Чтение онлайн

Около 1980 года несколько человек из нашей команды начали исследовать то, что можно назвать аспектами церковного роста в духовных измерениях. Однако этот новый этап развития нашей темы совсем не означает, что технология теперь считается ненужной или же духовное полностью заменит всю технологию. Нет. Технология евангелизации была исключительно полезной для церквей и миссионерских организаций, и мы продолжаем усовершенствовать и модернизировать ее постоянно. Однако мы обнаружили, что любые методы евангелизации в мире принесут минимальный эффект, если прежде не будет одержана победа в духовном мире. Это положение можно сравнить с ситуацией с автомобилем последней марки. Он может быть прекрасной и отлично сконструированной машиной, но абсолютно бесполезной без бензина в бензобаке. То же можно сказать о духовной силе в евангелизационных устремлениях и церковном росте.

Давайте для примера обратимся к Америке 1980-х годов. То был период появления множества очень больших церквей, каких никогда не было прежде. Почти в каждом регионе теперь имеются одна и более мегацерквей. Увеличилось количество семинаров по росту церкви и ресурсам евангелизации. В значительной степени выросло количество частных христианских школ и использование христианами средств массовой информации. На первый взгляд могло показаться, что в нашей стране христианство достигло большого прогресса. Однако статистические данные отражают иную картину В конце этого десятилетия количество людей, посещающих церковь, оставалось таким же, как в начале десятилетия, а количество членов протестантских церквей уменьшилось.

Я верю, что в ближайшие годы Бог захочет, чтобы мы как можно лучше проводили евангелизацию наших народов. И я думаю, что мы это сделаем в той степени, в какой осознаем тот факт, что на самом деле наша борьба происходит в духовном мире.

ЗНАНИЕ О ДУХОВНОЙ ВОЙНЕ

Около 1980 года я начал чувствовать Божий призыв .сосредоточиться на духовных измерениях, действующих в процессе роста церкви. Благодаря моей близкой дружбе с Джоном Уимбером, которого в тот период называли “Мистер чудеса и знамения”, я знал, что на этом новом этапе моих исследований первое место займет евангелизм силы. Я также понял, что после этого аспекта вторым пунктом пойдет молитва, и я должен признать, что на тот момент я не понимал, какое отношение может иметь молитва в эффективному евангелизму.

Своими находками в области исследований чудес и знамений я поделился в книге о служении исцеления “How to Have a Healing Ministry”, которая вышла в свет в 1988 году. Годом раньше, в 1987 году, я начал всерьез исследовать феномен молитвы и учить о ней. Но полную информацию о настоящих битвах в духовном мире я получил только лишь на Лозаннской международной конференции по всемирной евангелизации, состоявшейся летом 1989 года в Маниле.

И хотя я знал о духовной войне немного, но к 1989 году я, по крайней мере, начал осознавать два момента: (1) евангелизация будет более эффективной, если она будет сопровождаться серьезной молитвой, и (2) во всем Теле Христовом Бог дал дары, призвал и помазал некоторых верующих, наделив их особой силой в служении ходатайства. Я поделился этим новым видением с участниками Второй Лозаннской конференции, потому что оказался членом международного Лозаннского комитета, организовавшего эту конференцию.

Когда я молился о связи ходатайства и евангелизма, Бог дал мне идею выбрать от тридцати до пятидесяти одаренных ходатаев международного класса и призвать их приехать в Манилу за собственный счет, минуя обычный процесс отбора участников конференции, остановиться в филиппинском отеле “Пласа”, напротив здания, где заседали участники конференции, и круглосуточно молиться в течение всей работы конференции. Лидеры конференции согласились с этим предложением, и я попросил Бена Дженнингса из “Кампус Крусейда” организовать и провести это служение. Бен проделал превосходную работу, и на встречу приехали пятьдесят ходатаев, осуществив наши самые смелые мечты. Через эту манильскую команду ходатаев Бог дал нам то, что мне нравится называть “живой притчей”, и это на деле доказало совершенно очевидным образом то, что должно лежать в основе евангелизационных кампаний. Прежде чем я перейду к живой притче, следует пояснить еще один очень важный фактор.

