Чтение онлайн

Ф. Ф. Буксгевден

Генерал-губернаторы осуществляли непосредственное руководство гарнизонными войсками, совмещая его зачастую с рядом других должностей, как, например, П. А. Пален: «К 1800 году в руках Палена оказывается управление иностранными делами, полицией, финансами, почтой и даже титул великого канцлера Мальтийского ордена» 5.

П. А. Пален

Но если должность генерал-губернатора, пусть под другими названиями, существовала в Петербурге на протяжении всего XVIII столетия, то военная комендатура и должность городского коменданта появляются именно при Павле I. До конца XVIII в. в Петербурге существовала только должность коменданта Петропавловской крепости 6.

«Учреждение должности коменданта в столице надо отнести прежде всего к тому, что Император решил ввести во всей армии порядок службы и военный режим, бывшие в гатчинском отряде, а так как в Гатчине должность коменданта существовала, то естественно, что она с другими реформами перешла и в столицу..

…Цель учреждения должности коменданта вытекает из предназначенного ему круга служебных обязанностей. Император Павел I… хотел знать все, что делается в гарнизоне… При том порядке несения службы, который был установлен воинским уставом 1796 г., комендант знал все, что делается в частях войск, и, являясь ежедневно к Государю с рапортом о состоянии гарнизона, мог отвечать на все предложенные вопросы, касающиеся службы в столице» 7.

Должность петербургского коменданта была учреждена уже 7 ноября 1796 г., но первоначально не имелось ни штатов, ни положения о комендатуре, именовавшейся тогда Ордонанс-Гаузом. И только 14 февраля 1797 г. было объявлено Высочайше утвержденное «Положение военного губернатора, коменданта и всех чинов, по этим должностям касающимся в петербургском гарнизоне». И именно 14 (25) февраля 1797 г. принято считать днем создания Санкт-Петербургской военной комендатуры 8.

Обязанности коменданта первоначально были определены Воинским уставом 1796 г., причем, судя по его соответствующим статьям, функции коменданта во многом совпадали с обязанностями губернатора, на что указывает часто встречающаяся в тексте формулировка «губернатор и (или) комендант» 9. Устав определял следующие обязанности коменданта:

– сбережение денег, отпускаемых «на крепостное строение и Арсенал»;

– осмотр дважды в неделю (губернатором – еженедельно) постов в гарнизоне;

– назначение сборных мест на случай тревоги или чрезвычайных происшествий для вступивших в город частей;

– присутствие на разводах караула и наблюдение за порядком и правильностью их проведения;

– наблюдение за точностью отправления службы в гарнизоне;

– наблюдение за субординацией между офицерами и нижними чинами;

– посылка команд для ловли «разбойников или мошенников» 10.

Командиры полков, квартирующих в городе или крепости, обязаны были подчиняться распоряжениям губернатора или коменданта, «хотя бы полковой командир старее чином был коменданта, равномерно как и генерал старее бы был губернатора или того коменданта» 11.

Коменданту (губернатору) обязаны были доносить обо всех наказаниях нижних чинов или офицеров гарнизона, и на него же возлагалось разбирательство конфликтов, возникших между местными жителями и чинами гарнизона. Губернатор или комендант также определяли место и время проведения различных мероприятий в гарнизоне (учений, погребений, экзекуций и т. д.). Без разрешения коменданта или губернатора ни один офицер не имел права ночевать вне гарнизона, и только комендант подписывал отпускные билеты нижним чинам. К коменданту также обязаны были являться все приезжающие в город или уезжающие из него, «выключая низкого народу». Коменданту же подавались ежедневные рапорта о числе людей в частях гарнизона (батальонах и полках) и докладывали обо всех чрезвычайных происшествиях 12.

Из вышеизложенного видно, что комендант был вторым по значению лицом в гарнизоне.

