Чтение онлайн

– "Висла"? Почему? Эта река протекает через Польшу, - поразился Рокингем такой нелепице.

– Немцы меняют названия своих армейских групп, когда их серьёзно потрепали, либо при разделении. Войну в России они начали с тремя группами армий, "Север", "Центр" и "Юг". Ближе к концу 41-го из группы армий "Север" выделили "Вислу", чтобы смести прибалтийские государства и Петроград. Остаток с прежним названием повернули на восток. Я думаю, что тогда Висла была самой близкой крупной рекой, а причины переименовать позже не придумали. Дальше на юге есть также группа армий "Дон". "Висла" содержит 9-ю и 11-ю танковые армии СС, 17 пехотных дивизий, одну горнострелковую и три дивизии панцергренадёров СС. Девятая довольно плохо оснащена, в отличие от одиннадцатой, но тем не менее это эсэсовцы.

– Если они настолько превосходят нас в численности, почему не нападают?
– спросил Рокингем, потрясённый таким соотношением.

– Сэр, это действительно должно быть очень заманчиво. У немцев 75 дивизий и 27 отдельных бригад, не развернутых на Волжском фронте. Из них в общей сложности 35 дивизий и три бригады дислоцируются здесь. Почти половина незадействованных сил. Смять нас и захватить Колу... после такого они спокойно смогут сдать дела финскому контингенту и высвободить силы для других задач. Если на Волжском фронте внезапно добавится тридцать дивизий, то весы качнутся в их сторону. Посмотрим на это вот с какой стороны. Войска немцев растянуты до предела. Они не могут снабжать больше, чем уже есть - как и мы. Вне России их ничтожно мало. Большая часть разных оккупационных сил это те самые "союзнические" подразделения, в основном румыны и словаки. А настоящие немецкие на самом деле отведены на отдых и пополнение после того, как получили в России по зубам.

Полковник Чарльз Лэмпир устало провёл по лицу руками.

– Целый континет просто истекает кровью.

Повисла мрачная тишина. У всех в головах крутилась одна и та же мысль, но они не смели поднять глаза, дабы не выдать её. А может, Галифакс прав? И перемирие было бы лучше, чем эта бесконечная резня? Канада напрягается из всех сил, чтобы поддерживать свою армию. Нам вскоре грозит истощение.

– И всё же, почему?

– На то три причины, сэр. Две военные и одна политическая. Первая из военных такова: ландшафт здесь состоит из сплошных оборонительных линий. Это лабиринт озер, рек, горных хребтов и болот. Что ни назови, найдётся здесь. Погода просто ужасная. Вы сами видели, как неуютно летать в этих краях, но и это не худшее. Подождите, пока не случится "белая тьма". Всё небо заполняется взвешенным снегом, и не видно, где горизонт. Просто попытаться взлететь уже смертельно опасно. Поэтому тут так удобно обороняться. Даже большое превосходство сил в пользу нападающего не поможет. В доступных для прохождения узостях наступление неизбежно развалится на тонкие ручейки, и подкрепления будут плестись далеко в хвосте. Всего ротой можно несколько дней сдерживать дивизию. А то и неделями, при необходимости. Когда её всё-таки сковырнут, другая давно наготове.

Это подводит нас ко второй военной причине. Авиация. В первую очередь американская. Она расстреливает всё что шевелится. И я действительно имею в виду всё. Если у вашей дивизии есть подвижная техника, проверьте, чтобы на ней были хорошо заметные опознавательные знаки, и молитесь всем богам. Штурмовики янки вообще любят пострелять, но хуже всего "Гризли". У них в носу 75-мм орудие с хорошей точностью, и они лупят издалека. Иногда, скажем так, не сильно присматриваясь, куда именно. Но! Как только войска противника упираются в оборонительные позиции, самолёты берутся за дело и разносят всё вдребезги. Видели бы вы западные подходы месяца полтора назад. Немцы попробовали устроить небольшое наступление, чтобы выровнять перед наступлением холодов линию фронта. Все хотят занять жильё получше для своих людей, отжав его у врага. В общем, фронт наступления оказался шириной в единственную проходимую дорогу. Несколько самоходок СУ-100 [56] и взвод пехоты её заблокировали, потом появились штурмовики и всё там раскатали. В основном "Тандерболты" и "Гризли", но присоединились даже несколько наших "Вилливо" [57] . Когда они улетели, на дороге остались только искорёженные обломки.

Отсюда следует, что нападение - дело в этих краях медленное и дорогое. Это относится к нам в той же степени, что и к противнику, но мы никуда не собираемся уходить. Немцы об этом не догадываются. На их взгляд, наше стратегическое положение таково, что мы можем нанести удар для окружения всего их северного фланга. Мы так не сделаем, но они держат здесь силы именно на подобный случай. Ландшафт на их стороне не настолько пересечённый, и для его защиты нужно больше войск.

