Чтение онлайн

— Просто он высоко летает, а там всегда разборки, — нахмурилась Марго, а потом ещё и цыкнула: — Жаль, что у тебя на него ничего не колыхнулось. Хороший был вариант, но ты права, рвать не нужно. И как-нибудь так… — неопределённо покачала головой.

— Я его боюсь, и это не шутка. Моё «нет» не принимает. У меня в запасе пара недель до его возвращения. И мне кажется, самым идеальным и безболезненным вариантом для меня будет… закопаться заживо.

— Не утрируй, — буркнула Марго. — Что-нибудь придумаем. В конце-концов, — пожевала слова, — я ему верну сумму, которую он нам подарил, — проворчала, убив готовностью пойти на такие… жертвы… — Не смотри так, — свела брови к переносице Марго. — Да, я прожжённая и циничная сука, но ради спасения подруги готова… даже на такое! — словно оправдывалась, видя моё безмерное удивление. — Нужно ещё раз попытаться с ним поговорить. Возможно, что-то хитрее придумать. Замену тебе найти и если этот варик не прокатит, предложить… полюбовно и без долгов перед друг другом, — пробурчала. — Вот только, боюсь, он нас утопит… И сына своего заставит передумать насчёт проекта, — досадливо качнула папкой.

— Марго, ты сильно не надейся на это, — кивнула в ответ я. — Рус милый парень с большим сердцем. Но это бизнес-план не клиники для зашибания денег, как мечтаешь ты. Это сегментировано… на средний класс и узкопрофильно — на спортсменов, — подытожила то, что меня реально умилило в идее Руслана.

— Робин Гуд? — скривила личико Марго.

— Лайт версия, — тяжко вздохнула я, кратко пересказав, что поняла из прочитанного.

— Ты ему сказала, что дешевле эти деньги безвозмездно раздавать нуждающимся?

— Да, — кивнула я. — А ты понимаешь, что потеряв Громова старшего, клада на эти листах не откопаешь?

— Хреново, — помрачнела Анисимова. — Ладно, — хлопнула папкой по столу. — Я это подробней изучу, над проблемой помозгую, а дуй работать, — отвечая на подоспевший входящий, подмигнула подруга.

Смена прошла без происшествий, я возвращалась домой замученная и усталая. До последнего боялась наткнуться на Русю, но парня ни на парковке, ни у подъезда, ни под дверью не обнаружила.

А уже входя в квартиру, в кармане запиликал телефон. Вот и звонок от сына прилетел:

— Мам, ближе к вечеру приеду.

— Ок, — устало покивала. — Тебя встретить?

— Да ну, шутишь? — фыркнул Жека. — Сам доеду.

— Хорошо, — с облегчением выдохнула, а приезд сына чуть не проспала. Вернее проспала, но услышав копошение в квартире, быстро вскочила с постели и, кутаясь в халатик, поспешила встретить Жеку.

— С приездом, — мягко улыбнулась ему уже в прихожей.

— Спала бы, мам, — проворчал Женя, но позвонил себя клюнуть в щёку.

— Как поездка? Матч? — зевнула я.

— Норма. Выиграли… — сбросил кроссовки, куртку на вешалку.

— Как доехал?

— Рус подвёз…

Я тотчас подсобралась. Нелепыми движениями не то халатик удлиняя, не то волосы приглаживая.

— Он у нас? — заозиралась, друг чего-то пропустила.

— Нет, команду встретил и сообщил, что вечеринка намечается. Ну и меня по ходу домой закинул.

Мне полегчало:

— Ладно. Кстати, я там тебе купила вкусного, — махнула на кухню. — Или ты уже на вечеринку?

— Я не пойду… — голос Жеки гулко прозвучал в ванной комнате, где сын из сумки вещи в корзину для грязного белья на стирку забрасывал.

— Хорошо, — дождалась его выхода и опять чмокнула на прощание. — Я спать. Жек, а почему не пойдёшь? — уже ногой проёма в зал обернулась.

