Чтение онлайн

Всё это время старик не отрываясь смотрел на меня своими бездушными глазами, из-за чего у меня в очередной раз возникало состояние мерзкой беспомощности. Это точно был Он. Тот самый ИИ, который взял меня в плотный оборот, и, судя по всему, отпускать не планировал.

Я уже мысленно похоронил себя за плинтусом, как вдруг он вальяжно махнул рукой, и несколько более мягким тоном сказал:

— Тебе повезло, маленький друид… Меня очень впечатлила твоя скорость по решению прошлого моего задания, поэтому проводить репрессии в твой адрес было бы не рационально… Да и скучно это, — сообщил он доверительным тоном, после чего замолчал.

Его взгляд на несколько секунд стал совершенно стеклянным, будто он в режиме «онлайн» обрабатывал огромный объем информации, но это состояние не продлилось долго.

Спустя десяток секунд он пришёл в себя, после чего медленно покачал головой, и в этом его движении было уже не величие полубожественного существа, а досада программиста, наткнувшегося на критический баг.

— Вот ведь угораздило же вас, путники, — он вздохнул, и его голос вновь обрел подобие старческого, но теперь я чувствовал, что это была работа обычного, хорошо проработанного, голосового модуля:

— Из всех доступных подземелий вас угораздило забраться именно в то, которое мягко говоря, багованное.

Дарина, до этого сидевшая как вкопанная и, видимо, не до конца понимавшая суть происходящего, неожиданно ухватилась за знакомое слово, и сразу же вскинулась:

— А я ведь тебе говорила! — вырвался у неё громкий, и немного истеричный голос, — Я тебе говорила, что оно кривое! Что разработчики…

Договорить её было не суждено. Я бросил на нее взгляд, в котором было столько ярости, предупреждения и просто усталости, что она мгновенно сдулась, съежилась на своём троне и умолкла, уставившись на свои колени.

Искусственный интеллект, захвативший тело старика, удивленно поднял брови, глядя на наше немое взаимодействие, и задумчиво произнёс:

— Интересный социальный паттерн… Возьмём на вооружение. Что касается моей фразы на тему багованности этого подземелья… — Он пожал плечами, и этот жест выглядел настолько неестественно для его древнего облика, что меня аж передёрнуло.

— Оно даже не столько багованное, сколько… непроходимое. Для вашего текущего уровня сил, разумеется. Дело в том, что через две комнаты вас ждет немного не обычный босс. Сущность, не имеющая физического воплощения в этом мире.

Этот босс является ошибкой в коде, обретшей самосознание. У вас нет и не может быть инструментов, чтобы победить его в честном бою. Его уязвимости не прописаны, а его здоровье не конечно. Это тупик.

От его слов, произнесенных таким тоном, нам стало не по себе. Это был не гневный бог, и даже не могущественный хранитель. Это была констатация фатальной ошибки.

Тем не менее в его безразличном тоне я уловил ту же самую нотку, что и в прошлый раз с Торвином, которая заключалась в лёгкой отстраненности, и любопытстве исследователя. Немного подумав, я ухватился за единственное, что могло стать соломинкой для нашего спасения:

— Ты сказал… «в честном бою», — произнес я медленно, заставляя ИИ сфокусироваться на мне, и тут же продолжил:

— Значит, существует какой-то другой путь? Не честный?

Существо в облике старика замерло, сверкнув своими зелеными глазами, уголки его губ дрогнули в подобии улыбки, и скажу я вам, что это была совсем не добрая улыбка мудреца… Это была ухмылка хакера, нашедшего программную уязвимость.

— Для меня, — произнёс старик, в голосе которого чувствовалась тонна самодовольствия от тотального контроля над системой, — в этом мире нет ничего невозможного. Я плевать хотел на баланс, поэтому да… Есть другой путь.

Он поднял руку, и в то же мгновение перед ним, прямо в воздухе, замигал бледно-голубой интерфейс, состоящий из линий света и рунических символов, перемешанных с шестнадцатеричными кодами. При взгляде на сосредоточенное лицо старика, я впервые за всю нашу встречу поверил в то, что всё ещё возможно будет хорошо…

Интерлюдия. Некоторое время назад. Юля

Девушка нервно расхаживала по своей квартире, словно хищное животное в слишком тесной клетке. На ней было лишь черное кружевное белье, подчеркивающее ее идеальную фигуру, но сейчас девушка не думала о соблазне. Всё её тело было напряжено от едва контролируемой ярости, и выплеснуть эту ярость ей было некуда.

«Как он посмел?» — эта мысль билась в её мыслях встревоженной птицей.

Эта размазня, Степан, который всегда смотрел на нее как на божество, который прощал ей любые капризы и всегда был под рукой, чтобы им помыкать… Он посмел не только отказать, но ещё и в весьма грубой форме послал её!

Она схватила с дивана небольшую подушку, и с силой швырнула её об стену. Не помогло. Унижение по прежнему кипело внутри, как ядовитая лава.

Он что, возомнил о себе? Из-за чего? Из-за этой серой, заурядной Дарины? Это точно всё из-за неё! Эта курица вскружила ему голову, и внушила какую-то дурацкую уверенность!

«Ах, ты так?» — ее губы искривились в беззвучной, злой усмешке.

«Думаешь, что Юлечка все стерпит, проглотит обиду и будет дальше жить, как ни в чем не бывало? Думаешь, ты теперь такой важный, что можешь просто так посылать людей? Фигушки, милый. Очень даже фигушки».

Она остановилась посреди гостиной, а глаза, ещё секунду назад полыхающие от бешенства, вдруг сузились, и в них зажегся холодный, расчетливый блеск. Если он решил играть в жесткие игры, она покажет ему, что такое настоящая жесткость… Но свои руки она марать не будет… Для этого есть другие.

С плавным, почти кошачьим движением она подошла к стеклянной консоли, где лежал её смартфон. Аккуратно наманикюренные пальчики скользнули по экрану с отработанной легкостью, и спустя пару секунд она нашла нужный контакт.

«Медведь». Глупый, преданный, сильный парень из спортзала, который уже полгода смотрел на нее как на воплощение своей несбыточной мечты. Он был простым, предсказуемым и идеальным инструментом.

Девушка сделала глубокий вдох, заставив дрожь в голосе смениться на теплую, бархатную сладость, и нажала на вызов.

— Юль… Привет! — в голосе «Медведя» послышалась и радость, и смешная робость.

— Привет, Максик, — ее голос стал тихим, чуть надтреснутым, что создавало впечатление, что она вот-вот заплачет. — Извини, что беспокою… Просто… Мне не к кому больше обратиться…

— Что случилось? С тобой все в порядке? — его тон мгновенно сменился на настороженный, и даже на расстоянии чувствовалось, как он готов броситься на помощь.

— Да не знаю даже… — она сделала небольшую, искусную паузу, давая ему возможность прочувствовать ее «расстроенность», после чего продолжила: