Чтение онлайн

— Тебе легко говорить, ты же не пойдёшь воевать, а будешь отсиживаться в этой берлоге, — раздражённо отозвался Тим.

— А кто тебе мешает сбежать? У Мета много тайных закоулков, можешь уйти и спрятаться в каком-нибудь из них. Здесь тебя никто насильно не держит.

— Ты хочешь сказать, что я трус? — вспылил парень и, сжав кулаки, вскочил на ноги.

— Сядь на место! — с довольной усмешкой бросил лекарь (ему нравилось иногда подтрунивать над бывшим пастухом) и добавил: — Поверь, я не хотел тебя обидеть и на твоём месте поступил бы именно так.

— Как? Сбежал бы?

— Отправился бы искать счастья. Куда-нибудь подальше от этих жестоких ублюдков, — уже серьёзно произнёс Валериус.

— И куда? В лес? Чтобы погибнуть там от рук отщепенцев? Или быть съеденным дикарями? Уж лучше умереть в бою с Клыкастыми, — резко сказал юноша и снова сел на табурет. На самом деле он действительно хотел уйти, но совсем в другом направлении — туда, где надеялся встретить Деву. К сожалению, намерения вождей ангелов перечеркнули все его планы, но в этом он лекарю признаваться не собирался.

— Отщепенцы теперь на нашей стороне.

— Ты ошибаешься, они только на стороне Финниса. Мне кажется, ангелы Стана никогда не смогут побороть в себе ненависть к ним.

— Дожил… Мне уже указывает на мои ошибки какой-то пришлый желторотик! — с кривой ухмылкой объявил тощий лекарь. — Да всё это я и без тебя отлично знаю. Данный факт не имеет большого значения, важно лишь то, что они поддержат войско принцев в борьбе против Армии.

— Ты так говоришь, как будто сам этого хочешь.

— Да мне плевать… Меня интересует только наука.

— Ты лукавишь. Наверняка тебе хочется сменить эту скромную лачугу на добротный дом в Цитадели. Хент как-то говорил мне, что до Великой Войны у главного лекаря верховного правителя были неплохие условия проживания.

— Он всё правильно сказал, — пробормотал Валериус и задумчиво пожевал нижнюю губу. — У последнего главного лекаря Изориуса была крепкая изба. Сам я её никогда не видел, поскольку мне было запрещено появляться в Цитадели, но старый толстяк любил хвалиться своими успехами, когда время от времени появлялся на наших землях.

— У лекарей?

— Ну да. Он тогда был очень важной персоной, а я ещё молод, дерзок и, очевидно, глуп. В один прекрасный день мне так надоело его хвастовство, что я в присутствии соплеменников прямо сказал ему об этом. За что и поплатился…

— Он сурово покарал тебя?

— Покарал? — удивлённо спросил лекарь и затем улыбнулся, заметив обескураженное лицо Тима. — Прости, я совсем забыл, что ты не в курсе того, как мы жили раньше… В нашем племени не было места жестокости, и Изориус, конечно же, не собирался причинять вред своему сородичу. Он поступил иначе: моё так называемое «наказание» заключалось в том, что он выбрал другого ученика в качестве личного лекаря и будущего советника для принца Финниса, хотя изначально именно меня готовили на эту роль.

— Ты сильно сожалел, что потерял такой шанс?

— Поначалу — да, а потом был даже рад этому. Тот, другой ученик, впоследствии погиб во время кровавых событий, приведших к вторжению Клыкастых. Его, кстати, звали Леонид, как и одного из самых первых вождей ангелов. Родители у него, наверное, были большими шутниками…

— Зато теперь ты тоже советник, но уже у другого принца, вернее, верховного правителя!

— Ага, правителя… — скептически усмехнулся Валериус. — Какой из него правитель? Он своему отцу и в подмётки не годится. Одред был настоящим вождём этого мерзкого племени! И, естественно, тираном. Злобным, властным, но в то же время хитрым и изворотливым. Он никогда бы не допустил такого развития событий.

— Ты имеешь в виду нашествие армейцев?

— Именно это. Ангелы плохо с нами обращались и всячески угнетали мой народ, но явившиеся им на смену солдаты оказались ещё хуже. Они решили не канителиться с лекарями и попросту уничтожили всех. Почти всех…

— Тебе очень повезло, что ты остался жить.

— Да! Жизнь — сложная штука. В пору моей юности я презирал и ненавидел ангелов, но затем вышло так, что именно самый отвратительный из них — Артис — спас меня и взял с собой, когда сам спасался бегством.

— Но ведь он сделал это не ради тебя. Ты был ему необходим для выживания его племени. Так же, как и Кантус для Финниса.

— Этот долговязый хмырь? Он занял место Леонида, которое, между прочим, предназначалось мне!

— Я вижу, вы, лекари, не очень-то уважали друг друга.

— Балбес! — с недовольным и немного обиженным видом обронил Валериус. — Ничего ты не понимаешь. Просто мы с Кантусом были долгое время соперниками в одном научном споре. С тех пор прошло уже слишком много лет…

— Ты, похоже, сильно завидовал ему, ведь это он оказался в Последнем Убежище у Финниса, а не ты, — с саркастической улыбкой заметил Тим.

— Великий Мет! Этот сопливый юнец ещё и издевается надо мной! — возмущённо воскликнул лекарь, однако уже спустя мгновение снова успокоился и заявил: — Кантус уже давно перешёл на тёмную сторону Мета, так что давай не будем о нём. Он сполна осуществил своё предназначение.

— Тогда скажи — тебе что-нибудь известно о том, каким образом Клыкастые вторглись на земли ангелов?

— Только в общих чертах… Поговаривали, будто в то время Артису удалось захватить в плен каких-то необычных отщепенцев, которые на самом деле оказались колдунами. Благодаря им принцу удалось получить доступ на неизведанные территории, и через некоторое время это открытие привело к катастрофе.

— Ты сам-то хоть веришь этим слухам? Что в Цитадели появились колдуны?

— Нет, конечно. Я человек науки. Колдунов и ведьм не бывает.

— Но кем тогда были эти особенные пленники?

— Это загадка науки. Я пытался разговорить Артиса, но все мои усилия не принесли плодов. Наш верховный правитель предпочитает не распространяться о данном происшествии. Скорее всего, чувствует свою вину в том, что привёл собственное племя к гибели. Даже всем своим подданным запретил обсуждать это. А ты что-нибудь слышал в Убежище?

— В принципе, то же самое… Многие очевидцы тех событий погибли во время боевых действий, а оставшиеся в живых неохотно разговаривают на эту тему. Даже Бродяга не знает всей истории.

— Неудивительно. Твой друг появился уже после войны, и где он до этого пропадал, помимо него самого, только одному Мету известно. По крайней мере, мне он об этом не говорил.

— Но ведь вы же тоже друзья. И уже достаточно давно. Неужели Бродяга никогда не рассказывал о себе?

— А ты и вправду любопытный малый! Если он посчитает нужным, то сам тебе всё поведает. Наберись терпения. Он весьма непростой человек.