Чтение онлайн

– Еще на посошок? – сказал Рейф и замахнулся зонтом для последнего решающего удара, но нанести его так и не успел: бандит с расквашенным носом поспешил сам спрыгнуть с поезда. Фанни бочком подобралась к Рейфу и выглянула наружу сквозь прореху в брезенте, натянутом между вагонами. Она увидела, как бедолага с разбитым носом кубарем покатился вниз с насыпи.

Рейф, подхватив Фанни под руку, решительно потащил ее назад, в тамбур, а оттуда по коридору в пустое купе.

– Что я тебе велел делать?

– Не выходить на площадку, но…

– Никаких «но», Фанни. – Опершись ладонями о стену, Рейф угрожающе навис над ней. – Ты должна делать то, что я тебе говорю, иначе я не смогу тебя защитить.

На Фанни его угрожающие интонации не подействовали. Сложив руки на груди, она, презрительно выпятив нижнюю губу, заявила в ответ:

– А мне вот кажется, что тебе без моей помощи пришлось бы худо. Еще неизвестно, кто кого защищал. – Галстук Рейфа сбился на сторону, а от пиджака отлетели почти все пуговицы. Рубашка и жилет были в крови. Фанни медленно подняла глаза, пока не встретилась с ним взглядом.

– Суфражистки всегда такие отважные?

– Думается, я могу за себя постоять, – запальчиво ответила Фанни.

Рейф тяжело опустился на сиденье напротив своей спутницы.

– Должно быть, я пропустил что-то важное, изучая манифест свободных женщин.

Фанни закатила глаза и громко вздохнула.

– Знаешь, я здорово устала от всего этого. И я так и не поняла, куда мы едем. Мы что, просто бежим, не зная куда? Или у тебя все же есть план? Пусть самый приблизительный?

– Разумеется, у меня есть план. И, знаешь, по тебе не скажешь, что ты сильно устала. – В глазах Рейфа промелькнула ирония. Ему даже хватило наглости ухмыльнуться. – Но ты всегда была сорвиголовой, и при этом красавицей.

Фанни и забыла, каким он может быть опасным. Смертельная угроза девичьему сердцу.

– Твоя бессмысленная лесть вызывает во мне только раздражение. Итак, я повторяю вопрос: у вас есть определенная стратегия, детектив Льюис?

Рейф сокрушенно покачал головой:

– Видит Бог, Фанни, у тебя бульдожья хватка. – Прядь упала ему на глаза. Он откинул ее со лба.

– Что-то подсказывает мне, что плана у тебя нет.

Рейф наклонился вперед, ближе к ней, и, понизив голос, сообщил:

– Поверь мне, сейчас не то время, чтобы я посвящал тебя в свои планы. Все ради твоей безопасности. В настоящий момент я представления не имею о том, кто эти люди, что охотятся за тобой, и что они имеют против изобретателей и промышленников, и в частности, против тебя лично. Я не знаю, кто их направляет, и ничего не знаю о том, какими финансовыми и прочими ресурсами они располагают… Мне продолжать?

Чем больше Рейф наклонялся вперед, тем больше Фанни отклонялась назад.

– Да, надо признать, вопросов много.

В глазах его заплясали озорные искры.

– Мы заключили перемирие, Фанни, помнишь? – Рейф достал из жилетного кармана часы. – Сейчас половина девятого. До истечения срока осталось еще несколько часов.

– Джентльмен никогда бы не повысил голоса на даму, а ты позволяешь себе кричать на меня. – Фанни вжалась в спинку сиденья. – И непристойно выражаться. И поминать имя Господа всуе.

– Только не говори, что при тебе никто никогда не чертыхался, Фанни. Впрочем, у меня куча недостатков, и лучше тебе о них знать. Я курю, чертыхаюсь и не прочь выпить. Одним словом, как ты неоднократно и с удовольствием замечала, я – не джентльмен. – Рейф достал серебряный портсигар. – Вот черт, – удрученно сказал он, отправив портсигар обратно в карман. – Пусто.

– Табак вреден для легких, – назидательно заметила Фанни. – Тебе следует бросить курить.

Меньше часа назад Рейф дал зарок бросить курить, но сейчас курить хотелось так, что за одну сигарету он был готов продать цыганам собственную тетушку.

– Я поклялся бросить курить, если мне удастся перехватить один небезызвестный тебе фургон в Эдинбурге, что едва от меня не ушел.

Эти изумительные карие глаза напротив подозрительно прищурились. Фанни всегда отличалась дерзкой прямотой. Ему импонировала ее привычка смотреть прямо в глаза.

– Зачем ты делаешь вид, будто я тебе нравлюсь, когда это явно не соответствует действительности, Рейфел?

– Теперь, значит, я для тебя Рейфел. Тяжелый случай. Сначала Рейф, потом детектив Льюис, а теперь ты обращаешься ко мне так же, как моя мать.

– Как будто твоя мать с тобой разговаривает!

– При всем невыразимом удовольствии, что доставляет мне общение с вашей откровенно недовольной моей компанией персоной, я хочу, чтобы ты знала, Фанни: я на коленях умолял свое начальство не отправлять меня в Эдинбург.

Фанни что-то нечленораздельно пробурчала и милостиво сменила тему.

– К настоящему времени я насчитала четырех злоумышленников, – задумчиво протянула она.

– Как минимум четверо, но не исключено, что их куда больше, – возразил Рейф.

– Похитителей было двое, – продолжала Фанни, – еще двое преследовали нас в Эдинбурге и затем спрыгнули на поезд с моста. Дрожь пробирает при мысли о том, что по нашему следу направят еще кого-нибудь. – Фанни сосредоточенно разглядывала дырочку на кружевной оторочке рукава. – Весьма вероятно, что эти же люди причастны к убийству Артура Пула, а также моего отца.

Рейф глубоко вздохнул, испытав при этом острую боль в груди.

– Очень похоже на то, что подозрения Скотленд-Ярда в отношении тебя не беспочвенны. И кто знает, сколько еще промышленных тузов пребывают в опасности. – Рейф сунул руку под пиджак и погладил больной бок.

По телу Фанни прокатилась дрожь, которую Рейф не мог не заметить. Очевидно, посттравматический шок.

– Я догадываюсь, что у тебя нет никакого долгосрочного плана, – сказала Фанни. – И все же, каким будет твой следующий шаг?