Чтение онлайн

Представители Рабочей Партии Йуйля резко вскинули кулаки, а потом развернулись и уверенным шагом отправились в сторону будущего. Воины Хаоса ещё не успели прийти в себя после знакомства, когда к ним приблизился опрятно одетый юноша, рыжий, веснушчатый и очень серьёзный. В руках он нёс связку ключей.

– Добро пожаловать в Йуйль, – деловым тоном начал он. – Меня зовут Ош Кочкодык. Дайте я вас раскую для начала!

Возражать было бы странно. Они позволили Ошу снять с них кандалы, и он справился без заминок, тихонько насвистывая какую-то мелодию.

– Бур мне в штрек, объясни, что здесь творится? – не выдержал Батлер.

– А всё просто, – спокойно ответил ему рыжий юноша, хозяйственно складывая кандалы у стены казённого здания. – Мы пытаемся сделать наш город вольным. Творится история. Пойдёмте со мной, Воины Хаоса!

– Куда?

– Ближе к ратуше. Мы окажем вам медицинскую помощь и накормим, конечно же. Все вчера видели, как вы отвлекли на себя баронских громил и помогли разбить их на площади! Наши люди узнали, кто вы такие. Спасибо! Йуйль умеет быть благодарным.

– Уважаемый Ош, – собрался с мыслями Констанс. – Вы-то кого представляете?

– Я помощник мэра этого города, достопочтенного Витура Бюгеля. Так что это официальное приглашение.

– Принимаем, – без колебаний отозвалась Наумбия, и они зашагали по улице. Олясин с Изваровым бережно волокли на себе обессилевшего троллина. Волшебница растирала затёкшие от цепей руки. Фириэль молча разглядывала вечернее небо над крышами. Батлер догнал Оша и побрёл с ним рядом.

– А эти… Рабочая Партия… почему у них голубые повязки? – спросил он.

– Это цвет флага нашего города. Исторический герб Йуйля – чёрная трёхногая ворона на лазоревом фоне. Он символизирует волю, богатство и обновление. Что касается самой партии… да, их идеи и методы радикальны, но в нынешней ситуации они наши верные союзники. Кроме того, у них есть взрывчатка!

– Славно. Какова обстановка? – поинтересовался Кэррот.

– Стратегическая инициатива на нашей стороне, – отвечал как по писаному рыжий юноша. – Так называемую дружину барона удалось выкинуть из Йуйля, бой у восточных ворот как раз кончился. Дух граждан на подъёме! Бывалые люди полагают, что у нас есть время подготовиться к дальнейшим посягательствам. Чем мы и займёмся. В Йуйле скучать не привыкли! У нас весело. А вы смело считайте себя гостями города! Как он вам, кстати?

Они как раз вышли на уже знакомую площадь. Её ярко-розовым светом заливали косые лучи заходящего солнца. Мёртвых тел видно не было; по брусчатке, возбуждённо переговариваясь, гуляли ярко одетые горожане.

– Этот вечер мне нравится больше, – со вздохом призналась Наумбия.

Батлер Броки проснулся и подозрительно прислушался к ощущениям. Удивительно, но у него ничего не болело. Было за полдень; в маленьком окне комнатушки, в которой его поселили, светилось серое небо. Гном хмыкнул, неспешно выбрался из постели и стал одеваться, радуясь свежему исподнему и вычищенной одежде.

Рыжий помощник мэра Ош Кочкодык не соврал: их действительно накормили, отмыли и оказали лечение. На ночлег Воины Хаоса разместились в дешёвой гостинице, в одиночных номерах которой едва помещались скрипучие деревянные кровати – но после темницы, куда их вверг командор Гунтрам, это место казалось пределом мечтаний. Вдоволь выспавшись в относительной чистоте и уюте, Батлер неожиданно для себя осознал, что сейчас ему даже хорошо в этом людском городе. Такое редко случалось.

Нужно было узнать, что они предпримут теперь. Он со скрипом размялся и вышел из номера. Из столовой на первом этаже доносились привычные голоса: Кёрт Олясин лениво пререкался с отчитывающей его Наумбией.

