Внуки Шаховские
Шрифт:
Он подумал, что его сестра ангел? Он забирает свою мысль обратно!
– Отдыхали.
– И?.... Там, наверное, жутко интересно! И ещё, папа говорит....
Арсений не выдержал:
– Лера, извини, пожалуйста, но мне срочно надо позвонить.
– Кому?
– девочка встрепенулась и вздернула острый носик.
– Другу, - процедил Сеня.
– В Нью-Йорк.
– Как интересно! А, можно мне....
Арсений понимал, что поступает не правильно, но ещё секунда и он взорвется! Уж лучше ему будет стыдно, но он оставит девушку одну в центре зала.
Яна не было на том месте, где они стояли ранее. Куда он мог отправиться? Наверняка, туда, где вкусно и много кормят. Сенька усмехнулся. И как в его друга помещается столько еды? И главное, ни на грамм не поправляется! Не в коня корм, как не скажет Надежда Михайловна. Но, тем не менее, эти двое нашли общий язык на почве любви к кухне, Ян с удовольствием поглощал все, что приготовит Надежда Михайловна, а Надежда Михайловна, зная, что у них будет ужинать Ян, старалась на славу, и готовила что-нибудь вкусненькое и необычное.
Арсений отправился на поиски друга. Как и предполагалось, он обнаружил Яна в соседней комнате, где был организован фуршетный стол.
– Обжора, - прокомментировал Сеня.
– Любитель вкусно покушать, - парировал Ян.
– Как танец? Вы очень мило смотрелись с хозяйкой вечера!
Сеня поморщился.
– Ты как друг и мой Хранитель просто обязан спасти меня от неё. Это что-то с чем-то! Та-акая балаболка!
– Бедненький....
– Моя сестра рядом с ней просто отдыхает.
– А вот тут, пожалуйста, поподробнее!
– Кстати, а где Лешка? Я её не видел с того момента, как мы расстались в кабинете мэра, - заметил Арсений.
Ян пожал плечами.
– Аналогично. Наверное, ещё осматривает особняк с мэром, выспрашивает, что и как.
– А Домагатского видел?
– Тут где-то шляется.
Прошло полчаса.
Леши не было.
Сорок пять минут.
Она не объявлялась.
Арсений не на шутку забеспокоился, да и Ян уже не выглядел веселым балагуром.
– Куда она подевалась?
– Хороший вопрос.
– Позвони по мобильному, - предложил Ян, на что Сеня скривил губы.
– Звонил, выключен.
– Становится интересно....
– Да что-то не особо. Мне не нравится её пропажа. Поищем в толпе?
– Давай.
Они нарезали несколько кругов по залу, посмотрели в соседних комнатах, вышли на веранду, но все безрезультатно.
Леши нигде не было.
– Смотри, - Ян толкнул Арсения в бок, - прихвостни Домагатского. Одни. А где сам Сержик?
Двое друзей Домагатского были облачены в костюмы вампиров. Они стояли, прислонившись к стене. Руки в карманы. Нарисованная кровь струйкой сбегала из уголков губ и падала на белые сюртуки. Да, графа Дракулы с ними не было.
– Мне это совсем не нравится, - процедил Арсений сквозь зубы. Время было без пятнадцати одиннадцать. Леша отсутствовала почти два часа. Он нашел взглядом Леру. Та мило беседовала с подружками. Она ещё пару раз пыталась пригласить Сеню потанцевать, но тот ретировался, как только видел, что она приближается к нему.
– Пошли.
– Куда?
– Я хочу задать пару вопросов гостеприимному хозяину, то бишь Виктору Александровичу.
– О, как! Я тока "за"!
Молодые люди, огибая гостей, стали пробираться к лестнице. По пути их несколько раз пытались задержать одноклассники и другие знакомые, но Арсений умело увертывался от разговоров.
Ребята поднялись на второй этаж и направились в сторону кабинета Игнатьева. Их шаги тонули в ворсе персидских ковров. Роскошь особняка мэра поражала. Они быстро приблизились к кабинету Виктора Александровича, и Арсений уже поднял руку, чтобы постучать, когда дверь сама, без лишнего шума, приоткрылась. Хозяин, видимо, в спешке, не прикрыл её.
Ребята осторожно вошли в кабинет.
Кресло мэра было развернуто спинкой к двери. Сам хозяин разговаривал по телефону.
– ...да, я же сказал, что да, все сделано, как и было уговорено. Девчонка тут. Тебе не о чем волноваться. Скоро она будет на месте. Не стоит, право, не стоит.... Конечно, конечно, я все, улажу. Проблем не возникнет. Хорошо.... Да, хорошо. Я все понимаю. По-другому и быть не могло.
Арсений побледнел и шагнул вперед. Этот мерзавец говорил об Алексии! Сомнений не могло быть!!!
Мэр закончил разговор и развернулся на кресле.
Увидев ребят, стоящих в центре кабинета, он сначала растерялся, даже вздрогнул, но достаточно быстро взял себя в руки.
– Арсений.... Ян, что вы здесь делаете? Заблудились?
– он попытался улыбнуться, но улыбка получилась натянутой.
Сени было не до шуток. В исчезновении сестры замешан Игнатьев! Не зря, ох, не зря они так настойчиво приглашали их на новогодний праздник.
Арсений разозлился. Проблемы последних дней как-то сразу навалились на него. Э, нет, братцы, в таком состоянии с ним шутить опасно!
Одним воздушным движением Сеня подпрыгнул и приземлился, точно кошка, на ноги на стол мэра, сметая с пути бумаги и пепельницу. Всем телом юноша подался вперед.
– Я не видел сестру с того момента, как мы вышли из вашего кабинета, - очень медленно проговорил Арсений, тщательно проговаривая каждое слово, - и меня очень интересует, куда она могла запропаститься, Виктор Александрович.
– Я..., - мэр побледнел и подался назад на своем роскошном кожаном стуле. Он явно не ожидал подобного развития событий.
Ян стоял в стороне, вызывающе скрестив руки на груди.
– Вы знаете, куда исчезла моя сестра, - тем же тоном продолжал Сеня.
– Нет!....
– Да! Виктор Александрович..., - Сеня недобро улыбнулся, - к чему вам лишние неприятности, назовем это так? Вы хорошо, я даже могу предположить, что очень хорошо, знаете историю города Ведунова, и, несомненно, историю нашего рода. И вы так же знаете, что Шаховские - это не просто старожилы Ведунова! С этим родом связано что-то таинственное.... Мистическое... страшное.... Как вы думаете, что я с вами сделаю, если разозлюсь, и не получу ответа на свой вопрос?
Сначала Виктор Александрович сидел и, не моргая, и не двигаясь. Потом несколько раз моргнул.
– Малец, ты играешь с огнем, - хрипло выговорил он.
– Что ты о себе возомнил? Ты знаешь, во что впутываешься?
– А вы знаете, во что впутались?
– вторил ему Арсений.
Мэр лихорадочно переводил взгляд с Арсения на Яна. Последний, казалось, вообще не был причастен к происходящему, и занимался тем, что тщательно изучал фреску на потолке.
– Ребята, пошутили, и хватит!
Игнатьев ещё старался улыбаться.