Чтение онлайн

провинциальное жречество.

В одной надписи, сохранившейся в Турра, говорится, что царем были

«открыты

каменоломни, чтобы добывать хороший известняк Айяна», причем тут же

указано, что это

должно было быть «памятником для богов и богинь, для их храмов [на

миллионы лет]». 53)

Особенно характерно то, что Аменхотеп II изобразил себя в данном случае

перед

вереницей из 13 божеств. Брэстед предполагает, что фараон добывал в этих

каменоломнях

строительный материал для своих построек в Мемфисе и Гелиополе. 54) Как

бы то ни было, сохранились скудные известия о том, что Аменхотеп строил в

Гермополе. В одной

надписи55) упоминается о постройке царем «укрепленного дворца [под

названием] Аа-

хеперу-Ра» именно в Гермополе. Как эта постройка, так и сооружение [166]

пышной

гробницы фараона в Долине царских гробниц свидетельствуют об усилении

политического и религиозного авторитета обоготворявшегося царя, культ

которого с

давних пор существовал в Египте и использовался рабовладельческой

аристократией в

период крупных завоеваний для укрепления классового строя в целом.

116

Власть фараона все еще была прочными нитями связана с высшим, главным

образом

фиванским жречеством. Неизбежной данью времени были жертвы храмам, которые щедро

расточали многие фараоны Египта. Аменхотеп II, очевидно, пытавшийся в

некоторой

степени освободиться от влияния фиванских первосвященников, все же

принужден был

сообщать в своих торжественных надписях о том, как он одарял Фиванский

храм Амона

— главное святилище и богатейшую сокровищницу Египта в те времена. Вполне

естественно, что эти жертвы связываются с победами египтян в Передней

Азии и с

богатой данью, полученной из страны Митанни. После описания этих

важнейших для того

времени событий автор надписи говорит о сооружении царем в южном

гипостиле

величественных колонн, богато украшенных электрумом, и о том, что царь

пожертвовал в

храм золотую и серебряную утварь. «Сокровищница [храма] была наполнена

данью из

каждой страны. Его амбары ломились от чистого зерна». Царь пожертвовал

Амону алтарь

(?) из золота, пол которого был сделан из серебра, а также роскошные

драгоценные

сосуды, которые были «прекраснее, чем звезды».56) Демагогически используя

поддержку

все еще могущественного жречества, Аменхотеп II с гордостью говорит, что

бог щедро

наградил царя за эти жертвы, сделав его «владыкой народа».57) Характерно, что и в эту

эпоху, как и во время царствования Хатшепсут, рабовладельческая

аристократия,

возглавляемая царем, пыталась укрепить всеми способами свой авторитет

среди широких

масс свободного населения, которые в египетском языке того времени обычно

обозначались словом «рехит».

Завоевательные войны в значительной степени содействовали обогащению

рабовладельческой аристократии Египта. В сокровищницу фараона непрерывным

потоком стекались огромные богатства: военная добыча, подати и дань

покоренных

народов, большие материальные ресурсы, которые систематически

выкачивались как из

местного египетского населения, так из завоеванных стран Передней Азии и

Нубии.

Одновременно с этим развивалась и внешняя торговля, в частности с

племенами

Эгейского мира, на что между прочим указывают изображения в гробнице

Аменемхеба.58)

Естественно, что искусство этого времени ярко отразило роскошный быт

богатой и

знатной аристократии, постоянно и щедро награждаемой [167] царем.

«Начальник

царской трапезы» Суемнут изобразил на стенах своей гробницы яркие картины

быта,

характеризующие привольную и праздную жизнь богачей при царском дворе. Мы

видим,

как Суемнут осматривает «прекрасные места царского погреба в Фивах», в

котором

хранятся огромные запасы вина, разлитого в кувшины и предназначенного для

царского

стола. Далее изображена царская пивоварня, в которой готовят пиво. На

некоторых

сосудах, очевидно, с пивом, видны имена Аменхотепа II. Наконец, на стенах

той же

гробницы изображен Суемнут, наблюдающий за приготовлением царской

трапезы. На

стол ставят фрукты, овощи, мясо. В корзинах лежат смоквы и гранаты, в

сосудах налит

мед.59) Знатные богачи в своих усадьбах старались окружить себя

утонченной роскошью.

Каждый из них стремился иметь свою свиту. Так, слуги Кенамона несут его

оружие и

утварь: щит, колчаны, бумеранг, стул, палку, сандалии, кошель — богатые и

роскошные

вещи его обихода. Не только сад, но и кухня Кенамона достойны того, чтобы

их

запечатлеть на стенах гробницы. Особенно тщательно и изящно изобразил

египетский

художник девушку, играющую на лютне. Недаром этот рисунок считается одним

из

шедевров египетского искусства. 60) Роскошные пиры, на которых угощали

знатных

гостей, развлекая их музыкой и плясками гаремных девушек, хорошо

изображены на

стенах гробниц Тотнофера, Тота и Небамона.61) Знатные богачи гордились

своими

колесницами, подражая в этом египетскому фараону. Нередко они совершали

путешествия на своих кораблях в священный город Озириса — Абидос. Один

маленький

эскиз, изображающий приготовление постели и причесывание женщины, смотрящейся в

зеркало, который сохранился в гробнице «ювелира и скульптора Нефер-

ренпет», — дает

117

яркое представление о роскошной и беспечной жизни богатых рабовладельцев

того

времени.62)