Чтение онлайн

Четырехместный бронированный танк внутри выглядел как доисторическое ископаемое, без каких-либо удобств и излишеств. Как выразилась система, для того, чтобы воевать, удобства не нужны. Я мог только согласиться, садясь на жесткое кресло, обтянутое грубой кожей.

— Что делать? – спросил я, обращаясь к системе и разглядывая непонятные кнопки, рычаги и прочую ерунду, которая должна заставить этот металл двигаться.

— С правой стороны должен быть отсек для чтения съемных носителей. По сути, чип является таким носителем и его сигнал должен совпасть с приемником.

Я выполнил указание системы, и перед глазами послушно развернулся экран, заменяющий танку лобовое стекло.

— Теперь посмотри под рычагом. Там должен быть отсек для отпечатка пальца. Он не сработает, если чип не подключён.

Я с замиранием сердца провел пальцем по нужному отсеку, но машина выдала ошибку: «Данные пользователя не принадлежат носителю чипа». Мне оставалось только вздохнуть с сожалением. Однако система ничуть не расстроилась:

— Отлично, – заявила она, радуясь результату, – мы её включили. А теперь вытаскивай чип из отсека.

Выполняя указание системы, я, кажется, начинал понимать, что она делает. Принцип вора. Сначала отвлекаешь внимание человека, а потом выдаешь ему желаемое за действительное.

Тут принцип был тот же: система дала технике команду, что за рулем чипированный пользователь, а потом подменила код авторизации не на отпечаток пальца, а на введение пароля. При этом паролем оказался серийный номер чипа, который знает обычно только пользователь. Железный конь послушно загудел.

Вылезая из заведённого танка, я уже собирался порадовать друзей, но столкнулся нос к носу с Барсой. Святой отец, не ожидавший моего появления, сначала смутился, а потом произнес:

— Пойдем поговорим.

Мы отошли в сторону, отдалившись от компании. Разглядывая Альтвэр в лучах восходящего солнца, Барса казался каким-то потерянным, чего раньше за ним никак не наблюдалось. Я внимательно смотрел на монаха, ожидая его слов, но он всё никак не мог решиться начать разговор.

— Послушай, Барса, – произнес я, пытаясь разрядить обстановку.

— Погоди, – перебил меня он, собираясь с мыслями, – ты можешь объяснить, что за тварь в тебе сидит?

— Конкретно что это, я не знаю. Они выглядят как Тени, но не причиняют никакого вреда. Пока я вижу только пользу, – ответил я Барсе, кивая в сторону Раффа, – Посмотри на него. Лично я рад, что он жив. Жалко только, что не смогли спасти Марка.

Барса кинул быстрый взгляд на стоящего возле танка друга. Рафф выглядел уже практически здоровым, лишь легкие круги под глазами выдавали его недавнее недомогание:

— Эта, тв… эммм, субстанция, – стараясь тактичнее подбирать слова, чтобы не называть меня тварью, монах тут же поправился, – она не управляет тобой?

Я улыбнулся, пытаясь успокоить Барсу, и взглянул в его взволнованные глаза:

— Нет, – возразил я другу, похлопав по плечу, – иначе ты бы точно это заметил. Ведь никто не знает меня лучше, чем ты!

Монах удовлетворённо хмыкнул. Мне показалось, что я не смог разубедить его, так как сомнения во взгляде ещё читались. И всё-таки Барса немного успокоился, что немаловажно для такого скептика, как он.

Мы ещё немного постояли, не зная, что сказать друг другу. Несмотря на высказанные мысли, между нами всё равно осталась некая неловкость.

— Ладно, – сказал Барса, – пора возвращаться.

Он направился в сторону танка, попутно давая распоряжение братьям Милосердия, а меня в этот момент посетила одна очень хорошая идея. Предварительно уточнив у системы возможна ли моя задумка и получив удовлетворительный ответ, я громко крикнул Раффу, который возился с гримби:

— Рафф! Хочешь порулить?

Друг обернулся, и я увидел насколько сильно загорелись его глаза.

???

— И что ты собираешься делать дальше? – спросил меня отец Эвард, потягивая в бокале подогретое монастырское вино с ароматными травами.

Мы сидели напротив разожжённого камина, слушая, как трещат дрова. Я отхлебнул предложенного напитка и недовольно скривился. Приторное вино неприятно обожгло горло. Отец Эвард улыбнулся, исподтишка наблюдая за мной.

— Не знаю, – ответил я, ставя бокал на место.

— Не хочешь остаться в храме? – предложил он между делом.

Я хорошо знал отца Эварда в другом мире. Он никогда бы не упустил возможность привлечь в орден новых служителей.

— У меня есть дела в Тарнонде, – произнес я, наблюдая, как на спокойное лицо наставника легла лёгкая тень грусти. – Но вполне возможно, позже я захочу вернуться.

Седая голова Эварда качнулась в знак согласия. Всё-таки, несмотря на уверения Гейла, что святому отцу уже гораздо лучше, он всё равно не был похож на крепкого старца, которого я знал. Казалось, что он очень сильно устал, и теперь собирался с чистой совестью уйти на покой, оставляя все заботы Барсе.

— Значит, всё-таки вы смогли избавить наш мир от этой болезни, что полыхала по всему миру? – он говорил скорее утвердительно, чем спрашивал, но я кивнул головой, поддерживая разговор.

— Это хорошо, – растягивая слова в старческой манере, сказал святой отец и снова замолчал.

Было приятно чувствовать домашний уют, когда за окном бушует холодный ветер и дождь льет как из ведра. Гримби спокойно дрых возле камина, и мне как никогда не хотелось покидать стены родного храма. “Ещё одну ночь”, – говорил я сам себе, пытаясь оправдаться.

Покинув Альтвэр, мы вернулись в храм Милосердия буквально на следующие сутки. Мы долго рассуждали по поводу того, почему нас не было полгода, хотя для нас прошло не больше недели. И все, включая систему, сошлись на том, что портал вёл в кротовую нору, а братья просто попали под удар, когда она схлопнулась. На этой версии мы и остановились, считая её самой приемлемой.

Гейл безумно обрадовался, получив обратно свой танк, и ещё долго меня донимал вопросами, как я смог его завести. А я, советуясь с системой, подкинул ему пару идей, и, кажется, теперь мы долго не увидим своего доктора, если, конечно, никто не заболеет.

— Знаешь, – прервал своё молчание святой отец, – судьба всё-таки непросто так завела тебя в наш мир. Всё имеет свой смысл.

Я задумался, вспоминая всё, что произошло за последнее время:

— Нет, – ответил я Эварду, – я не верю больше в судьбу.

— Вера – это единственное, что отличает человека от обезьяны, – возразил мне он.

У меня не было желания с ним спорить, но всё-таки сказал:

— Вера – это принятие человеком чего-либо без доказательств. А доказательств того, что судьба существует, ни у меня, ни у тебя нет.