Чтение онлайн

Северная Атлантика, Флот открытого моря, флагман первой разведгруппы "Граф Цеппелин", мостик

– Герр адмирал, мы потеряли связь с шестью самолётами-разведчиками. Сектор от 240 до 312 градусов.

– Грубое направление понятно. Как я понимаю, они ничего не обнаружили, - адмирал Эрнст Бринкманн на большее и не надеялся. Слишком часто приблизительный угол был единственными сведениями, полученными от воздушной разведки.

– "Метокс" [123] улавливает излучение вражеских радаров, в том числе воздушных. Частоты тех же поисковых систем, которые так ненавистны подводникам.

Бринкманн передёрнулся. Такого он не хотел бы услышать. В 43-м подводный флот возлагал серьёзные надежды на шнорхели. Они позволяли подводным лодкам всё время идти в погружённом состоянии, скрываясь от воздушных патрулей. Затем американцы ввели в строй новый радар, который мог видеть воздухозаборник на расстоянии в десятки километров. Конечно, более крупные цели они находили на гораздо больших дистанциях. Ходили слухи, что на американских самолётах стоят такие же радары, и им не требовалось приближаться к вражеским кораблям, рискуя погибнуть подобно немецким разведчикам.

Адмирал проклинал американцев. С тех пор, как они вступили в войну, всё встало с ног на голову. Материалы и техника шли лавиной. Танки, вооружение, самолёты, корабли. Всё поставлялось в таком количестве, что не имело значения, сколько уничтожишь. Разгромлена танковая дивизия? Звонок в Детройт, и за следующий месяц производство удваивается. Нужен радар для каждого самолёта-разведчика? Не вопрос, звоним на завод и просим пошевелиться. Ах, завода нет? Не беда, построим. Бринкманн слышал, что в Восточной Сибири как грибы растут построенные американцами фабрик; в голой степи возникли целые посёлки и города, населённые беженцами с запада. Это как-то нечестно. Мы начали войну с Россией, зная, что русская промышленная мощь находится на западе. Разрушь или захвати её, и война закончится. Как мы могли предугадать, что русские эвакуируют заводы? Или что американцы многократно восстановят то, что вывезти всё-таки не успели?

Американцы сделали вовсе невозможное - проложили железную дорогу через Афганистан, чтобы непосредственно снабжать боеприпасами русские войска, сражающиеся на юге. Нет, Бринкманн знал, что кинохроника показывала афганскую железную дорогу как построенную одними только индийцами. Десятки тысяч индийских рабочих прогрызали путь вдоль рек и через перевалы, чтобы построить полотно, но он не поверил фильму. Такой технический подвиг был под силу только американцам, у индийцев просто не хватало мощностей. В его уме шевельнулась неудобная мысль. А если индийцы сами построили афганскую железную дорогу, если у них достаточно способностей, то как это соотносится с заявлениями об арийском превосходстве Германии? Он задавил её, само наличие подобных идей было опасным.

– Они нас засекли. Немедленно взлёт. Общий курс 270, найти и атаковать. Как только ударная группа поднимется, выпускаем запасные истребители.

– Герр адмирал, у нас нет времени. Если враг обнаружил нас, прямо сейчас они начинают. Лететь сюда час. К тому времени, когда мы будем готовы нанести удар - вытащим истребители на палубу, прогреем двигатели и начнём выпуск, амеры появятся у нас над головой. А на палубах вооруженные и заправленные самолеты...

Завершать мысль не Дитриху требовалось. Огонь был самым большим страхом авианосца. С борта немецкой подводной лодки засняли результат атаки на "Энтерпрайз" [124] . Прямо в гавани Нью-Йорка. Столб дыма видел весь город. Хорошо для пропаганды, но также и серьёзный урок. При пожаре корабль погибнет.

– Значит выпускаем без прогрева.

Лицо Дитриха застыло. Попытка взлёта с холодными двигателями означала, что некоторые машины просто не поднимутся. Они потеряют тягу в любой момент, рухнут в море и будут раздавлены своим же кораблём [125] . Приказ заранее обрекал на смерть часть пилотов.