НИТКА, ВТРОЕ СКРУЧЕННАЯ

Весной 1989 года я начал узнавать еще об одном духовном измерении, имеющем самое непосредственное отношение к евангелизации, - о личном пророчестве. Я не буду вдаваться в подробности о том, как Джон Уимбер, Синди Джейкобс и Пол Кейн помогли мне открыть эту новую для меня область. Скажу лишь, что в самом начале я был настроен ко всему этому несколько скептически, но теперь я верю, что в настоящее время пророчество является очень ценным и значительным служением. В начале лета 1989 года Джон Уимбер сказал, что Дик Миллз позвонит мне с пророческим словом и посоветовал прислушаться к тому, что будет сказано. К моему великому смущению, я никогда раньше не слышал о Дике Миллзе, но Джон рекомендовал его как одного из наиболее уважаемых пророков Америки, хорошо зарекомендовавшим себя на практике. Впоследствии, я узнал от Синди Джейкобс, которая хорошо знала Дика Миллза, что, как правило, он не звонил по телефону незнакомым людям. В дополнение ко всему в тот момент, когда Дик позвонил мне, у нас в гостях находилась Синди Джейкобс.

Я не буду рассказывать о пророчестве в подробностях, но та живая притча в Маниле явилась осуществлением в моем служении пророчества из Книги Екклесиаста (4:12): “И нитка, втрое скрученная, нескоро порвется”. Дик сказал, что Бог призывает меня стать катализатором в процессе сближения и соединения трех нитей, который Он вплетет в единый узор, чтобы выполнить Свои цели на предстоящие годы. Эти три нитки представляли собой консервативных евангельских верующих, харизматов и либералов совести.

Вторая Лозаннская конференция сыграла существенную роль в объединении двух первых нитей. И хотя на Первой Лозаннской конференции в Швейцарии в 1974 году присутствие пятидесятников и харизматов было чисто символическим, пятнадцать лет спустя, на Второй Лозаннской конференции количество их представителей было уже внушительным. Некоторые говорили о том, что, судя по количеству поднятых рук на пленарных заседаниях, можно было подумать, что большая доля участников состоит из харизматов.

Оказалось, что около половины молитвенников в команде ходатаев в Маниле принадлежали к числу консервативных евангельских верующих, и почти половина из оставшихся были пятидесятниками или харизматами. Позже я обнаружил, что поскольку на этом уровне эти две группы смешались впервые, им пришлось переосмыслить и порассуждать о многом. Харизматы думали про себя: “Интересно, знают ли эти верующие, как нужно по-настоящему молиться и войти в соприкосновение с Богом?” А евангельские верующие думали: “Интересно, не собираются ли эти харизматы кричать, визжать и кататься по полу?” Но к великому восторгу обеих сторон, все участники очень скоро выяснили, что во время молитвы у них не существует сколько-нибудь существенных различий. Когда они вместе вошли в тронный зал Бога, они обнаружили, что говорят об одних и тех же вещах и слышат в ответ от Бога одно и то же. Евангельские верующие одобряли харизматов, а харизматы одобряли евангельских верующих. Две Божьи нитки благополучно были скручены.

ЖИВАЯ ПРИТЧА

Одно из самых драматических видимых знамений от Бога произошло в первый же вечер в молитвенной комнате в отеле “Пласа” на Филиппинах, где собрались члены команды лозаннских ходатаев. Накануне величайшего международного конгресса по вопросам евангелизации Бог дал нам живут притчу, чтобы показать раз и навсегда, что настоящая битва за евангелизацию происходит в духовном мире. В большом гостиничном номере пятьдесят ходатаев сели в крут. Это были представители двенадцати различных народов мира, но большая их часть приехала из Северной Америки. Десять из них были филиппинцами. И хотя мы с моей женой Дорис ходатаями не являлися, нас пригласили принять участие в молитвенном собрании, потому что мы были организаторами этой встречи.

Естественно, что первым делом нам нужно было представиться друг другу Когда мы обошли половину круга, филиппинка по имени Хуана Франсиска, женщина за пятьдесят лет, представилась и рассказала о своем служении ходатая, которое она исполняла в течение многих лет. Две или три минуты спустя, когда говорил кто-то другой, Хуана Франсиска испытала то, что, как выяснилось позднее, было сильнейшим приступом астмы. Она вскрикнула, сильно побледнела и стала хватать ртом воздух. По комнате волной прошла паника.