Чтение онлайн

Машина завизжала, засияла фарами и с оглушительной музыкой, льющейся из игрушечных окон, помчалась покорять просторы огромного кабинета.

Взрослы со счастливыми улыбками наблюдали за малышом, а Артём повизгивал от удовольствия, каждый раз, когда машина выписывала новый вираж.

– Здорово он ею управляет! – восхитился Николай Игнатьевич. – Я думал ему понадобиться время, чтобы сдвинуть её с места. Настоящий мужик растёт! Весь в меня!

На пороге кабинета возникла домработница, сообщив, что подъехал Денис Александрович.

– Подавайте, —Жанна Аркадьевна величественно взмахнула рукой, а затем обратилась к семье. – Приглашаю всех за праздничный стол. У нас есть повод, – перехватив взгляд дочери, которая с улыбкой смотрела на брата понимая причину торжества, хитро добавила, – и не один! —Я всё расскажу позже! – интригующим тоном заявила Жанна Аркадьевна, поправляя на шее дорогое ожерелье из крупных рубинов, которые подчёркивали красоту её черных глаз и волос.

–Артём! – позвала сына Алла. – Пойдём с папой поздороваемся.

–Я потом!

–Нет! Сейчас! Откладывай машинку в сторону, – строгим голосом потребовала она. – Иначе я заберу игрушку и больше не отдам!

Рассерженный сын скорчил недовольную рожицу и отложив подарок в сторону поспешил к деду и ошарашил:

–Дед, а дебилоид это хорошее слово?

Жанна Аркадьевна и Николай Игнатьевич разом посмотрели на дочь, сгорающую от стыда и старательно прячущую виноватый взгляд от родителей, а вот Димыч лишь натянуто улыбнулся, оставаясь серьёзным. Он и раньше вел себя странно. Холодный, замкнутый и очень ранимый. Алла хорошо помнила, как легко его было обидеть и как горько он плакал. Наверное, тяжело вырасти настоящим мужчиной при таких «авторитарных» родителях. В их маленьком государстве власть сосредоточилась в женских руках. Мать решала всё, что касалось жизни детей, а основной задачей Николая Игнатьевича был экономический фундамент. После возвращения из Америки Димыч стал для Аллы ещё большей загадкой, проявляя к членам семьи абсолютное равнодушие.

– Артём Денисович! – театрально всплеснул руками дед. – Где вы таких слов нахватались? – Николай Игнатьевич строго смотрел на внука с высоты своего роста.

– Так мама про папу говорит, – едва слышно пролепетал малыш, чувствуя, что сделал что-то не так. – Где черти этого дебилоида носят, – на одном дыхании выпалил он и вздрогнул, столкнувшись с возмущённым взглядом матери.

–Тема, прекрати сейчас же! – взвизгнула она и подскочив к нему, с силой шлёпнула.

Потерянный малыш расплакался, не понимая за что был так жестоко наказан.

Бабушка кинулась к внуку и подхватив на руки принялась успокаивать, показав дочери кулак.

– Значит с мужем у тебя всё хорошо? – Николай Игнатьевич не сводил взгляд с Аллы.

– Нормально.

– И ты мне ничего не хочешь рассказать?

Алла упрямо мотнула головой.

–Ладно, пойдёмте ужинать, – отступил Николай Игнатьевич, но для себя решил, что обязательно переговорит с зятем с глазу на глаз.

Денис ожидал в гостиной, нервно прохаживаясь по широкому холлу, рассматривая напольные торшеры – новые приобретения, как он предположил, тестя. Занимательные вещицы, которые не оставят равнодушным ни одного мужчину. Подставка из янтаря была в форме полуобнажённого женского тела и выглядело это эротично. Не удержавшись, он провёл пальцем по каменным изгибам тела, уделяя особое внимание выпуклостям.

За этим занятием его и застала семья супруги.

–Рады, рад, – сквозь зубы процедил Николай Игнатьевич, насмешливо наблюдая как покраснел смущённый зять.

– Прекрасные торшеры! У Вас отменный вкус!

– Это приобретение Жанночки! – огорошил его тесть. – Ты же знаешь, что она у нас ответственная за интерьер!

