Чтение онлайн

Обратите внимание — это на редкость многословное для Даля объяснение, обычно, чтобы обнажить смысл и охарактеризовать с исчерпывающей полнотой то или иное понятие, ему хватает двух-трех слов. В чем же дело? Видимо, в емкости, в значимости, в широкоохватности слова «совесть».

И вот на какую мысль невольно наводит это пространное далевское объяснение: совесть трудно воспитать только тем, что подробно, доходчиво, интересно рассказывать о ней ребенку. И умело подобранные сказки, и занятные случаи, и жизненные примеры, и прицельно снятые фильмы едва ли продвинут нас далеко вперед.

А что может гарантировать успех?

Только общий стиль жизни семьи, в которой ребенок начинает осознавать себя личностью, способен пробудить в нем «нравственное сознание, нравственное чутье» и все прочие компоненты чистой совести.

Вообразите: в доме гости. Родители очень хороши с ними — угощают, развлекают, озаряют улыбками. Все это видит малышка Фаина, все это она слышит и бессознательно настраивается на общую волну благожелательности…

Но кончен бал, погасли свечи, гости притворили за собой двери, и папа спрашивает маму:

— Скажи, Рая, ну когда они перестанут к нам таскаться?

— Можно подумать — это мои приятели! Ты же сам привадил своего Петра Филипповича и его Зинаиду Анатольевну к нашему столу.

Фаина это слышит. Пусть она до конца не улавливает даже смысла слов, но интонации-то до нее обязательно доходят!

И уверяю вас, очень скоро ребенок поймет: взрослые приспосабливаются к обстоятельствам, они думают одно, а говорят совсем другое. Вывод не заставит себя ждать: значит детям так можно!

Можно потому, что так ведут себя взрослые. И не вообще большие, а самые главные из них — мама и папа.

Мы часто и с охотой говорим о дурном влиянии на наших ребят улицы, подворотни, внешкольных приятелей и совсем не хотим принимать во внимание наше собственное влияние. А между тем оно может быть и положительным, и мощным, и даже всепобеждающим, если в основе этого влияния будут заложены высоконравственное сознание, чувство справедливости…

Короче говоря, как огонь зажигается от огня, так и совестливость порождается совестливостью. Это человеческое качество не бывает половинчатым, частичным, более или менее развитым, подобно другим качествам, скажем отваге, храбрости, смелости, не робкости — вон сколько оттенков! А совесть — или она есть, или ее нет. И точка.

Да, конечно, хотелось бы, чтобы наши дети, подрастая, предъявляли к этой человеческой добродетели еще более жесткие и бескромпромиссные требования, чем предъявляем мы, родители.

И может быть, это и есть самая главная задача — наградить наших ребят чуткой, обостренной СОВЕСТЬЮ.

СКАЖИТЕ, ЧТО ДЕЛАТЬ!

Неровные фиолетовые строчки, разрываемые многоточиями. Множество восклицательных и вопросительных знаков. Пишет женщина.

«Развожусь с мужем… О нем речи нет! Он — кусок отломленный, и вспоминать не хочется, как было, что было! К чему? Для чего? Бередить незажившую рану? Нет! Все равно нам не подвести баланса взаимных обид, оскорблений и унижений. И какая теперь разница, кто виноват — я, он, она?..

Беспокоит иное — у нас ребенок, сын! Валере шесть лет. Может быть, сегодня он еще не все понимает, мал. Но, во-первых, хочу я того или нет, поймет. Во-вторых, не приходится сомневаться, если не поймет сам, ему объяснят! Кто? Муж. Свекровь. Соседи. Позаботятся!

А я бы хотела сделать так, чтобы он, Валера мой, вообще позабыл об отце! Пусть не знает его.

Я согласна отказаться от всякой материальной поддержки, то есть от положенных по закону алиментов. Не надо мне ничего, ничего не надо. Пусть только отстанет от нас он, бывший муж! Пусть не приходит, не пишет. Ему ведь это и не нужно, раз есть другая женщина. И наконец-то появились настоящие (представляю!) чувства, как он сам мне любезно сообщил!..

Но люди злы. И он не исключение. И при каждом представляющемся случае старается кусануть.

„Развожусь я с тобой, а не с сыном!“ — нахально заявил он на днях. Представляете? Как будто я и сын существуем отдельно?

„У меня на Валеру такие же права, как у тебя…“ — и это из его новейшего репертуара!

„Ты по закону не имеешь права препятствовать моим встречам с ребенком!“ — Обратите внимание, теперь он стал первым „законником“ в Союзе!..

Может быть, в моем письме кое-что лишнее и даже наверняка кое-что ошибочное. Не судите строго! Посочувствуйте брошенной женщине.

И посоветуйте, как сделать, чтобы он никогда не смог пересечь Валерочкиной дороги?!».

Считаю своим долгом выразить сочувствие женщине, которой предстоит грустная процедура развода, женщине, мужественно переживающей случившееся. Надо признать — такие женщины встречаются не каждый день.

Пожалуй, на этом и заканчивается комплиментарная часть моей оценки происходящего…

А вот прежде чем говорить о том, как уберечь сына от общения с его законным отцом, как сделать это общение невозможным, попытаемся ответить на вопрос: а следует ли к этому стремиться?

Мать убеждена — следует. Ее в какой-то степени можно понять. Ее! Только будет ли такой шаг в интересах ребенка?

А ведь именно ребенок должен занимать нас в первую очередь.

Вопросы — По какой причине разводятся люди, правы они или нет, кто виноват больше, а кто меньше, — оставим в стороне. Это совершенно другая тема. Печальная, горькая, согласен, но сейчас разговор не о причинах развода: сейчас надо понять, как вести себя матери в момент, когда она решилась расстаться с мужем или узнала, что муж решил уйти из семьи.

Отвечая на письмо, я, в частности, говорил:

«Понимая, как неприятно вам сейчас слышать о муже и тем более хоть в чем-то признавать его правоту, должен обратить внимание на его, мужа, утверждение: „У меня на Валеру такие же права, как у тебя“.

Да. Такие же.

И тут возражать нечего, если, разумеется, ваш муж не совершил деяний, за которые он должен быть лишен родительских прав. Не вами, разумеется, лишен. И даже не общественным мнением, а — судом. И только судом.

Значит, права на сына у отца есть.