Чтение онлайн

— Я больше не хочу на него работать, мне так гадко на душе.

— Это пустяки, ей Богу. Не лезь к нему, делай свою работу, выполняй поручения, и сможешь скопить на нормальную жизнь, — успокаивала Людмила.

— Вернуться в поселок всегда успеешь. Не руби с плеча. У нас тут тоже не сладко было первое время. А потом ничего, сработались. Теперь нас даже на дни рождения поздравляют, — вторил ей Виктор.

То что вчера было определенно черным, вдруг стало белым. Это правда так, или я просто приняла чужое мнение? Я уже не знаю, что правильно, а что нет. Наверное и правда, стоит думать так: вернуться успею всегда. Я даю себе и этому дому шанс. Первый и последний.

Глава V: Прометей прикованный

Они танцуют на сцене посреди душного мрака ночного клуба. Та, что в центре — прирожденная шлюха. Если убрать боковых девиц — танец не потеряет энергии. Они никакие. Машут чреслами, двигают бедрами, не вызывая эмоций. Я подзываю центральную, и она тут же откликается. Она улыбается, той приветливой, располагающей улыбкой какой это делают лучшие порно-звезды. Уже в этом жесте она отдается вся без остатка и стыда. Танцовщица двигается ко мне, в такт музыке. У нее короткие светлые волосы, небольшая грудь и широкие бедра. Она наклоняется и со всей нежностью, на которую способна шлюха произносит.

— Желаете, приватный танец?

Я молча смотрю ей в глаза, и сквозь мерцающий клубный неон она улавливает все без слов. Берет меня за руку, и мы направляемся в вип-зал.

Она представляется Аделиной, и начинает танец. У нее хорошая форма и растяжка. Она грациозна и прекрасна в каждом жесте. Я не хочу ее — мне просто нравятся ее движения. Я закуриваю, и наслаждаюсь танцем современной гетеры. Медленная музыка в совокупности с ее телом, оказывают гипнотический эффект. Мое сознание успокаивается, оно вибрирует вместе с мелодией и Аделиной. В танце она забывает обо мне: что может быть лучше. Может быть она под чем-то, может нет. Эйфория в скором времени пропадает. Я бросаю в нее деньгами, глубоко затягиваюсь и закрываю глаза — она больше не нужна.

Аделина молча выходит. Я так и остаюсь сидеть с закрытыми глазами.

"Иногда люди приходят узнать то, чего вовсе знать не хотят", "вы точно хотите узнать все о своей матери", — обрывки фраз стеклами врезаются в мое мутное сознание.

— Валек, ты чего тут забыл?

В комнату забилась вся моя честная компания в окружении девочек из клуба.

— Время-то уже. Ты говорил в полночь мы у тебя дома затусим, — подмигнул мне Егор.

Рядом с тремя моими приятелями стояло штук пять девушек. Оголтелые глаза, слишком театральные оскалы: очередные инста-проститутки, которые уже подсчитывают потенциальный гонорар за эту ночь. Как они должно быть рады, что сегодня их клиенты молодые парни вроде нас, а не гниющие деды, чьи вялые члены и дряхлые задницы они лобызают с тем же усердием, что и наши.

На часах половина двенадцатого, Эля, наверное уже ждет меня дома.

— Забивайтесь в машину, и берите столько девочек сколько сможете увезти, — говорю я.

Вся моя компания ожидаемо верещит от восторга. Только инстаграмные "модели" стушевались. Им не нужны конкурентки.

***

Мы в пути всего пятнадцать минут, и в моей машине всего три модели, а я уже готов вышвырнуть их. Всю дорогу они несут херню, бесконечно делают селфи и постоянно смеются. И почему раньше меня это не раздражало? Одна из самых активных высунулась в окно машины половиной тела, и принялась извиваться. Я невольно представил как ей отрывает голову первым же столбом, а тело дергается в предсмертных конвульсиях.

— Засунь эту ебанутую обратно, — говорю я Жорику.

— Да че ты Валек, пусть девочка повеселится.

— Окей братан, когда ее башку снесет встречным столбом, сошкребать ее с дороги будешь ты.

Под хихиканье подружек, Жора с третьей попытки засуну тело обратно. И всеже строптивая тупица извернулась, проснулась в крышу тачки и дергалась уже там.