Наконец третья причина, политическая. Финны хотят выйти из войны, сохранив независимость. Но то, как они до сих пор выворачивали суть событий, делают саму эту возможность более чем сомнительной. Мы с русскими играем в злого и доброго полицейских. Русские после победы хотят занять Финляндию и низвести до уровня обычной области, а если кому-то это не по нраву - Сибирь велика. Езжайте и живите там как хотите. Мы даём понять финнам, что можем отговорить русских. Но эффективность наших аргументов зависит от степени их собственной военной активности. Чем больше Финляндия участвует в боях против нас, тем меньше свободной территории у неё останется потом. Конечно, есть ещё немцы, убеждающие её, что намерены победить, и если Финляндия хочет уцелеть после войны и заслужить образ положительного героя, то должна быть на их стороне. Поэтому они сейчас как канатоходец. Честно говоря, я не уверен, есть ли у кого-то к ним хоть немного сочувствия. Когда мы только прибыли, всё что тут было - тихая зимняя войнушка с маленькой храброй Финляндией, но долго это не продлилось.

Главное затруднение и наша основная задача - сохранить данный участок фронта. Необходимо действовать с возможным минимумом активности и, соответственно, потерь. Вам известно, насколько чувствительны растянутые силы к потере боевого духа. Мы поддерживаем численность подразделений, но если количество убитых и раненых возрастёт, восполнить потери мы не сможем. А привлечь какие-нибудь части войск "Свободной Британии" не получится - они все выведены в резерв и обучаются десантным операциям для вторжения в метрополию. Если оно когда-нибудь произойдёт.

– Вы думаете, высадка будет?

– Лично я сомневаюсь. Нет, конечно, янки на месте не сидят. Обучили и оснастили шесть дивизий Корпуса морской пехоты, и планируют высадку во Франции. В их распоряжении силы королевской морской пехоты и разные другие части. Например, отряды для разведки зоны высадки, и прочие полезности. Они обеспечили обучение и технику для войск "Свободной Британии", но кое-что упустили. Если не отнестись к этому серьёзно, то получится худшая десантная операция после Галлиполи [58] .

– "Шесть дивизий" только звучит хорошо. Как мы видим, этого недостаточно даже для начала. Немцы владеют всеми линиями снабжения и легко подтянут войска. Мы не можем добраться до их железнодорожной системы, поэтому они способны перебросить подкрепления на запад без особых помех. Если они направят туда, например, 11-ю танковую армию СС, то раскатают морпехов прямо на пляже в тонкий блин. И при этом говорится о высадке во Франции? Зачем? Британия - вот крепость, охраняющая Европу от удара с запада. Это истина ещё со времён берберских пиратов. Её освобождение должно быть на первом месте. И уж это точно можно сделать в один мощный удар, не размазывая силы на два направления более чем через пол-Европы.

– Простите, генерал, но я уверен, что это показуха. На самом деле они не собираются высаживаться на западном побережье. Всё затеяно для того, чтобы заставить Германию удерживать войска во Франции и на острове. Иначе они направятся в Россию. Поэтому части "Свободной Британии" мы здесь не увидим. И я вынужден заметить, что по меньшей мере половина вашей работы будет именно политической. Мы должны поддерживать испуг у финнов ровно настолько, чтобы они сидели мышью под веником. Но не пережать, иначе они кинутся на нас как загнанная в угол крыса. Просто решив, что им нечего терять. Кроме того, наша сильная сторона в разведке. Она работает очень хорошо. Не спрашивайте как, но нас предупреждают о каждом шевелении немцев. Кто, где, когда, куда. Они согласовывают все перемещения по радио. Думаю, многое перехватывает норвежское сопротивление, и ещё больше - шведы.

– Я всегда считал, что шведы заодно с немцами.

– Так оно и есть. Ну или мы так думаем. Просто разведка это такая область... в ней многое не то, чем кажется. Существуют шведские добровольческие подразделения, сражающиеся против немцев. Одна из панцергренадёрских дивизий СС на треть состоит из шведов, поэтому я уверен, что надёжные разведданные приходят к нам именно из Стокгольма. Кажется невероятным, да? Похоже, шведы ведут потайную двойную игру. Немцы что-то подозревают, доказать ничего не могут, и им это не нравится.

Теперь про оснащение. У одной из наших танковых дивизий на вооружении последняя модель "Шермана" на улучшенной подвеске, с широкими гусеницами и 90-мм орудием [59] . У второй М-27 "Шеридан" [60] , с тем же орудием, но лучше бронированные. Они способны справиться с большинством вероятных целей, кроме немецких тяжёлых танков. Их здесь немного, в основном "Королевские тигры" [61] в районе Петрограда. У русских там ИС-3 [62] , он с ними без труда справляется. Всё-таки местность здесь не для танков. Броня тут выступает как поддержка, а не решающая сила. Пехота вооружена хуже, по сравнению с немцами. У них "Штурмгеверы", а мы до сих пор используем "Ли-Энфилд №4" [63] . Ещё у нас есть автоматы под усиленный патрон ТТ. Пулемёты - большей частью "Брены" против их MG08, но имеются "Виккерсы" водяного охлаждения. Эти на вес золота. В холоде и снегах они будут стрелять вечно. Лишь бы патроны были. Мы завозим через Мурманск и наши .303 и русские 7.62, эти патроны очень похожи, но несовместимы. Их легко перепутать. Однажды такое уже случилось, может случиться вновь. Вы же не хотите, чтобы один из наших батальонов в бою внезапно обнаружил, что в ящиках у них патроны к трёхлинейке.