Во всем виновата книга. Рассказы о книжных тайнах и преступлениях, связанных с книгами
Шрифт:
Чтобы он почувствовал себя еще свободнее, я сказал:
– Мистер Лоуренс, я прочитал две ваши книги.
Его лицо немного просветлело.
– Какие?
– Ту самую, где говорилось о писателе, замыслившем убийство своего литературного агента.
– Это я писал от чистого сердца, – признался он.
– Правда? Видимо, об этом мечтают все писатели?
– Большинство. Но некоторые предпочли бы убить редактора.
Я усмехнулся и продолжил:
– А еще «Смертельный брак» – о молодой женщине, убившей своего пожилого мужа. Замечательная книга.
После секундного молчания он сказал:
– Я никогда не писал на эту тему.
– Не писали? Гм… простите, я иногда путаюсь с книгами.
Он не ответил, а затем задал вопрос, прозвучавший почти по Фрейду:
– Миа знает?
– Кто?
– Миссис Паркер.
– Ах да. Миа. Нет, не знает. У нас не принято говорить такое по телефону. Мы подождем еще пятнадцать минут, а потом отправим тело в морг, – добавил я и без всякого перехода предложил: – Может быть, вы ей позвоните?
Лоуренс помялся немного, а потом выдавил:
– Мне бы не хотелось этого делать.
– Все правильно. Я сам позвоню. У вас есть номер ее телефона?
– При себе нет.
– А в мобильнике?
– Мм… точно не знаю. А у вас разве нет?
– При себе нет, – ответил я и попросил: – Проверьте свой список. Мне бы в самом деле хотелось, чтобы она приехала сюда. Это лучше, чем в морг.
– Сейчас… – Он достал телефон и прокрутил список: – Домашний номер… сотовый Отиса… ага, вот и Миа.
– Отлично.
Я протянул руку, и он с видимой неохотой отдал мне телефон. Будь я чуть понаглее, обязательно проверил бы журнал вызовов, но, если понадобится, это можно сделать и позже. Я быстро набрал номер Миа Паркер, и она тут же ответила:
– Джей, ты где?
Сидит рядом с детективом в книжном магазине «Тупиковое дело».
– Это детектив Кори, миссис Паркер, – сказал я.
– Кто?..
– Детектив Кори. Полиция Нью-Йорка. Я одолжил телефон у мистера Лоуренса.
Тишина.
– Я сейчас нахожусь в книжном магазине «Тупиковое дело», мэм, – продолжил я. – Боюсь, что здесь произошел несчастный случай.
– Несчастный случай?
– Разве вы не получили наше сообщение на автоответчик?
– Нет… Какое сообщение?
– О несчастном случае.
– А где Джей?
О ком она спросила в первую очередь?
– Он здесь, рядом со мной, – ответил я.
– Почему у вас его телефон? Дайте мне поговорить с ним.
Похоже, ее не очень интересовало, что за несчастный случай и с кем он произошел, так что я вернул телефон Джею.
– Алло. Миа?
Миа, Миа, мамма миа. Муж твой Отис в rigor mortis [78] .
– В магазине произошел несчастный случай, – повторил Лоуренс. – Отис… – Он посмотрел на меня, я покачал головой, и он продолжил: – В тяжелом состоянии.
Она что-то ответила, затем он спросил:
– Где ты сейчас? Можешь приехать сюда?
Он выслушал ее ответ, кивнул мне и сказал в телефон:
– Я буду ждать тебя здесь.
Лоуренс выключил трубку и сообщил мне:
78
Трупное окоченение (лат.).
– Она была дома. Приедет через десять-пятнадцать минут.
– Интересно, почему мы не смогли дозвониться до нее? – вслух подумал я.
– Она говорит, что писала заявку, – объяснил он. – У нее свой кабинет, и она отключается от всего мира, когда работает над проектом.
– Правда? А вы тоже отключаетесь?
– Да, и я.
– Хорошо бы и мне иметь такой кабинет.
На самом деле я тоже отключаюсь от всего мира, когда пью шотландский виски, и для этого подходит любая комната.
– И все же она ответила на ваш звонок, – заметил я.
– Миа только что закончила работу.
– Понятно, – сказал я и снова подумал вслух: – Обычно пострадавших, особенно в тяжелом состоянии, отправляют в больницу, а не оставляют в книжном магазине.
Лоуренс промолчал.
– И все-таки миссис Паркер не увидела ничего странного в том, что ее попросили приехать в магазин.
Мы посмотрели друг другу в глаза, и Лоуренс все же заговорил:
– Думаю, она догадывается, что это не просто несчастный случай, детектив. Сдается мне, любой человек, получивший такое сообщение, теряет рассудок и отказывается верить. Вы меня понимаете?
– Да, понимаю. Спасибо.
Два замечания, если позволите. Первое: мне не нравился Джей Лоуренс, и это было взаимно. Отвращение с первого взгляда. И он еще расхваливает полицейских в своих романах. Рик Стронг, полиция Лос-Анджелеса. Какое разочарование! Но возможно, ему действительно нравились полицейские. Это я ему не нравился. Что ж, я умею производить такое впечатление на напыщенных засранцев.
И это подводит нас ко второму замечанию. Джей Лоуренс был покладистым свидетелем и быстро отвечал на мои каверзные вопросы. Мне доводилось видеть таких парней, и в основном это были именно парни – эгоистичные и самодовольные, как правило, весьма обаятельные и насквозь лживые, одним словом – социопаты. Не говоря уже о нарциссизме. Кроме того, он сочинял всякую чушь ради денег.
Но возможно, я сужу о Джее К. Лоуренсе слишком поспешно и слишком строго. Да и не имеет значения, что я о нем думаю. Мы никогда с ним больше не увидимся – если только я не упрячу его за решетку по обвинению в убийстве.
И наверняка я больше не прочту ни одной его книги. Ну может быть, стащу из библиотеки, чтобы сократить ему выплаты с продаж.
– Я заметил кучу ваших книг в кабинете Паркера, – сказал я Джею Лоуренсу. – Не хотите ли вы их подписать, раз уж все равно ждете?
Он не ответил, возможно и в самом деле обдумывая мое предложение. Я хочу сказать, что подписанная книга – это проданная книга. А ему очень нужны были продажи.
– Вам не обязательно подниматься наверх, – заверил я. – Если хотите, я попрошу Скотта перенести все экземпляры сюда.
– Не думаю, что это было бы уместно в такую минуту, детектив, – холодно ответил Лоуренс.
– Возможно, вы правы, однако… не люблю навязываться, но не могли бы вы подписать хотя бы одну книгу, лично для меня?
И предоставить отпечатки пальцев и свою ДНК.
– Может быть, позже.
– Ну и ладно. – Я остался сидеть на своем месте, напротив Лоуренса. – Где вы остановились?