– Жанна Аркадьевна, я восхищён!

Фальшивая улыбка Дениса выглядела весьма забавно в столь щепетильной ситуации. «Каков подлец» – отметила про себя Жанна Аркадьевна, и снисходительно кивнула головой. В свои зрелые годы она выглядела бесподобно! Ухоженная, подтянутая, моложавая с постоянной полуулыбкой на губах. Пожалуй, единственное, что выдавало возраст – мудрый и проницательный взгляд! Она смотрела с высока и мало в ком видела равных себе. Дениса она откровенно презирала. Красивая внешность была мишурой, под которой она с первого взгляда заметила приспособленца и лгуна. Жанна Аркадьевна открыто выступила против брака дочери, называя его за глаза безродным плебеем, но была растрогана слезами и решила, что с её характером и их деньгами и властью слабый мужчина не самый плохой вариант для семейной жизни.

Весь ужин Денис стоически выносил помпезные речи своей тёщи. Оказывается, в этот день ее медицинский центр получил наивысшую награду в международном конкурсе «Лучшие товары и услуги», золотую статуэтку ГЕММА, ради чего и были собраны все члены семьи за праздничным столом.

Пока Николай Игнатьевич говорил длинный тост, тщательно перечисляя все достоинства своей супруги, Денис гадал, действительно статуэтка сделана из золота. Минут этак через пятнадцать тесть наконец добрался до самого важного момента – его супруга талантливый врач, сумевшая возвести собственную империю. Если бы Денис мог сказать, что он думает по этому поводу… Последний визит в медицинский центр на многое открыл ему глаза: брак Жанны Аркадьевны такое же болото, как и его собственный. Информация была настолько важной и взрывоопасной, что он должен был тщательно продумать как выгоднее её воспользоваться.

– Вся моя жизнь, также, как и моё сердце отдано не работе, а тебе любимый, – нараспев с придыханием отозвалась Жанна Аркадьевна, прижимая к груди руку супруга. – Я так тебе за все благодарна!

При этих словах Денис поперхнулся глотком вина и привлёк к себе недовольный взгляды семейства. Алла даже пнула его ногой под столом. «Отблагодарила так отблагодарила», – с ехидством подумал Денис.

После ужина, Николай Игнатьевич предложил «любимому» тестю несколько развлечений на выбор:

– Шахматы или бильярд? – косматые брови тестя сошлись на переносице в сплошную ровную линию.

– Бильярд, – задумчиво отозвался Денис. Его интуиция подавала предостерегающие знаки. Наверное, Алка наябедничала. В слух же он сказал, – хотя бы остаётся шанс выиграть. В шахматах Вы бог!»

– Выиграть?! У меня?!

В голосе тестя была слышна насмешка.

– Николай Игнатьевич, когда- нибудь это может случиться.

– Когда – нибудь понятие растяжимое.

Несколько партий они играли за обсуждением различных мелочей. Денис успел расслабиться и чувствовал себя превосходно, как вдруг от тестя прозвучал вопрос в лоб:

–Ты любишь мою дочь?

Денис замер с кием в руках.

– Конечно, – солгал он, нервно сглотнув комок в горле. – К чему такие вопросы?

– Алла выглядит подавленной и грустной.

Денис отвёл глаза, стараясь не попадать под его пронизывающий взгляд, который, как ему казалось, вполне мог видеть его насквозь.

– Я не люблю влезать в дела взрослых людей, но считаю своим долгом предупредить, если мою дочку посмеет кто обидеть, то поверь, я уничтожу сначала всё, что дорого этому засранцу, и лишь потом его самого.

Денис посмотрел на тестя. Эта была прямая угроза, на которую не нужно было отвечать, а просто принять к сведению, что он и сделал, так как больше ему ничего не оставалось.

Громыхнула дверь.

Борис Сергеевич удивлённо взглянул на часы. Семь вечера.

«Что-то она сегодня рано пожаловала», – подумал он.

– Я дома! – оповестила дочь.

Разместив вещи в гардеробе и переобувшись в домашние тапочки, она вскоре нарисовалась перед отцом, стараясь выглядеть весёлой и непринуждённой.