Чтение онлайн

— В том-то и дело, что не могу. Соня уже сказала то, что было можно. А если вдруг все пойдет плохо, то тебе придется отвечать под артефактом истины… Надеюсь, ты понимаешь. Но на кону действительно стоят жизни, поэтому мне и пришлось пойти на столь радикальные меры. И я никого не похищал. Девушки пошли со мной добровольно. Но я буду у тебя в долгу, если ты… скроешь их пропажу. Пока клоны еще действуют, мы можем разыграть небольшой спектакль, как ты отправляешь их в больницу с каким-то серьезным недомоганием…

— Я должен еще и помогать тебе?! Притом что ты даже не уверен, что они будут в порядке? За что ты так со мной? И зачем ввязал в это? Не верю, что они сами решили впутаться в опасную для жизни игру от нечего делать.

— Хочешь верь, хочешь нет, а выбора ни у меня, ни у них особого не было. Я лишь пытаюсь все исправить. И тебя подставлять я не собирался…

— И потому уговорил меня отправиться в эту чертову поездку на целый месяц раньше?!

— …

Ответить на это мне было нечего.

— Когда они вернутся?

— Не знаю точно. Может, через неделю, а может, и через три. Но постараюсь сделать так, чтобы как можно скорее. Говорю как есть, уж извини.

— От твоей честности никому не легче.

— Понимаю. Но клонов долго поддерживать не смогу. Нужно что-то решать…

Преподаватель ходил из стороны в сторону, обдумывая свое решение. Спокойствие удерживать ему было все труднее, но он очень старался.

— Ладно. Я сделаю, что ты просишь. Но если с ними что-то случится… Не важно по какой причине — я буду винить тебя. И это станет личным, Симон.

— Понял тебя. Спасибо.

Хвостов тяжело вздохнул.

— Слушай, почему именно их? Они же сами друг друга покалечат! Я бы еще понял, если любую одну, но обеих? Что их связывает, кроме вражды предков?

— Не могу сказать.

— Но ты сделаешь все, чтобы они обе вернулись назад в академию, верно?

— Да… — уверенности в моем голосе явно не хватало, и Хвостов это заметил. В случае с Аней-то, само собой, я сделаю все, чтобы вернуть ее домой. А вот с Олей…

— Обе?!

— Я постараюсь.

— Ты уходишь от ответа, не можешь обещать, что девочки вернутся домой, и после этого хочешь, чтобы я тебе помогал? Да что с тобой?!

— Я обещаю сделать все, чтобы Аня вернулась домой! В академию и к своей матери. Доволен?! А Оля решит сама, потому что возвращать ее домой к отцу психопату силком я точно не планирую, ясно?! Ты сам-то этого хочешь? Сможешь ее в таком случае защитить? А?!

Мои слова заставили Степана Викторовича серьезно задуматься. И он довольно долго молчал. Пока наконец не ответил коротко, но уверенно:

— Я помогу. Надеюсь вы справитесь, что бы там ни было, и с девочками все будет хорошо… Удачи. И иди ты к черту, Симон!

Мы уложились в десять минут, чтобы собрать и отправить из лагеря небольшой экипаж с «заболевшими» девушками и преподавателем. После чего я наконец смог ослабить концентрацию, поскольку поддерживать контроль за клонами стало уже невмоготу. Достаточно будет и того, что девушки просто еще побудут какое-то время в качестве груза, пока экипаж доберется до ближайшего городка. А потом пусть исчезают и ладно. Дальше уже Хвостову придется разбираться самому, после чего ему еще понадобится вернуться в лагерь за остальными своими воспитанниками, заботливо поинтересоваться их состоянием, не болен ли кто еще «странной болезнью», а затем продолжить маршрут этой чертовой поездки, которую он уже трижды успел проклясть.

Пожалуй, даже хорошо, что он еще не знал — неприятные сюрпризы для него в эту злополучную ночь не закончились. А вот Соня уже обнаружила пропажу, и потихоньку начинала сходить с ума…

Я практически не следил за передвижением своего основного тела, поглощенный контролем за клонами. Вол-Тара дала нам достаточно простой ориентир — плыть в «ту» сторону, пока не уткнемся в землю…

Разговор с Хвостовым получился весьма тяжелым, но теперь, когда дело было сделано, а я вернулся в собственное тело, то настроение заметно изменилось. Я не был рад, скорее взбудоражен: наконец-то я вернулся на юг! Впереди еще долгий путь, но мы непременно доберемся до алтаря! И уже тогда будет понятно, что же делать дальше. Будем решать проблемы по мере их поступления!

Только вот сначала этот путь еще нужно проделать. В таких делах командная работа — это все! Но у моих «напарниц» с этим явно серьезные трудности…

Даже просто плыть рядом им, видите ли, было некомфортно. Аня заплыла вперед и даже не оглядывалась на нас. Благо впереди уже проступали очертания берега, а значит, мы почти у цели. Оля как и раньше плыла справа от меня. А слева — моя гордость, малышка Катя, со своим вездесущим питомцем. Заметив мой взгляд, девочка виновато улыбнулась и помахала мне рукой… СТОП! ДА КАКОГО ХРЕНА?!

На мой яростный крик под водой обернулись все разом. Улыбка ученицы тут же испарилась. Оля, наверное, удивилась, но скорее даже обрадовалась девочке, а вот Аня… Ее реакция оказалась весьма похожа на мою, если не хуже. Только в ее исполнении даже под водой могло что-то гореть…

Мы слишком близко подобрались к берегу, чтобы не воспользоваться возможностью выбраться на него, прежде чем начать ругаться. Одним махом я буквально выбросил нас из воды на сушу. И пока девушки еще только поднимались с земли, я уже резкими, но точными движениями наносил руны по периметру, формируя заглушающий барьер. Мне хотелось высказаться не стесняясь в выражениях и эмоциях. Но, меня опередили…

— Да что это такое?! Ты издеваешься, Симон? — Аня вцепилась в воротник моего плаща и нещадно дергала его после каждой фразы. — Ты запретил говорить что-либо Диего. Заставил меня ему лгать! Наотрез отказался брать его с собой… Но зато взял Громову! И ОБЕЗЬЯНУ! ОБЕЗЬЯНУ, СИМОН!

Очень неудачный момент подруга выбрала, чтобы орать на меня и трясти за шиворот. После контроля за клонами у меня и так болела голова, а выходка Кати вообще выбила из колеи, причем определенно не в хорошем смысле.

— ДА ПОТОМУ ЧТО ДАЖЕ ОБЕЗЬЯНА ЛУЧШЕ СЕБЯ ВЕДЕТ, ПОНЯТНО? Нам нужно проникнуть НЕ-ЗА-МЕ-ЧЕН-НЫ-МИ! Не привлекать к себе внимание, понимаешь? Да если б я мог, то и тебя бы на такое дело не взял, а уж Диего и подавно! Так что да, обезьяна лучше! Но если тебе станет легче, то я сам понятия не имею, как они здесь оказались!

Скинув с себя руки подруги, я направился к девочке, которой придется как следует объясниться, прежде чем я отправлю ее обратно. И она это, кажется, понимала, поскольку глаза у Кати уже были на мокром месте.