Чтение онлайн

С сильно бьющимся сердцем Ли подбежала к задней двери и распахнула ее. В ее памяти всплыл момент приземления деда на дельтаплане. Тогда она была уверена, что он повредил себе что-нибудь, тем не менее он ухитрился остаться невредимым. Однако у старика явно не пропало желание переломать себе кости. Иначе зачем человеку в возрасте семидесяти пяти лет лазить по деревьям?

Арнольд повернул голову в сторону Ли, когда она пронеслась мимо него к дереву и схватила прислоненную к стволу лестницу. Тяжело дыша, она приставила лестницу к дереву под болтавшимися в воздухе ногами деда, радуясь, что он все еще цепляется за сук.

— Не волнуйся. Я здесь. Продержись еще несколько секунд, — сказала она ему на удивление спокойно.

Карабкаясь вверх по шаткому сооружению, Ли добралась до третьей сверху перекладины и попыталась дотянуться до ног деда, но не смогла. Наверное, нужно было все-таки позвонить в «Скорую помощь». Как спасать кого-то, если то, на чем стоишь, трясется еще сильнее, чем ты сама?

Ли поднялась на следующую перекладину и ухватилась за ноги дедули, которые болтались над лестницей на высоте около полуметра. Можно было бы кого-то позвать на помощь, надеясь, что придет не Нэд и не Мадж. Однако Ли решила действовать самостоятельно, поскольку звать кого бы то ни было, при том что их семья уже выбрала квоту происшествий на год, а может быть, и на десять лет вперед, было бы неразумно.

— Дедуля, когда я спущу тебя, мы серьезно поговорим.

— Ладно, девочка, валяй. Вижу, все это тебе очень нравится. Ты уверена, что хорошо держишь меня? Я собираюсь отпустить ветку...

— Нет! Еще рано! — закричала Ли, почувствовав, как дед отпускает сук и скользит вниз, сначала вроде бы медленно, а потом камнем. Его ступни попали точно на верхнюю перекладину лестницы, но он начал заваливаться назад. В страхе, что они сейчас оба полетят вниз, Ли обхватила его бедра и прижалась к лестнице. Дед раскачивался, размахивая руками, чтобы удержать равновесие, словно птенец, впервые испытывающий свои крылья.

— Ну и ну, красиво же смотритесь.

Ли выглянула из-за деда, которому все же удалось обрести равновесие, и увидела возвышавшуюся над десятифутовым забором голову Нэда, смотревшего на них с нескрываемым злорадством.

— Вот что случается с теми, кто пытается шпионить за другими людьми, — добавил он, продолжая мерзко ухмыляться.

— Я не шпионил за тобой. Я наблюдал за птицами. Стал бы я тратить время на такого, как ты. — Дедуля ухитрился присесть на самом верху лестницы и оглянуться на Нэда.

— Вранье. Мы ведь оба знаем, зачем понадобился этот бинокль. — Нэд указал на валявшийся неподалеку сломанный оптический прибор.

— Говори за себя. Я же лучше кого бы то ни было знаю, что пользуюсь биноклем для наблюдений за птицами, и тебе не доказать обратное.

Нэд злобно ухмыльнулся:

— А мне не нужно ничего доказывать. Все равно вас скоро здесь не будет, так что мне нечего волноваться.

Прежде чем Ли успела сказать что-то, голова Нэда исчезла. Но в его голосе явно звучала угроза, значит, предчувствие не обмануло — несчастье вот-вот произойдет. То, что у нее на затылке встали дыбом волосы, было сигналом тревоги, который не стоило игнорировать.

– Не волнуйся, девочка. Этот мерзкий тип ничего не сможет нам сделать. — Дед начал спускаться с лестницы.

Ли была счастлива вновь оказаться на земле, но ее радость была недолгой. Дедуля заковылял к поломанному биноклю и, подобрав выпавшую в траву линзу, занялся исследованием его повреждений.

— О чем ты думал? Только не надо рассказывать мне сказки о наблюдениях за птицами. Ты не сможешь отличить ласточку от воробья, даже если они будут махать крыльями прямо перед твоим носом.

— Это что? Нотки враждебности в твоем голосе, или мне почудилось?

Ли прислонилась к лестнице и скрестила руки на груди, приготовившись к схватке. Как его убедить, чтобы он сдерживал свои порывы?

— Дедуля, ну что мне с тобой делать? Нельзя шпионить за соседями.

— Скажи это Нэду. Он достиг большого мастерства в этом занятии. — Дед улыбнулся, и в его глазах заплясали веселые искорки. — Хочешь знать, зачем Нэд окружил себя десятифутовым забором?

— Нет. — Ли сложила лестницу и понесла ее к дому. Принято считать, что люди учатся на своих ошибках, но ее дед, похоже, был исключением.

— Ты уверена? Ты не поверишь, что этот тип делает,

— Это не наше дело.

Дед загородил ей дорогу и вынудил остановиться.

— Он загорает голым. Зрелище, должен сказать тебе, не из приятных. Слава Богу, что у него десятифутовый забор. Жителям города незачем смотреть на это безобразие.

— Дедуля, теперь этот тип ни за что не отстанет от нас.

— Девочка, ты когда-нибудь задумывалась, почему наш дом так дешево продавался?

Ли нахмурилась:

— Какое это имеет отношение...

— Ты должна признать, что никто не считает Нэда Шиплока хорошим соседом.

— Верно. Слово «хороший» вообще неприменимо к этому человеку, — со смехом ответила Ли. Ее заинтересовало, был ли Нэд голым, когда через забор заглядывал в их двор. Она видела только его голову от шеи и голую руку, которой он указывал на бинокль. Ли представила себе этого типа в чем мать родила и, содрогнувшись от отвращения, постаралась поскорее выкинуть омерзительный образ из головы. Действительно, подобное зрелище никому не нужно.

— Видишь, ты еще можешь смеяться. У тебя красивый смех. Уверен, что Шейн отметил это.

— Дедуля, — строго сказала Ли, краснея от смущения, — не уводи разговор в сторону. Скажи лучше, что мне с тобой делать?

Недовольство проявилось на лице деда дополнительными морщинками.

— Ничего тебе не надо делать. На тот случай если ты еще этого не заметила, я уже давно не мальчик. — Он пошел от Ли, с большим, чем обычно, трудом переставляя ноги. — Пойду повидаю Маргарет. В том доме меня ценят.

— Дедуля, Маргарет на работе. Еще только середина дня, — сказала Ли ему вдогонку, не придумав ничего лучшего.

Дед обернулся и с хитрой улыбкой заявил:

— Сегодня она заканчивает раньше. Мы с ней задумали кое-что.

— Что задумали? — Его замыслы всегда пугали Ли.

— Надеюсь, ты помнишь, что мы отправляемся в путешествие через несколько недель? Я собираюсь переехать к ней, чтобы проверить нашу совместимость. Ты ведь знаешь, что на корабле нам предстоит делить одну маленькую каюту на двоих в течение целого месяца. Ни она, ни я не хотим испортить себе отдых, если вдруг окажется, что мы действуем друг другу на нервы.