Во власти стихии
Шрифт:
Во мне начинала бурлить злость на саму себя, что не настояла на своём и потеряла драгоценное время. Я вскочила со своего места и рванула к двери, распахнув её, чуть не врезалась носом в широкую мужскую грудь.
— Здравствуй, Стиша. Сэр Ирман сказал, что ты меня ждёшь, чтобы отправится на Бульварную улицу? — Гаст так и не выпустил меня из лёгких объятий, в которые поймал, когда я в него почти влетела, и улыбнулся, показывая так нравившиеся мне ямочки.
— Да, да, скорее пойдём, — скороговоркой проговорила я, взяв демона за руку и потащив на выход. Ну туда, где мне казалось, что он должен быть.
Иначе я могла бы залипнуть, смотря на улыбку и такое приветливое лицо Гаста, ещё на час, как минимум. А на счёту каждая минута, между прочим.
Протащив за собой Гастьяна до ванной комнаты, где недавно приводила себя в порядок, я остановилась, потому, что шла явно не в ту сторону. Из-за смешавшихся в комок мыслей я неправильно выбрала направление. Ещё бы! Подсунули мне Боги не демона, а какого-то дитя феи и ангела: красивого, галантного, доброго. Где это видано, чтобы демоны были добряками? Даже сейчас, вместо того, чтобы зарычать на меня и одёрнуть свою руку, послушно следует за мной!
Демон, будто прочёл мои мысли или просто решил, что у меня топографический кретинизм, мягко потянул мою руку к себе, тем самым опять сокращая между нами дистанцию, почти до объятий:
— Стиша, может быть, лучше я? — с лёгкой усмешкой в голосе и озорными искорками в глазах произнёс Гаст, и выдохнул мне в ухо: — Кстати, великолепно выглядишь. Я рад, что угадал с размером.
— Случайно не измерял ли мои пропорции, пока я спала? — выпалила я, понимая, что краснею. Надо быстрее увеличить между нами расстояние, а то мои мысли опять сводятся к демоническим губам. — По коням, господин командующий.
Гастьян засмеялся своим мягким и красивым смехом, но все-таки меня послушался и повёл в другую сторону, не отпуская моей руки.
— Нет, к сожалению, не измерял, — словно промурчал он, глядя жадным взглядом на меня через плечо.
«К сожалению», твою мать! И я прямо всем телом почувствовала, что оно полностью с ним согласно, отзываясь мурашками по позвоночнику на крепкую, но нежную хватку его руки.
— И прекрасно, а то во сне я периодически дерусь, — не задумываясь ляпнула я, наткнувшись взглядом на знак Гаста, что ещё не видела.
Рукав его рубашки оголял лишь половину отметины, но и этого было достаточно: руну демонического рода пересекала руна движения, дополняясь каким-то еще символом. Что именно заключал в себе дар Гаста, я не поняла: с такими редкими обозначениями силы ранее мне не приходилось встречаться.
— Звучит как вызов. Определённо, нужно будет проверить, — в той же манере ответил мне демон, но в этот раз не поворачиваясь.
— Это не вызов, а предупреждение.
Ответить Гаст мне не успел, потому что на выходе мы встретились с сэром Ирманом и незнакомым мне мужчиной. Они громко смеялись и разговаривали, будто давно знакомы, а завидев нас, развернулись к нам на встречу.
Незнакомец был высоким и подтянутым, с довольно симпатичным лицом без резких очертаний, с глубокими глазами цвета изумруда и чёрными, как смоль, волосами. Одет он был в строгие серые брюки, рубашку молочного цвета и жилет, расшитый серебряными узорами.
— Гаст, так это и есть та, которая спасла тебя? Мне кажется ты теряешь навыки, старик, раз такой красивой и хрупкой девушке удалось справится с твоим противником, а тебе — нет, — мужчина звонко рассмеялся.
— Хрупкая она только снаружи, а внутри поматёрей некоторых будет, — с улыбкой парировал Гастьян и обернулся ко мне: — Стихиллия, это Фарман — мой старинный друг. Фар, это Стихиллия. Прости, но мы спешим. Располагайся, а если будут вопросы сэр Ирман тебе поможет.
— Рад познакомится, Стихиллия, — мужчина улыбнулся и протянул мне руку, на которой я рассмотрела его знак. В этот раз я смогла определить принадлежность к клану: руна огня и рода — значится, ещё один демон, только огненный. Фар поцеловал мне тыльную сторону ладони едва ощутимым поцелуем.
— Взаимно, Фар, — я улыбнулась в ответ, ловя его взгляд на наших с Гастом руках, что до сих пор были вместе.
— Не беспокойся, не пропаду: начну пока работать над переводом, — подмигнул огненный демон своему другу и вместе с сэром Ирманом направился вглубь дома.
Мы с Гастом вышли за порог, где нас встретил холодный ветер и ливень, видимо недавно начавшийся.
— Главное, чтобы дорогу не размыло, а то будем добираться в два раза дольше, — демон сделал пару движений свободной рукой, что-то прошептал и над нами раскрылся купол, защищающий от капель дождя.
— Серьёзно? — не удержалась я от смешка и уставилась на Гастьяна.
— Я помню, что ты стихийница. Но ты ещё слаба. Так что обойдемся без этого, — парень возвел глаза к небу и покачал головой, будто я ляпнула глупость и потянул за собой к экипажу.
— Серьёзно?! — повторила я, но уже без смеха, — Лучше отойди.
Гаст не двинулся с места, но руку мою отпустил. В его глазах заплясали злые огоньки.
— Или садись в экипаж, или я посажу тебя сам. Тебе запрещены нагрузки, Стихиллия, сэр Ирман говорил…
Я не стала дослушивать грозную речь красного демона, призвала свой дар, который моментально отозвался.
Приняв вторую ипостась, я мягко подхватила призванным тёплым вихрем рассерчавшего Гаста и отправила его к карете, что была метрах в ста от нас, аккуратно поставив прямо возле неё. Взлетев до уровня крыши дома с помощью того же вихря, я быстренько и без препятствий разогнала тучи и опустилась обратно.
Только я хотела открыть рот, чтобы сострить, как Гастьян оказался возле меня, преодалев расстояние между нами за долю секунды и наглым образом перекинул меня через плечо, собираясь отнести к экипажу.
— Гаст, мать твою демонессу, а ну поставь меня! — от негодования я пустила молнию прямо перед его лицом, но демон не испугался, как я планировала, а шлепнул рукой меня по пятой точке и продолжил идти.
— Я же говорил отнесу сам, если не послушаешься, — в его голосе скользило лёгкое раздражение и усмешка.
— Поставь меня на место! — от моей злости над нами снова начали сгущаться тучи, а по телу предательски поползли мурашки от прикосновений демона.
— Смотри, а то от твоих эмоций дорогу точно размоет или опять шлепнешься в обморок.
— Гаст, едрён грифон! — рявкнула я, забарабанив по его спине своими кулачками. Во мне смешались злость от его нахальства и какое-то приятное чувство, которое я не могла сформулировать и понять.
Раньше никто бы не посмел так нагло меня схватить, и тем более шлепнуть, потому что если мне оказывали слишком настойчивые знаки внимания, я превращалась в колючего ёжика, выставляя вперед весь арсенал своих иголок, а уж если это не срабатывало — стихия всегда помогала отучить наглеца от дерзких выходок.