– Но, герр адмирал...

– Не дрейфь. Взлетаем без прогрева, - Бринкманн немного смягчил тон, он понимал о чём говорит.
– Там оперативная группа американцев. Четыре авианосца, почти четыре сотни самолётов. Мы должны нанести удар первыми. Для этого потребуются все наши машины. Если истребители не взлетят вовремя, они будут уничтожены в ангарах. Начинаем, Эрих. Нам нужно во что бы то ни стало опередить американцев.

Войсковой конвой WS-18, крейсер "Онтарио"

– Адмирал, а что если всё пойдёт наперекосяк?

У капитана Чарльза Пови были все основания задать такой вопрос, безо всяких оговорок. Конвой WS-18 работал приманкой. По правде говоря, частью приманки. Основная масса выглядела как конвой PQ-17, более 250 транспортов. Но не только транспорты шли в его составе. Прямо в строю были линкоры "Аризона" и "Невада". Из-за небольшой скорости ордера можно было держать линкоры впереди. WS-18, по меркам грузовых перевозок, шёл довольно быстро. Пять лайнеров, сорок тысяч канадских солдат - достаточная причина поддерживать эскадренный ход в 25 узлов. Сложная цель даже для быстроходных лодок XXI серии. Но это означало, что линкоров в эскорте не будет, только крейсера и эсминцы.

– Разделимся, разумеется. Лайнеры продолжат путь, они всё равно быстрее линкоров. Затем мы берем "Квебек", эсминцы, и атакуем немецкий флот. Даём время лайнерам уйти. С божьей помощью, ничего худшего не случится. С авианосцами и самолётами янки на это можно рассчитывать.

Действительно, это была разумная надежда. Американцы двигали всю свою ударную группировку на немцев. Если всё пройдёт как задумано, если штурмовики и торпедоносцы найдут цель, немецкие корабли вообще никогда не увидят конвоев. Но даже в противном случае они сначала столкнутся с эскортом PQ-17. Конечно, пара старых линкоров не нанесёт немецким монстрам заметного урона, но они погибнут сражаясь и выигрывая время. Так же как и эскорт WS-18, если понадобится.

У "Онтарио" имелись собственные счёты. Он появился на свет как лёгкий крейсер "Кения" и ушёл в Канаду во время "Большого спасения". На британских верфях было заложено два однотипных корабля, но ни один не достроили до ходового состояния. Оригинальный "Онтарио" стоял на стапелях "Харланд&Вольф" и был уничтожен взрывом, чтобы не достаться немцам. У "Квебека" судьба сложилась более замысловато. Когда он достраивался на Тайнсайдской верфи "Виккерс-Армстронг", его захватили немцы. Они несколько дней шныряли по кораблю, а тем временем корабелы продолжали работу.

Потом немцы вытолкали всех взашей, видимо, собираясь отогнать корабль в Германию для достройки. Взяли на буксир и увели. Несколько часов спустя он утонул, да так, что поднять его вышло бы дороже, чем построить новый с нуля. Считалось, что причины остались неизвестными. Управляла им призовая команда, которая, скорее всего, и готовила его в выходу в море. По этому поводу прошло несколько трибуналов. Если верить слухам, заклёпки в листах обшивки под машинным отделением высверлили, замазали мылом и закрасили. Когда корабль спустили, мыло постепенно растворилось и он нахлебался воды. Но это были только слухи, конечно.

После этого Королевский флот предложил канадскому флоту в качестве замены "Кению" и "Фиджи" [126] . Канадцы согласились, тем более что у беглецов не хватало людей для комплектования экипажей. Но команда, принявшая корабль, сразу уловила необычную атмосферу горечи, как будто "Кения" помнила о несделанных делах. Под новым именем всё изменилось. Казалось, "Онтарио" не хочет возвращаться в порт. Пови лишь надеялся, что ему не придётся выходить на все немецкие линейные силы. Утопить несколько эсминцев или превратить в развалину крейсер - вот было бы хорошо. По крайней мере, "Онтарио" явно обрадуется.