Помощниками коменданта являлись плац-майор и плац-адъютант 13. По уставу 1796 г. они обязаны были присутствовать на вахтпарадах для подачи ряда строевых команд 14. Окончательно обязанности плац-майора и плац-адъютанта были определены в «Положении военного губернатора и коменданта» от 14 февраля 1797 г.

«Плац-майор имел в своем ведении всех арестантов, как частей войск петербургского гарнизона, так и других воинских частей, расположенных вне столицы. Все рекруты также находились в его распоряжении, и он обязан был отправлять их в назначенные полки, затем он обязан был наряжать караулы в театры и на публичные гулянья» 15.

При учреждении Ордонанс-Гауза при коменданте назначен был один плац-адъютант, а согласно Положению от 14 февраля 1797 г. количество плац-адъютантов возросло до десяти, и каждый из них, помимо участия в разводах, имел свои определенные обязанности 16. «Это были глаза коменданта: они должны были быть безусловно правдивыми докладчиками всего виденного, т. е. такими, каким и сам комендант ежедневно являлся перед своим монархом» 17. Состоял при Ордонанс-Гаузе и еще ряд чинов.

«Кроме плац-адъютантов, при Ордонанс-Гаузе состояли два бау-адъютанта, причем один находился при губернаторе, а другой – при коменданте, и на обязанность первого возлагалось наблюдение в городе за всеми казенными строениями, мостами, улицами, он отводил также и размерял места для построек. Бау-адъютант, состоявший при коменданте, следил за исправностью караульных домов, шлагбаумов и за всем караульным имуществом.

При Ордонанс-Гаузе состояли также: гарнизонный обер-аудитор, на обязанность которого возлагалось судить арестантов частей войск, расположенных вне Петербурга, и рекрутов, не назначенных еще в полки: гарнизонный лекарь, в ведении которого находился лазарет Ордонанс-Гауза для освидетельствования при разных случаях в гарнизоне. Кроме того, в штате Ордонанс-Гауза состояли 8 унтер-офицеров и 20 рядовых» 18.

Первым комендантом Петербурга стал 7 ноября 1796 г. полковник (с 8 ноября – генерал-майор) Алексей Андреевич Аракчеев 19. Назначение Аракчеева на эту новую должность было не случайным – с начала 1796 г. он являлся губернатором Гатчины, поэтому и обязанности коменданта знал лучше, чем кто-либо другой из окружения Павла 20.

«Не зная покоя сам, петербургский комендант Аракчеев не давал покоя никому, – писал В. А. Томсинов. – Днем и ночью разъезжал он по городу, наблюдал за порядком на улицах, проверял исправность караулов, осматривал казармы и госпитали, конюшни и канцелярии…

Полицейские… не спали ночами, а дежурили на улицах, так что петербуржцы могли отныне без всяких опасений прогуливаться по ночному городу… Кто-то приводил в порядок дороги, разбитые дневной ездой, кто-то убирал мусор у домов. В столице исчезли вдруг непроезжие улицы…» 21

1 февраля 1798 г. сурового Аракчеева на посту коменданта сменил автор знаменитой «Хроники» генерал-майор князь С. Н. Долгорукий 22. Заменил его на этой должности в 1803 г. уже известный нам П. Я. Башуцкий 23.

Несомненно, что от А. А. Аракчеева С. Н. Долгорукий получил четко отлаженный механизм работы комендантской службы.

Теперь пришла пора поговорить о повседневной службе войск Петербургского гарнизона.

Общеизвестны отрицательные отзывы Павла о состоянии русской армии в царствование Екатерины II. Злоупотреблений и беспорядков действительно было немало. И главной задачей Императора было навести в армии порядок, за что Государь решительно и взялся, суровыми мерами «подтягивая» войска. Столичный гарнизон, естественно, первым почувствовал на себе строгости нового царствования, и в первую очередь гвардейцы. «Щеголям и сибаритам, манкировавшим своими обязанностями, смотревшим на службу как на приятную синекуру., дано понять (и почувствовать), что служба есть прежде всего служба», – писал А. А. Керсновский 1. Служить должны были все. «И днем Петербург казался заметно пустыннее, нежели прежде – все были при деле, те же, кто продолжал бездельничать, старались меньше появляться на улицах»2.

