Чтение онлайн

Я автоматически проверяю свой телефон на наличие сообщений. Ничего.

— Я не знаю, Лорен. Думаю, я просто… не знаю. Я подожду, тогда все и разъяснится, я надеюсь.

Про себя я насмехаюсь над словом «встречаться». Это просто слишком незрелое и… слабое слово, чтобы описать наши с Зейном отношения. То, что произошло между нами, было слишком напряженным опытом, чтобы его можно было описать таким прозаическим выражением.

Или я просто романтизирую то, что по сути было развлечением. Ага, наверное.

Но все же. Взгляд в глазах Зейна, когда мы целовались. Мне хочется верить: то, что я видела тогда, было большим, чем обыкновенная похоть. Ведь так?

Я не знаю. Мне хочется, чтобы он позвонил. Больше всего мне хочется услышать его голос, заверяющий меня, что все произошедшее не было ошибкой, и что мы снова будем видеться.

Я соскучилась по мамочке. Я и не осознавала насколько, пока не увидела ее, бегущую ко мне, чтобы поздороваться, и я чуть не разрыдалась, когда она сжала меня в крепких объятиях.

Она великолепно выглядит! Судя по всему, поездка в Европу хорошо повлияла на нее. Я в восторге от ее новой прически и дорогой одежды. Мама вся светится от счастья и… да… любви. Она затягивает меня в дом, чтобы показать всю одежду и сувениры, которые привезла мне в подарок. Даже Билл выглядит довольным. Он неловко гладит меня по спине, когда я делаю комплимент по поводу его загара.

Мы официально переезжаем в дом Билла. Я ведь должна радоваться этому? Моя новая комната в три раза больше старой, и мама немного переборщила, украсив ее в стиле принцессы. Вся эта фиолетовая и антикварная мебель не совсем в моем стиле, но все равно это мило.

Мне нравится небольшой балкон с французскими дверями — идеальное место для любого принца, желающего взобраться и спасти меня. И гигантская кровать с драматически прозрачным балдахином заставляет меня чувствовать себя девушкой из гарема, и даже не знаю почему, но мне это нравится.

Итак, прошло три дня с того момента, как я виделась с Зейном. Наши графики, кажется, совершенно не совпадают. Но мы часами разговариваем по телефону. И да, я признаю, что мы занимаемся сексом через сообщения.

Не могу поверить, что я призналась в этом. Один вечер с Зейном — и я превратилась в сексуальную бабенку. Как же я соскучилась по нему. Он был в Лос-Анджелесе, занимался какими-то своими делами, но сегодня вечером он приедет к нам на ужин.

Да. Ужин вместе с родителями. Упс.

Я до ужаса нервничаю и почему-то стесняюсь в мыслях снова увидеться с ним. Как я должна вести себя? Что мне надеть? Моя дилемма осложняется тем, что мама будет там и его отец.

Ох, как же все сложно.

Мама хочет, чтобы я надела красивое платье персикового цвета, которое она привезла мне из Парижа, и я понимаю почему, когда захожу в гостиную и вижу, что она одета в сочетающееся с ним платье! Я сразу же разворачиваюсь, чтобы пойти переодеться, но голос мамы останавливает меня.

— Боже мой, Виолетт, ты так прекрасно выглядишь!

Я, громко вздыхая, останавливаюсь.

— Спасибо, — бормочу я.

Мама держит свой iPad под мышкой. Когда я ее спрашиваю об этом, она вся сияет.

— Я подумала, что Зейну захочется посмотреть наши фотографии из поездки. Я знаю, что ты уже почти все их видела, должно быть, я присылала тебе их тысячами каждый день.

Я открываю рот, чтобы сказать ей, что рада была получать их, но звонок в дверь прерывает меня, и вместо этого я вскрикиваю и подпрыгиваю.

— О, это, должно быть, Зейн. Открой дверь, хорошо? И почему ты такая нервная сегодня, Виолетт? Может тебе нужно потреблять меньше кофеина?

Он здесь!

Жутко волнуясь, я иду на негнущихся ногах в фойе. Делаю глубокий вдох и открываю дверь.

И я полностью обескуражена, когда вижу Зейна, который выглядит невероятно красивым в рубашке с длинными рукавами и бежевых брюках. Его мягкие темные волосы выглядят так, как будто он проводил по ним руками, а его подбородок покрыт небольшой щетиной… как же это сексуально!

— Привет, — говорит он, сверкая своей сексуальной полуулыбкой.

— Привет-привет, — я смотрю на него.

— Эээ, можно мне войти?

— Ох! Да, извини.

Я открываю дверь пошире и отхожу в сторону. Зейн проходит мимо меня, затем оборачивается. Мы стоим вот так в фойе, захваченные неловким молчанием.

Он подходит, чтобы взять меня за руку, но я отступаю назад. Он приподнимает бровь, когда я поспешно отхожу от него.

Я не знаю, как объяснить ему свои чувства: что если он прикоснется ко мне, то сломает плотину подавленных эмоций, которые я так отчаянно пытаюсь контролировать. А сейчас не время для этого, не тогда, когда мама находится в соседней комнате.

Говоря о…

Появление мамы спасает меня в самый последний момент. Она спешит обнять Зейна, странно же ревновать к собственной маме? Также у меня появляется неожиданное желание выкрикнуть: «Он видел меня голой!».

Слава богу, я этого не делаю. Я прикрываю рот рукой и следую за ними в гостиную. Они сидят на диване, а я плюхаюсь в кресло. Как в тумане, я наблюдаю за тем, как мама болтает с ним, заставляя рассматривать фотографии, и рассказывая забавные истории о своих европейских приключениях.

Зейн так мил с ней! Терпеливый и обворожительный, он шутит вместе с ней о своих приключениях.

Время от времени он смотрит на меня, вопрошающе и насмешливо. Я избегаю его взгляда, но украдкой смотрю на него, когда его внимание направлено на кого-то другого.

Я очерчиваю его идеальные черты глазами: его высокий лоб, темные брови над насыщенными темными глазами, прямой нос… этот красиво изогнутый, сексуальный рот. Изысканный изгиб его скулы. Сильную квадратную челюсть, небритость…

Эй, я только сейчас поняла, щетина Зейна намного светлее, чем волосы на голове. Хмм, как волоски на руках. Раньше я не замечала этого… он красит волосы? Мне интересно, они такого же рыжего оттенка, как и у его отца?

Или, возможно, он один из тех людей, чьи волосы на теле видны только на свету? Я знала девушку, в которой экзотически смешалась гавайская, филиппинская и германская кровь. Ее волосы и кожа были темными, но у нее были светлые усы. Их было прекрасно видно на свету.