Две наших машины подъехали к дому, только Егор еще задерживался. Жорик подхватил девушек за талии и помчался вперед, будто это его дом, а не мой. Одна из его спутниц неожиданно остановилась, и принялась блевать.

— Ты че? — возмутился он так, будто она в состоянии была дать ответ.

Жора вопрошающе посмотрел на меня. Мол, что делать брат?

— Че ты смотришь на меня? На хер ее. Мне не нужна блюющая в доме шлюха, сам с ней разбирайся.

Жора отвел ее от ворот, и оставил дальше блевать одну на дороге. Мы зашли в особняк, где Эля уже ждала меня в гостинной. Она расчитывала на дорогое шампанское, икру и секс, но когда увидела меня в компании пятерых инста-шлюх опешила.

Глаза обиженной бабы, уязвленной в самое сердце. Если ты не понимаешь по хорошему, то учись понимать по плохому. Если я не беру трубку — значит не заинтересован, если я не перезваниваю — значит не нужна.

Привет, долго ждешь? — спросил я.

Я притянул к себе ближайшую модель, поцеловал ее в шею, глядя Эле в глаза.

Ее затрясло.

— Какой же ты ублюдок!
– бросилась она на меня.

Она плакала, переходя на визг, била меня кулаками в грудь, но самое гадкое, что в ее глазах все еще теплилась надежда. Я почувствовал это, и мне захотелось разделаться с ее жалкой самонадеянностью как можно быстрее.

План созрел сам собой. Не раздумывая, я схватил ее за руку и потащил в одну из комнат через коридор. Эля хныкала, и делала вид будто пытается вырваться.

— Ты думаешь я могу принадлежать тебе? — спрашиваю я ее, усаживая на большую кровать.

— Нет, но… — всхлипывает она.

— Нет никаких Но, Эля, — я глажу ее по голове, и она закрыв глаза, готова поднять из пепла, растоптанное эго. Готова любить меня еще сильней прежнего. Меня выворачивает от ее бесхребетности.

Я достаю наручники из прикроватной тумбы, и она покорно подставляет руки. Я бросаю Элю на кровать и пристегиваю наручниками к стальным опорам. Она трепещет в предвкушении жаркого секса. По глазам я вижу, что она готова на все.

— Да папочка, накажи меня. Я такая дрянная девочка, — говорит она, будто забыв обиду.

— Ты дура, детка. Подумай над этим.

— Ты охуел? Скотина!! Отпусти меня!
– она нелепо дергается на кровати.

Я ухожу под крики проклятий в свой адрес.

В гостинной подзываю к себе только зашедшего Егора.

— Планы изменились. Едем в другой клуб.

***

Сегодняшнюю уборку я решила начать с помещения, в котором стараюсь находиться меньше всего. Говорят, домашняя обстановка многое дает понять о владельце. И здесь не поспоришь, комната Валентина такая же безупречная и холодная как он сам. Даже вещи он разбрасывает в каком-то своеобразном порядке. Если он провел дома, пол дня, что бывает крайне редко, ощущение такое, как будто помещение не жилое. Больше оно смахивает на люкс какого-то дорого отеля, чем на жилище молодого человека. Нет ничего, что могло бы сказать о его привязанностях или интересах.

Как будто — дом, всего лишь временная капсула пребывания, которая его тяготит. Пустые столы, на которых лишь самое необходимое. Зеркало, постель, столы, тумбочки, музыкальная система, громадный телевизор, который я думаю он никогда не включает. Единственное с чем его можно видеть — так это с его ноутбуком или смартфоном.

Сегодня здесь все как обычно, ровно и неприветливо. Как можно жить в комнате, где преобладает стальной цвет в перемешку с черным глянцем? Мне не понять..

Я уже привычно беру корзину с грязным бельем, из которой падает безупречно белая футболка. Кажется он носил ее всего раз, а уже отправил на стирку. Я беру ее в руки, почему-то мешкаюсь. Вместо того, чтобы засунуть ее обратно в корзину, я ведомая почти детским любопытством подношу ее к носу. Дура. Идиотка. Извращенка! Прекрати сейчас же. Зина, какая же ты дура!