«В воспоминаниях можно найти лишь незначительные штрихи к описанию быта и службы офицеров в павловскую эпоху, – пишет К. В. Григорьев, – но практически все мемуаристы начинают рассказ с описания молниеносных перемен, произошедших в облике Петербурга, жизни двора, облике всего военного сословия»3. Вот что писал, например, князь Ф. Н. Голицын: «Все через сутки приняло совсем новый вид: перемена мундиров в полках гвардии, вахтпарады, новые правила в военном учении… Дворец как будто обратился весь в казармы: внутренние бекеты, беспрестанно входящие и выходящие офицеры с повелениями, особливо поутру. Стук их сапог, шпор и тростей – все сие представляло совсем новую картину, к которой мы не привыкли» 4.

Одним из первых мероприятий нового Императора, весьма всполошившим не только столицу, но и всю империю, был вызов в Петербург всех гвардейских офицеров, числившихся «в отпуску».

«Возвращая Гвардию к действительной службе, Павел не замедлил призвать в полки всех отпускных офицеров. Несмотря на то, что в высочайшем приказе упоминались только офицеры, по усердию, или, как заметил современник А. Т. Болотов, из-за „особливой ошибки Гвардейских майоров“, требованы были в полки и унтер-офицеры. Результаты смотра известны. 25 декабря 1796 года из Гвардии „за малолетством“ исключили тысячи детей, числившихся с пеленок на государевой службе. Конный полк, например, „лишился“ девяти отроков-корнетов и 1532 унтер-офицеров. Так был уничтожен давний и порочный обычай записывать в Гвардейские полки младенцев. Теперь это – привилегия особ императорской фамилии.

Исключались и все камергеры и камер-юнкеры, также состоявшие, но никогда не служившие. Впредь запрещалось совмещать придворные чины с военными или статскими. Таким образом, Павел лишил дворянство возможности получать чины не служа» 5. Подобная «чистка» принесла Гвардии несомненную пользу.

Судя по всему, в начале царствования Павла проблема строгого выполнения требований службы гвардейскими «недорослями» стояла весьма остро. Так, отданный при пароле Высочайший приказ от 17 ноября 1796 г. гласил: «Гвардии унтер-офицеров из дворян приказывается, если будут не прилежны к службе и не вежливы, также когда усмотрятся во фраках одетыми и делать шалости по городу, то будут выписаны в солдаты в полевые полки» 6.

29 ноября 1796 г. были введены в действие новые воинские уставы: «Воинский устав о полевой пехотной службе», «Правила о службе кавалерийской» («Воинский устав о полевой гусарской службе») и «Воинский Устав о полевой кавалерийской службе» 7.

15 декабря 1796 г., согласно Высочайшему приказу в Зимнем дворце учреждается для штаб– и обер-офицеров Тактический класс, надзирать за которым поручено было А. А. Аракчееву, а преподавать – подполковнику И. Я. Каннабиху, бывшему гатчинскому артиллеристу 8. Этот класс был создан для разъяснения офицерам гарнизона положений нового устава. Занятия проходили ежедневно в «Знаменной комнате, возле большой церкви», в присутствии Императора и Великих Князей, и продолжались до тех пор, «пока весь устав не был пройден». Из-за плохого знания Каннабихом русского языка толку от таких занятий было немного, и «каждый старался приобрести печатный устав и обучался сам по книге и по указаниям поступивших гатчинских офицеров» 9. Интересно, что хотя посещать тактический класс было предписано только офицерам, генералы также стали его слушателями 10. Этот факт говорит не столько о страхе перед Императором, сколько об изменившемся отношении к службе – ответственность теперь лежала на каждом офицере, и сурово взыскать за нерадивость могли с любого – от прапорщика до генерала.

