Влюблюсь. Женюсь. Не разведусь
Шрифт:
Михаил, место которого он занял, действительно был старше, но всего на несколько лет. Мужиком был нормальным, работящим, но большой любитель горячительных напитков. Именно эта тяга его и сгубила: лишился семьи, дома, работы. Но что-то изменять в своей жизни он не спешил. Наверное, его просто устраивало всё.
Ирина согласно кивнула, явно смущаясь своей то ли смелости, то ли наглости. Но её можно понять: незнакомец ворвался в её жизнь без разрешения и предупреждения. Это понравилось Войнову. Подавив усмешку, он достал из сумки документ, подтверждающий личность, и протянул хозяйке, при этом стараясь взгляд не опускать ниже её подбородка. А ведь искушение было велико: её майка идеально подчёркивала женские прелести.
Она судорожно раскрыла паспорт и внимательно его изучила. Ему захотелось пошутить, что на зуб пробовать всё же не стоит, но не успел. Ирина заговорила первой:
— У вас есть прописка. — И подняла на него неуверенный взор серых глазищ.
— Есть, — подтвердил Захар. — Но дом сгорел пять лет назад. Средств на его отстройку нет, — вспомнив нужный факт из биографии Михаила Трифонова, озвучил его.
— Простите.
— Да ничего. Дела минувших дней. Так где мне можно притулиться?
— В летней кухне, — махнула она рукой на вход. — Пройдёмте, я вам всё покажу.
Войнов спорить не стал. Прошёл вслед за нею, с удовольствием вдыхая аромат оладьев. В животе голодно заурчало, вновь напоминая, что он давно не ел. Бросил мимолётный взгляд в сторону газовой плиты: горка на тарелке такая соблазнительная, что Захар едва не пошагал прямо вместо того, чтобы повернуть направо. Мысленно пообещав им, что вернётся буквально через несколько минут, вошёл в маленькую комнатку. Ирина как раз включила верхний свет и отошла в сторону, взмахом руки показывая, чтобы осматривался.
Войнов опять подавил улыбку. Так смущается, будто это она пообещала ему золотые горы, а не он заявился внаглую.
Осмотрелся. Слева от входа — старая тахта. Вроде бы чистая на первый взгляд, только подушки не хватало. Напротив — длинный, почти во всю стену, стол, кристально чистый. Посреди той стены — небольшое окно, увы, заделанное. Справа — небольшая обувная полка, вешалка и довольно большое окно — тоже заделанное. Вот почему в комнатке так темно.
М-да, не вип-номер в пятизвёздочном отеле, но и он же не премьер-министр, а, грубо говоря, бомж — естественно, по придуманной легенде. Перед сном нужно будет поплевать через левое плечо, чтобы реальностью сия легенда не стала. Или что там нужно сделать?
— С той стороны можно поставить пластиковый комод для ваших вещей. У меня есть свободный, — предложила тем временем хозяйка дома.
Захар посмотрел на неё и утвердительно кивнул.
— А санзона?
— Пойдёмте, покажу.
Ему показалось, или она смутилась ещё больше?
Оставив сумку, он продолжил занимательную экскурсию. Они вышли из кухни и повернули направо, обошли её и остановились. Новый взмах — теперь уже в левую сторону. Захар инстинктивно посмотрел, куда указали: железная коробка с баком наверху.
— Душ, — лаконично презентовала Ирина.
Войнов шагнул к нему с неким неверием в происходящее. Как-то он совсем по-другому себе представлял проживание здесь.
Хотя… Если хозяйка оказалась совершенно другой, то почему дом и двор должны были соответствовать его ожиданиям?
Наивный. Ой, наивный.
Понастроил себе воздушных замков — теперь расхлёбывай, Войнов.
— А это туалет, — махнула она вперёд.
Он взглянул туда. Обычный уличный туалет. У него тоже такой был. Вот только пользовался он им лишь когда только переехал туда — а это было лет тринадцать назад.
— Ясно-понятно, — на выдохе произнёс он. — А мне можно ополоснуться после дороги?
— Конечно. Только не забывайте проверять уровень воды в баке и добавлять. Шланг протянут. Вентиль открывать под раковиной на летней кухне. Я потом вам покажу. Извините, но только так. Я, откровенно говоря, боюсь впускать постороннего человека в дом.
— Понимаю. Ничего против не имею. Я и за это очень благодарен, — растянув рот в наигранной благодарной улыбке, сказал Захар. — А еда? Светлана же вам говорила о том, что я работаю за миску супа?
В этот момент он почувствовал себя совсем неловко. Стыдно, наверное, — правильно сказать. Он привык обеспечивать себя и своих родных, а теперь надо жить за счёт женщины? Ох, что-то он переоценил себя.
— Конечно. Вы пока мойтесь, а я накрою на стол, — протараторила Ирина.
— А полотенце не одолжите? Забыл совсем, что нужно взять с собой что-то помимо вещей.
— Конечно. Гель для душа и мочалку тоже дам, но у меня только женский.
— Ничего страшного. Спасибо большое.
Пока хозяйка скрылась в недрах своего дома — который ему тоже хотелось осмотреть, но нельзя, к сожалению, — он поднялся на единственную ступеньку крыльца летней кухни. Бегло и незаинтересованно оглядел двор. Чисто. Но работы, как и во временном его жилище, непочатый край. В первую очередь он бы заменил садовый забор и ворота. Уличная колонка тоже не внушает доверия. И зачем ей будка, если собаки нет? Забор со стороны соседей тоже на ладан дышит. Остальные ему предстоит только посмотреть. Да и дом ему в любом случае осматривать, чтобы обсудить с Ириной и наметить фронт работы.
Соблазнительный запах оладьев таки манил его подскочить и метнуться в кухню, чтобы слопать по-тихому пару кругляшков, но он сумел сдержать этот порыв. Руки всё же тоже нужно сперва помыть после дороги, прежде чем хватать вкусняшки.
— Вот, — протянула хозяйка ему банное полотенце. Качество хорошее. Цвет — хвала небесам, не розовый. Тёмно-фиолетовый. Нормально.
Поблагодарив кивком, он пружинисто поднялся и направился в душ. Однако добродушное настроение кануло под гнётом суровой реальности: войдя в кабинку, он потянул на себя скрипучую дверь, ужасаясь этого страшного звука (фильмы ужасов точно жаждут заполучить его), машинально протянул руку, чтобы защёлкнуть задвижку, но её не нашёл. Осмотрев всю дверь, так и не нашёл, как она закрывается.
Вздохнув, принял своё поражение и оставил как есть. Ну не будет же Ирина подглядывать за ним в маленькую щель? Хотя он совершенно не против, если она решится на такую маленькую шалость. Но что-то ему подсказывает, что и надеяться не стоит. Ирина пока напоминает дезориентированного воробышка.
Усмехнулся. Глянул на щель.
Вот тебе и приключения, Войнов. Хотел? Получи и распишись. Теперь главное, чтобы соседи не вздумали устроить засаду с последующим подсматриванием. Хотя и в таком случае его это мало выведет из себя. Стесняться ему нечего. Хотят — пусть любуются.