Чтение онлайн

— А! Греджа.

Так началось изучение индонезийского языка.

Высадив у ворот протестантской церкви Джемаат Иммануэль, водитель денег не попросил, а мы не предложили. Вот и первый успешный опыт индонезийского автостопа.

В церкви шла репетиция церковного хора. Среди любителей пения нашелся знаток английского языка. К нему мы и обратились:

— Можно нам здесь переночевать?

— Пойду спрошу пастора. А вы ужинали?

На ужин нам пожарили бананы, а вот пастора найти не смогли. Проблему решили просто: устроили нас на одну ночь в ближайшем отеле.

Карты Индонезии не было. От школьных уроков географии я помнил только то, что первый большой остров на нашем пути — Суматра. Чтобы попасть туда, необходимо добраться до порта. Но их на Батаме целых три (это я выяснил еще в Сингапуре, когда покупал билеты на паром). Какой из них нам нужен?

Рядом притормозила легковушка.

— Проблемы?

— На Суматру нужно плыть. Но не знаем откуда.

— Садитесь, я вам помогу.

В порту выяснилось, что все паромы на Суматру ушли рано утром.

— Вы можете добраться на пароме до Селат-Паджанга, а там сразу сесть на судно до Пеканбару, — хэлперы обступили со всех сторон, пытаясь навязать нам свои билеты.

В порту, как назло, ни одной, даже самой примитивной карты Индонезии не было. Пришлось поверить на слово.

На «Комете» мы за пару часов домчались до Селат-Паджанга. Там уже стояла под погрузкой древняя деревянная посудина. Места нам достались спальные. И всю ночь мы плыли, лежа в деревянных отсеках размером с холодильник. Утром пристали в порту Пеканбару. Но на каком острове?

Зашли в ближайшую церковь (все протестантские церкви Индонезии входят в объединение, обозначаемое аббревиатурой НКБП). Пастор, на наше счастье, оказался англоязычный. Посмотрев у него карту Индонезии, я наконец-то убедился, что мы действительно находимся на Суматре. Причем не на берегу, а в самом центре! Оказывается, полночи на судне мы плыли вверх по реке. Пользуясь возможностью, я переписал в записную книжку последовательность населенных пунктов, через которые проходит трасса на Джакарту. Будем хоть знать, куда проситься.

К вечеру на грузовике подъезжали к Солоку. Всю дорогу я объяснял шоферу, что мы люди безденежные, поэтому и едем автостопом. И что? Высадил он нас прямо напротив дорогого интуристовского отеля.

На отель мы даже не взглянули, сразу пошли на выход из города. По пути нам попалась ярко освещенная двухэтажная мечеть. На втором этаже (вернее, это был очень широкий балкон, идущий по всему периметру) шли занятия с детьми. Родители тусовались на улице, ожидая, когда можно будет забрать своих чад домой.

— А можно ли нам у вас переночевать? — Своим вопросом я вызвал смятение среди прихожан.

Мнения разделились: одни считали, что мы можем остаться спать прямо в мечети, другие возражали. Переводчицей выступала Нурсанти — студентка с факультета иностранных языков местного университета. Проблема была в том, что имама, который и должен устанавливать порядки, в мечети не было. Пришлось сторожу брать ответственность на себя.

— Вы можете остаться спать здесь, — заключил он, а прихожане шумно его поддержали.

Вскоре нас разбудили. Среди уже известных лиц появился еще один персонаж — серьезный бородатый мужик.

— Приехал мулла и сказал, что в мечети вам спать нельзя, — Нурсанти ввела меня в курс дела. — Вы нас извините, но вам придется встать. Мы перевезем вас в другое место.

Нас отвезли в какое-то пустующее офисное здание, где мы и провели остаток ночи.

Пару раз мы подъезжали на пикапах и легковушках, но все же больше рассчитывали на грузовики. Вечер застал нас в Банко. Мы попытались и оттуда уехать, но к нам прицепился полицейский, навязчиво пытавшийся посадить на автобус. Объяснить, что у нас на это нет денег, не удалось. Пришлось сделать вид, что мы специально приехали из России для того, чтобы посетить такой замечательный индонезийский городок, к великому нашему сожалению, не отмеченный ни на одной туристической карте и не описанный в путеводителях.

В Банко мы все мечети обходили стороной.

— Не подскажете, как мне найти христианскую церковь? — спросил я прохожего.

Он испепелил меня взглядом.

— Да вы что! Это же мусульманский город!

Наверное, так же после 11 сентября реагировали бы жители Нью-Йорка на иностранца, спрашивающего, как пройти в мечеть.

Может, в Банко на самом деле нет христиан? Мы настроились на ночлег под открытым небом и пошли на выезд из города. И совершенно случайно я увидел на склоне холма кладбище с крестами. Значит, здесь должна быть и церковь! И уже с новыми силами я продолжил опрос местного населения. После того как десять человек подряд заверили, что в городе живут только мусульмане, мой энтузиазм заметно охладел. Но я упорно продолжал приставать с расспросами. И моя настойчивость была вознаграждена. Интеллигентный мужик в очках, к тому же говоривший по-английски (возможно, и христианин), подтвердил:

— Действительно, у нас на окраине города есть одна маленькая церквушка, — он показал нам направление.

Церковь спряталась в коротком узком переулке, между пожарной частью и… мечетью. Нашли мы ее с огромным трудом. Но, когда постучали в дверь пасторского дома, не пришлось ничего объяснять. Христиане, живущие в меньшинстве в мусульманском окружении, относятся к единоверцам, как в первые века христианства, как к своим братьям и сестрам.

Вечером к пастору Ангжиату Пурбе на регулярную встречу по изучению Библии собралась группа прихожан — почему-то только мужчины. Я попытался выяснить:

— Какая у вас церковь?

— НРКБ.

— А она католическая или протестантская?

Прихожане посмотрели с таким удивлением, что возникло неприятное ощущение, будто они впервые услышали о том, что не все христиане братья и сестры (а уж если бы я сообщил о том, как в Ольстере протестанты и католики друг друга готовы удушить голыми руками, то это наверняка расценили бы, как злостную клевету). О том, что мы попали в протестантскую, а конкретнее — в лютеранскую церковь, мы узнали только на следующее утро от пастора.

Автостоп на Суматре оказался занятием очень утомительным. Как и в Китае, нам не давали подолгу стоять на одном месте. Но не потому, что быстро увозили. Местные жители из окрестных домов собирались вокруг и помогали нам «остановить автобус». Все водители легковых машин рассчитывали, что мы заплатим за проезд. Я пытался объяснить, что у нас нет денег. Но мне не верили! Как же так?! Европейцы, и без денег! Приходилось рассказывать легенду о том, что нас якобы обворовали. Но и это мало помогало!