– Ты драматизируешь, – голос его звучал мягко, – отлично всё магией лечится. Я уже себя сам латаю церковными чарами! Потом, правда, башка болит…

– Ну конечно, болит с непривычки! – саркастично сочувствовала волшебница. – Ты ведь так редко ею пользуешься… Кэррот, если в следующий раз тебе вдарят по черепу посильнее, ты останешься пускающим слюни идиотом. И дальнейшие приключения будут происходить исключительно в твоей сломанной голове! Посуди сам, Гудж сейчас живой лишь потому, что ему не пробили копьём сердце и лёгкие. Магия – не панацея! Можно чарами закрыть раны, выжечь инфекцию, ускорить естественную регенерацию… но мы не сумеем приживить обратно отрубленную руку, восстановить разорванные органы или заново склеить поломанный позвоночник! Таких целителей на весь мир единицы, и с тобой они точно возиться не станут.

Сидевший рядом Констанс грустно почёсывал костяные наросты на голове и молчал.

– Ну и что теперь, в бункере прятаться? – постучал ногтем по краешку чашки Олясин. – Вон, керамика тоже хрупкая… если б все твоей логикой руководствовались, люди пили бы только из железных кружек, а то вдруг, не дай боги, посуда побьётся!

Батлер фыркнул, забираясь на стул. Костик приветливо кивнул ему.

– Мы сильные, Намби, – продолжал свои речи Кэррот. – Мы способны преодолеть очень многое! Мир менять и идти против ветра, не стоять на месте. А помрём – так ведь все рано или поздно помрут! И лучше это сделать красиво.

– Кэррот, не все такие «сильные». Не все чёрствые и ветреные. Ты живёшь одним днём, не заботясь о последствиях, но всё ведь аукается. И если помрёшь ты, как говоришь, легко и красиво – так потом кой-кому всё равно грустно будет! Костик точно расстроится. Даже я огорчусь, может быть… Просто помни об этом в следующий раз, когда бросишься в очередную атаку! И нас за собою потянешь.

– Дело даже не в этом, – вступил в разговор Констанс. – Мы же все согласились в этой авантюре участвовать, Кёрт тут ни при чём… Да и драку на площади формально ты начала, а не Кэррот. Сама в стороне не осталась! Но нам стоит реально смотреть на вещи. Вчетвером бросаться на щитовой строй, как позавчера – изощрённое самоубийство! Я сейчас, когда раж прошёл, с содроганием вспоминаю… Как мы живы остались?

– Но остались же! – вздёрнул битую голову Кэррот. – Значит, правильно действовали. Вокруг Хаос! Происходящего нам не предвидеть и не предсказать. Думать надо, бесспорно. Но вы этим чересчур увлекаетесь! Рефлексии, сомнения всякие… просто держимся вместе и всё делаем в полную силу! Так победим.

– Да, и шлемы! Шлемы надо ещё всем надеть, – ввернул заскучавший от пафоса гном. – Безо всяких сомнений. Как там Гудж?

– Спит, восстанавливается, – ответил Изваров. – Его лекарша вчера ковыряла, восхищалась живучестью троллинов… Все здесь. Мы столовничаем, Фириэль в своём номере с кем-то невидимым из прошлого разговаривает. Всё нормально!

– Что мы делаем дальше?

– Связи с родиной нет, – Костяной Человек посмотрел на побеленный потолок. – Кто-то блокирует эфир над Йуйлем, телепатических сообщений в Сизию не передать. Интересно ещё, где советник Лепус скрывается… у барона в замке?

– Может, это… ногами пойдём? – проворчал Батлер, оглядываясь. В гостинице никого, кроме них, не было.

– Да, пойдём, – согласился с ним Кэррот. – Только пусть Ош оружие наше вернёт, как обещал. Безоружными нас на обратном пути точно хоблы сожрут. Хочешь кофий? – он показал на стоящий посредине стола заварник. – Очень бодрит!