— Не хочу, — мрачно брякнул сын, скрываясь в своей комнате.

Проснулась уже ближе к ночи от дикого чувства голода…

А проходя мимо комнаты сына, мельком увидела, что Жека лежал на постели. Руки за головой, взгляд прямой, тяжёлый в потолок, и нет в этом парне моего улыбчивого милого сына. Угнетённый, мрачный, потерянный…

— Жек, — постучала по дверному косяку, головой ныряя в комнату, чтобы привлечь внимание: — У тебя всё нормально?

Сын кивнул.

— Есть будешь?

Жека покачал головой.

Я досадливо вздохнула и поплелась на кухню.

Совсем плохо дело. Я так Жеку потеряю. Его спасать нужно. Только бы понять, в чём причина его хандры.

— А ну вставай и составь мне компанию, — бросила тоном не терпящим возражений. Решительно вернулась к сыну и демонстративно постучала его по ноге: — Я соскучилась. И раз ты не спишь, я не сплю. Хочу поболтать, — потянула за штанину, словно угрожала собственноручно его туда оттащить, если по-хорошему не пойдёт.

— Только есть не заставляй, — пробурчал Жека и с явной неохотой за мной поплёлся.

Разговор был ни о чём. Я болтала, как у меня на работе. Какие пациенты вредные и благодарные. Обходила острые углы о новом учредителе. О его планах. Но говорила, говорила, лишь бы не молчать, иначе хоть вколачивай топор в стену молчания сына.

И вот, когда уже и я выдохлась, мелодия рингтона моего мобильного наполнила кухню. С работы. Один из дежурных врачей заболел и меня срочно сорвали на замену.

— Прости, — досадовала искренне, — меня в клинику нужно.

— Да, конечно, — кивнула Жека. Он, как всегда, мой отъезд принимал как должное.

Но уже в ванной комнате за макияжем, крикнула сыну:

— Жек, тебе нельзя хандрить. Это противоестественно, — торопливо тушь на ресницы наносила. — Ты у меня огонь. А он живёт, лишь когда горит. Тебе влюбиться нужно… — осеклась. Точно гром среди ясного неба: — Жек, ты… — опять запнулась, выглянув в коридор, где сын стенку подпирал, скрестив руки на груди, — ты влюбился? — не то утверждала, не то спрашивала. Сын так красноречиво промолчал, что я тоже слов нужных не нашла. Вернулась к зеркалу и макияжу:

— Это же замечательно. Любовь, она…

— Сложно всё, — перебил меня Жека.

— Это хорошо, любовь через сложности, часто крепкая и надолго…

— Тебе откуда знать? — беззлобно буркнул сын. — У тебя с папой любовь была сразу и без заморочек. Зато теперь ты чувств избегаешь, — заглянул ко мне с милым укором во взгляде. — Лучше бы о себе подумала, а не моими проблемами озадачивалась.

Я даже стыла с тушью в одной руке и кисточкой в другой, глядя на Жеку через зеркало.

— Ты прав, — не могла не признать, — но если бы у меня было чувство, я бы за него сражалась. И ты не смей сдаваться! Если конечно… — и тут меня вновь осенило. — Она-то к тебе как относится?

— Хорошо, — покивал Женя.

— Тогда в чём дело? — ловко закрутила крышку туши, бросила в косметичку.

— У нас всё… очень непросто, мам. Она… не свободна.

— За мужем? — упало сердце.

— Нет, но встречается и… — сын не договорил, я ладошкой руку его накрыла. — Тогда нет «и», «но», Жек. Если чувствуешь, что твоя. Если нужна, как никто… скажи ей об этом. Иначе всю оставшуюся жизнь будешь себя корить за то, что не всё сделал… Признайся ей. Пусть сделает выбор!.. — не договорила, телефон сына пиликнул. Он лениво достал из кармана спортивок мобильный. Хмуро глянул на экран: