Влюбить вампира
Шрифт:
Так все просто и так все больно.
Я сжала ладони в кулаки так, что ногти до крови вонзились в кожу, и с силой ударила по кромке ванной, пытаясь заглушить боль в душе, но разве это могло помочь?
"Дура! Глупая-глупая девица!" - еще несколько сильных, яростных ударов, в которых я вложила всю свою душевную боль, всю горечь, всю злость на себя. Отбитая ладонь тут же заныла, но мне этого казалось мало.
"Вздумала влюбиться в вампира? Вот и расплачивайся!"
Из глаз потекли так долго сдерживаемые слезы, но я даже не заметила: горько, самозабвенно истязала сама же себя, не жалея "лестных" эпитетов.
Хотелось кричать, и я безмолвно кричала, хотелось выть, и я скулила от боли, хотелось забыться, и я глушила горечь...
Но все в этом мире когда-нибудь проходит, и я стала затихать: эта вспышка выпила все мои силы, выжгла все изнутри, обернулась слабостью и я устало опустилась обратно, прикрыв глаза. Только из-под полуопущенных век все еще текли слезинки, горло все еще сводило от рыданий, хотя душу уже начал сковывать лед апатии.
Всегда больно вырывать из своей души еще не сложившиеся чувства и надежды…
Глава 10
В семнадцать лет многое кажется по-другому. Неокрепшая душа еще делит мир на черное и белое, не приемля полутонов. Она не понимает, что не всегда есть только свет и тьма, что не все так просто в нашей жизни. Что обида может быть скоротечна, что ненависть может быть не до конца жизни, а любовь не до гроба. Что на место разрушенным надеждам и мечтам придут другие. В семнадцать лет кажется, что с разбитыми мечтами заканчивается и сама жизнь…
Сколько я пролежала так, закрыв глаза и ни о чем не думая, я не знаю. Вода уже давно остыла, так что я в полной мере выполнила наказ графа, но вылезать не хотелось. На место горечи и боли пришли полная апатия и безразличие. Словно внезапно выцвели, выгорели все краски, стало все серым, бесцветным. Ничего не хотелось, ни о чем не мечталось. Я заперлась от боли, отгородилась стеной холода и равнодушия. Мне казалось, что только так я смогу хоть как-то существовать. Наверное, если бы рядом были девчонки: рассудительная Тая, спокойная Вьен и бесшабашная Веста – они бы меня убедили, что ничего особо страшного не случилось. Выпили бы чаю, перемыли бы косточки графу и новой служанке, и, может быть, все было бы иначе.
Но я с детства не имела привычку с кем-то обсуждать свои чувства и свои мысли…
– Миледи? Миледи, вы где? - в дверь постучали, вырвав меня из полудремы. Кто-то пришел? Хотя, какая разница…
– Миледи?
Я неохотно открыла глаза. Погрузиться бы снова в то состояние полного забытья, но не дадут же. Хотя нет, и так уже долго пробыла здесь.
– Тут я. И никакая не миледи, тоже нашла миледи, - хмыкнула, поднимаясь из воды.- Что ты хотела?
Дверь ванной приоткрылась и в комнату заглянула новенькая служанка.
– Милорд разбудил и приказал посмотреть, все ли у вас в порядке.
– Все хорошо, иди дальше спи, - буркнула я и, обернувшись в полотенце, осторожно – не дай Бездна еще подскользнусь! – выбралась из ванны. Взгляд упал на принесенную лордом сорочку, но я тут же отвернулась. Нет, не буду ее надевать.
– Вы уверены?
– Что ты заладила: "миледи", "вы". Я не госпожа здесь, а… - а действительно, кто мы? Служанки? Узницы? Приживалки? Кто? И, неужели, она не знает, кто мы? – Не распоряжаюсь я тут, в общем, и все, - немного резковато закончила я. Настроения разговаривать особо не было, мне хотелось побыть одной, а девушка как-то уходить-то и не спешила. Тише, Ани, это еще не повод бросаться на людей.
– А ты приехала откуда-то издалека? - уже более мягко спросила я, выйдя, наконец, из ванной.
Ух, ну и погром тут устроил граф: половина вещей на полу, простынь съехала, вся кровать перерыта, подушки разбросаны по всей комнате. Ну ладно, не только граф, но и я тоже. Интересно, что подумала эта девушка, увидев такой разгром? Впрочем, когда это меня стало волновать? Вздохнув, я стала собирать подушки и кидать их на небольшую тахту. Как бы мне ни хотелось спать, но лучше сделать это сейчас, чем завтра тащить все в стирку.
– Из Маревки, - служанка ходила хвостом за мной, изредка поднимая ту или иную вещь, но особой пользы это не приносило.
– Это около столицы почти.
– Далеко от нас… Ты недавно приехала?
– Да вот пару дней как. Я к тетке ехала в Норбер, но денег не хватило. А тут как раз увидела, что ищут служанку в замок на пару дней. Вот я и решила подзаработать, – она немного помолчала, а потом, видимо, решив, что я все равно еще ложиться не собираюсь, с интересом взглянула на меня: - Ой, а расскажи…
И на меня посыпался град вопросов. Девушку интересовало буквально все: начиная от того, как и чем живут в городе, заканчивая кто и во сколько возит молоко в замок. Были вопросы и о графе, но про него мне особо говорить не хотелось (да и вообще мне говорить не хотелось, а уж про него-то особенно), так что я от них ушла достаточно общими фразами.
– А где же графиня? Не может же быть, что граф холост?
Я пожала плечами и зевнула. Когда мы (вернее я) привели, наконец, комнату в порядок, за окном уже занимался рассвет. Надо лечь хотя бы на пару часов, а то завтра буду как вареная рыба, и опять лорд будет недоволен....
– Я ничего про его жену не знаю, - вновь зевнула я, залезая под одеяло.
– Тебе, кстати, не надо разве к лорду?
– вспомнила внезапно я цель визита девушки.
– Ну, я убедилась, что с тобой все в порядке и сейчас пойду к нему, - девушка направилась к выходу из комнаты, - Он, наверное, устал...
– донеслось до меня, прежде чем дверь за ней закрылась.
– Может, смогу ему чем помочь...
Несмотря на корку льда, что я старательно растила вокруг себя, ее слова все же резанули по мне. Почему? Бездна только и знает.
Забудь, Ани, и спи. Ты и так уже понаделала глупостей. Хватит.
Больше никогда и никуда не полезу. Никогда. И никуда!
Продолжение 09.01
Утро далось мне тяжело. Может, потому что оно наступило почти в четыре часа дня? Все болело, все ныло, вдобавок ко всему я нашла у себя пару больших, уже наливающихся сливовым цветом синяка.
Обед мне принесла сама госпожа Лирэ. Она же потом почти час мучила меня, массируя и растирая какой-то мазью. Управляющая сказала, что так у меня быстрее пройдут синяки и ушибы, но где-то внутри у меня закралось подозрение, что это лорд ее послал с таким наказанием, потому как ни одна мышца, ни одна косточка не осталась без внимания женщины. Ох… Теперь я понимаю, какого это, когда пытают!
Стараясь отвлечь меня от боли, госпожа рассказывала последние новости. От нее я узнала, что Мила задерживается – дороги развезло, не проехать. Поэтому и наняли на время другую служанку – Эймали, потому как я сейчас ничего не могу делать.
Что настало время ежегодной осенней генеральной уборки, поэтому сейчас замок драят до блеска. Правда, я так и не поняла, что тут можно драить – замок и так поддерживался почти в идеальной чистоте, но управляющей виднее.
Задействованы в этом действе были все женщины – и девчонки тоже. Все, кроме меня. Мне же было приказано даже не пробовать браться за работу, а не то… Мне строго погрозили пальчиком и стали разминать мышцы предплечья. Я аж взвыла от неожиданности.
Мужчины же были заняты другим - они готовили замок к зиме: убирали утварь, которая нужна была летом, утепляли помещения, перетаскивали мебель и какие-то вещи, перестилали и перетряхивали ковры и шкуры.