

С бледного лица адмирала тек пот, а его обычно безупречный молочного цвета мундир был заляпан маслом и кажется, кровью:

— Мы устранили десяток внезапно взбесившихся роботов-ассистентов в зале командования, они словно взбесились, застали нас врасплох… А потом оказалось, что двери заблокированы, и мы не можем вам помочь. Электроника не работала. Никакая, кроме автономной. Слава Потоку…

У адмирала тряслись руки, но Майка это странным образом успокоило. Он заглянул в комнату для брифингов, и там действительно валялись обломки роботов и были видны следы борьбы. Такое не инсценируешь. А значит адмирал Астор хотя бы не был предателем.

Неожиданно у Майка запиликал комлинк, он поморщившись от боли, сумел выцепить его из нагрудного кармана и с изумлением увидел, что звонок идет от Флюэнс.

— Флю! — заорал он прежде, чем прогрузилось видео, и задохнулся, когда экран показал лицо супремуса Кассиана.

— Прежде чем вы вырубите звонок, выслушайте, — голос Кассиана знали многие, и в коридоре опять воцарилась тишина.

Она разошлась волной шепота, а потом все стихло.

— Где Флюэнс?! Ты злобный… — начал было Майк, задыхаясь от страха за подругу.

— Эд, сказал же, дай я! Прекрасно я бы нашел кнопку. Отдай сюда, — изображение мотнулось в сторону, мелькнул какой-то, кажется, большой зал, и на экране появилось лицо мужчины в возрасте. — Майк, верно? Я — супремус Таллин. Мы виделись в Вирре.

Тут придушенный звук издали синхронно и Поль, и адмирал Астор, одновременно наваливаясь на Майка, чтобы заглянуть в экран. Майк зашипел от боли, и Поль поспешно подставил ему руку для дополнительной опоры.

— Супремус Таллин, рад видеть вас, — голосом, срывающимся от волнения заговорил адмирал Астор, кажется для него было слишком много потрясений за раз, потому что дышал он тяжело и со свистом.

— О, генерал, чудесно, что вы тоже тут, — деловито кивнул Таллин, — Передайте ваши координаты. Мы тоже на Серентисе, но я без понятия, где вы разместили базу. Мы на корабле, так что доберемся до вас сами. Генерал Соларис тоже с нами.

— Что с Флюэнс? — Майка не волновала генерал Соларис, но волновало благополучие подруги. — Почему вы звоните с ее комлинка?

— Она пока не до конца пришла в себя, но сказала, что у нее есть ваш номер, и что вы точно с Коалицией. С ней все будет в порядке, — проговорил Таллин. — Сегодня она спасла нас всех. Конклава больше нет.

— Покажите мне ее! Где она?

Изобращение крутанулось, кажется супремус не стал искать кнопку переключения камеры на фронтальную и просто развернул экран.

— Майки, — Флюэнс полулежала на полу, ее голова удобно устроилась на коленях Кассиана, и он нежно гладил ее по растрепанным волосам. — Как хорошо, что ты жив.

— Что ты… — Майк растерялся, потому что кажется Флюэнс вовсе не возражала против соседства Кассиана, но она никогда не любила, чтобы ей указывали, поэтому как хороший друг, Майк кашлянул и спросил:

— Ты точно в хорошей компании, Инфлюэнца?

— Ах ты! — она кажется попыталась приподняться, но Кассиан мягко ее удержал.