«Вновь изданный пехотный устав… обнимал собою все стороны военного быта, за исключением военно-юридической части. В его содержании и характере ярко выразилось стремление установить в войсках самый строгий внутренний порядок… Порядок отправления караульной службы был разработан так обстоятельно и подробно, что все, к нему относящееся, осталось в силе, за малыми исключениями, и до настоящего времени (до началаXX в. – Е. Ю. )», – читаем у В. К. Судравского 11.

Действительно, при Павле на караульную службу обращалось самое серьезное внимание. Яркий пример тому – знаменитые вахтпарады, на 85 лет ставшие одним из главных символов военного Петербурга 12.

В сознании большинства именно вахтпарад является главным символом царствования Императора Павла, вызывая в воображении мрачные картины жестокой муштры солдат и разносов офицеров, уходящие прямо с этого самого вахтпарада в Сибирь полки и т. д. А в пьесе Д. С. Мережковского «Павел I» Император даже гоняется с тростью между шеренгами солдат за одним из офицеров 13. Но что же представлял собой вахтпарад на самом деле?

«Страшный „вахтпарад“, неразрывно связанный в нашем представлении с павловской муштрой, на самом деле был всего лишь разводом караулов (этим словом обозначались и участвующие в разводе отдельные караулы). Правда, правила его, действительно, были довольно сложны, а малейшие погрешности, особенно в присутствии императора или его гатчинских воспитанников, могли привести к несоразмерным наказаниям» 14.

Вот как описывает вахтпарад в Петербурге один из очевидцев: «Все военнослужащие генералы, штаб– и обер-офицеры, свободные от других должностей, собирались ежедневно к разводу, к 9-ти часам утра, который длился иногда до 12-ти. Государь весьма точно приезжал до прибытия дававшего развод батальона и лично назначал точку правого фланга, по которому расстанавливались офицеры для обозначения линии, по которой становился караул. После того приносилось знамя из Зимнего дворца; войско встречало его с отданием чести, барабанным боем и музыкой, причем Император снимал сам шляпу, и за ним все присутствующие. После того он обходил баталион, осматривая каждого солдата лично и обращая строгое внимание на одиночную выправку. Затем Император производил ученье с несколькими эволюциями. Государь лично подавал команду, которую принимал от него штаб-офицер, дежурный по караулам, что продолжалось около часу времени. По окончании ученья пехоты выезжал взвод кавалерии, который исполнял разные построения. Затем Государь принимал рапорты представляющихся и после того, при пароле, отдавал Высочайший приказ. В заключение войска проходили церемониальным маршем; при прохождении знамен Государь и присутствующие снимали шляпы… После церемониала главный караул следовал во дворец, где во внутреннем дворе в присутствии Государя сменялся старый караул, от которого знамя относилось во внутренние покои»15.

Итак, в разводе принимали участие батальон пехоты и эскадрон кавалерии. Пехотные батальоны назначались от Гвардейских (Преображенского, Семеновского, Измайловского) и Лейб-Гренадерского полков или от Санкт-Петербургского гарнизонного и Кексгольмского мушкетерского полков 16. Из кавалерии участвовали в разводах Лейб-гвардии Конный и Лейб-Гусарский полки 17. С 1800 г. в разводах участвовали и эскадроны новосформированного Кавалергардского полка 18. Согласно Высочайшему указу от 26 августа 1797 г. инженерные офицеры от обязанности присутствовать на разводах были вообще освобождены 19.

Паролем, как правило, служило название какого-либо города 20.

«Вахтпарад в Петербурге производился в теплое время года перед Зимним дворцом или на Царицыном лугу, в холодные же дни – в манеже, носившем название экзерциргауза. Зимою, при морозе свыше 15 градусов, вахтпарад отменялся, и полки заступали в караулы без развода; при морозе выше 10 градусов отменялось только разводное ученье, а развод караулов производился обычным порядком»21.

В соответствии с уставом вахтпарад состоял из следующих основных церемоний: