Во имя жизни!
Шрифт:
Глава 10
Мы возвращались с очередного учения когда наткнулись на ребенка. Девочка, лет полутора, вся в крови и раздетая шла по дороге и плакала. Выпрыгнув из машины, я подхватил ребенка на руки и прижав к себе спросил как ее зовут, а она еще громче заплакала. Замерзшая она казалась такой беззащитной и маленькой, что я просто не смог не забрать ее.
– Федор, ты уверен что это безопасно?
– спросил меня мой советник и заместитель.
– Никит, посмотри, это ребенок, которому нужна помощь. Мы должны найти ее родственников. Наверняка эти твари убили того с кем она была. Бедная девочка!
Так малышка оказалась в главной резиденции организации и в моей семье. Моя жена взяла девочку под свое крыло, хотя у нас у самих было двое детей - сын шести лет и годовалая дочка. Постепенно кроха перестал плакать, и только грустные глаза выдавали ее тоску и печаль.
Еще через неделю мы узнали, что ее зовут Надеждой, но кто ее родители девочка сказать не смогла и сколько ей лет тоже. Но судя по внешности ей было около двух или чуть меньше. Поиски семьи, в которой пропал двухлетний ребенок, тоже ничего не дали. Только у вампиров, которые недавно объявились, 'травоядные' как они себя называют, пропала полуторагодовалая девочка, но я даже думать не хотел что это она.
Девочка была очень смышленой, доброй, нежной и безумно умненькой. Жена в ней души не чаяла, да и я тоже, а она отвечала нам взаимностью. Было только одно 'но'. Она всегда звала нас по именам. Федор и Кристина. Сначала это было странно, а потом мы привыкли. Так шло время, прошел год. Дети росли, а вампиры становились более жестокими и беспощадными.
Ребята шептались что это потому, что травоядные стали их давить как клопов. Еще говорили, что их командиры ищут какого-то ребенка и позабыли о нас смертных. А ситуация все ухудшалась. За три недели было сметено с лица земли три деревни. И это не мы поработали. Там оставались тела, выпитые до основания. И все понимали, кто там развлекался!
Кроме того сторонников мира между травоядными и хищниками становилось все больше. И все чаще молодые парни шли туда, а не к нам. Мои парни говорили, что они так же борются с вампирами, только в команде присутствует хотя бы один вампир и поэтому их работа более эффективна. Насколько это так я не знал.
Но в один прекрасный день к нам прислали предложение о мире. Писали руководители 'травоядных'. Оказалось, что это муж и жена. Более того. Я знал парня. Еще четыре года назад он руководил одной из моих групп. Но потом был обращен, и вместе с ним ушла и его группа. Вот они и создали союз сторонников мира.
И вот он и его супруга предлагает заключить союз. Мол, знают о наших проблемах и могут помочь. Только проблем слишком много и кто сказал, что это не они устроили.
– Федор, зачем им это?
– спрашивала меня в этот вечер жена.
Мы сидели у меня в кабинете и обсуждали возникший вопрос.
– А кто их знает! Может они решили власть захватить!
– ответил я устало.
– А может просто хотят помочь?
– спросила жена с надеждой.
– Это не смешно Крис! Ты не думаешь, что это странно, что они появились когда нам ну очень нужна помощь?
– Нет, иногда же можно оказать помощь из простого желания помочь!
– А где их помощь раньше была?
– зло спросил я.
– А ты бы ее принял?
– внимательно посмотрела на меня жена.
Я молчал, не зная что ей ответить, а потом сказал:
– Я не могу рисковать людьми! Прости!
– Но ведь они и правда хотят вам помочь!
– мы резко обернулись на этот голос. Надя стояла со слезами на глазах - Сколько еще должно погибнуть людей, прежде чем вы отбросите страх и поймете, что не все вампиры одинаковые? Неужели люди все одинаковые! Хотя бы встретьтесь с ними!
Она смотрела с отчаяньем, и я понимал что для нее это важно.
– Надя, ты еще маленькая, поэтому плохо понимаешь о чем говоришь!
– попытался я успокоить ребенка, но ее ответ удивил меня.
– Может я и маленькая, но я все понимаю! Я уже год не вижу родителей из-за вашей бессмысленной войны с единицами!
– Да как ты смеешь так говорить!
– не выдержал я - Ты хоть знаешь, что творят вампиры? Ты видела обескровленных детей ...
– Федор!!!
– Кристина в ужасе бросилась к ребенку и закрыла ей уши, но девочка проявила характер и сбросила ее руки.
– Как правило, в деревнях не больше сорока человек. Так вот, чтобы убить сорок человек нужно четыре вампира. И как правило это одиночки. Потому что те, кто живет стаями, держат людей в рабстве!
– ее слова потрясли меня.
Ей не было и трех, а она говорила с такой уверенностью, что я не знал что ответить. Я смотрел на нее и не верил своим ушам.
– Просто поговорите с ними. Они же сами предлагают встречу на ваших условиях! Пожалуйста!
Она расплакалась и убежала, а я так и остался стоять и смотреть на место, где еще совсем недавно стоял ребенок.
– Что ты собираешься делать?
– спросила меня жена.
Я долго молчал, а потом все же ответил.
– Встречусь с ними, только на наших условиях.
А через неделю в один из офисов вошли два вампира. Мужчина, которого я не видел почти четыре года и женщина. Честно говоря, я всегда считал что женщины вампиры очень красивы, но эта женщина была печальной и выглядела потерянной и измотанной. Вокруг ее глаз были темные круги. Казалось, она совсем недавно плакала и сейчас с трудом держала себя в руках. Мужчина тоже выглядел устало и хмуро. Если бы они не были вампирами, я бы сказал у них горе. Но я не стал думать об этом.
– Джеймс!
– поприветствовал я мужчину, от которого шла сила.
– Федор!
– вежливо улыбнулся он - Это моя жена Алексия.
Я кивнул женщине она мне в ответ.
– Может присядем?
– предложил я потом.
Они только кивнули, а в следующий миг мы услышали оглушительное.
– Мама, папа!
Надя бросилась к ним, я даже отреагировать не успел. А потом я впервые увидел, как плачет вампир. Женщина прижимала девочку к себе и плакала розовыми слезами, а малышка плакала, прижимаясь к матери.
– Наденька, солнышко!
– шептала она, прижимая к себе дочь.
– Мамочка я так скучала! Прости меня!
– вторила женщине малышка.
Я видел, как моя малышка льнет к женщине и как мужчина присев рядом, прижимает обоих женщин к себе. И скупая мужская слеза сползает по щеке. И я понял, что эта их дочь. Я растил ребенка-вампира, который ни разу не попытался напасть на меня и мою семью. А это осознание перевернуло мой мир.
Я стою у окна. Сейчас день, но для меня это не имеет значения. Моя жизнь превратилась в медленную пытку.