Чтение онлайн

– Всё. Это твой дом, милая,- это последнее, что он сказал.

А потом всё: дорожка из сорванной одежды протянулась от холла до кровати. Такой страсти я не ожидала и даже подумала:

– А были ли у него в последнее время отношения с женщинами. Усольцев, как безумный набросился на меня. И, если честно, то я не сильно от него отставала. Но у меня- то никого не было!

Когда я услышала свои крики, то сначала испугалась, а Усольцев прорычал:

– Не сдерживайся.

Мы не давали друг другу вздохнуть, хватали руками за что придётся. Какие ласки, какие поглаживания? Первый раз было грубо и быстро, второй чуть мягче и медленнее и только на третий раз мы немного отдышались и начали всё делать растягивая удовольствие, почти танец телами, почти песня стонами, улетели вместе, вернулись и уснули, переплетённым клубком рук-ног-волос- урчаний- вздохов.

А под утро всё сначала.

– Ты эти полгода жил в монашестве, Усольцев?

Он хохотнул и прижал меня к себе.

– Это всё ты виновата.

– Ну конечно, кто же ещё?- я погладила его по груди.
– Я соскучилась.

Улыбка коснулась его губ, а тёплая ласка прозвучала в голосе.

– Сама виновата. Зачем ты шугалась от меня, как от прокажённого? Могли всё решить в тот же день вечером, если бы ты не умотала. Или через день, да и потом... Я никогда и никого так не добивался. Ты моя роковая женщина.

– Всё это красиво звучит, только как же Даша, Рита и прочие?

Настроение снова испортилось, и я прикрыла глаза, погружаясь в дремоту.

– Лар? Посмотри на меня,- он навис надо мной.- Открой глаза.

– Я посплю. Можно?

Усольцев затащил меня на себя, посадил и тряхнул за плечи, прогоняя остатки сон и заставляя выслушать:

– Ты отомщена. Даже не представляешь, что я чувствовал, когда ты ушла, когда я первые недели следил за тобой издалека, сидя в машине или просто идя следом, потому что не хотел, чтобы ты видела меня и снова спряталась так, что фиг найдёшь. Это ты умеешь. А Жак, а Павел? Я тебя ломал? Да это ты перекроила меня на свой манер!

Я смотрела во все глаза на Алекса. Не может быть, чтобы это было правдой!

– Это правда?

– Всё до последнего слова.

3.

Мы снова были вместе. Для тех, кто знал нас раньше, внешне не изменилось ничего, а вот для нас двоих стало всё иначе. Алекс стал другим: мягче, заботливей, чаще говорил ласковые слова и смотрел влюблёнными глазами.

А я, немного напуганная его чувствами, стала чуть требовательней. Как будто боялась расслабиться и снова довериться ему полностью не только телом, но и душой. Отголоски старых обид жили и подпитывали друг друга. Потому что так было. Стоило мне потерять бдительность, расслабиться, как всё летело вверх тормашками. И чем больше доверия, тем больнее удар. Как бы странно это не звучала, но проанализировав свою жизнь, я видела подтверждение этому тезису.

***

– Через три дня у Сони день рождения. Ты приглашён. Идёшь вместе со мной или у тебя "командировка",- не утерпела я и вставила шпильку. Бесконечные отговорки Усольцева, если дело касалось моих друзей и родственников обижали меня и раньше, хоть я и не акцентировала на этом внимание. Я понимала, что он устаёт и с удовольствием бы "провёл вечер у телевизора", но.... когда надо ему, то я расправляла плечи и старалась выглядеть по максимуму, потому что: во-первых девушка Усольцева не может выглядеть замухрышкой, а во-вторых он не может, ну вот просто никак, появиться один. А в третьих- его встречи- это для дела и они суперважные.

А вот мне быть одной -это нормально, и мои встречи- это посиделки.

Алекс уловил задиристое недовольство в моём голосе и поостерёгся сразу говорить "нет".

– Постараюсь,- пробубнил он.

На следующий день я прошлась по магазинам и купила Соне подарок- комплект дорогой бижутерии: колье, серьги и браслет. А потом, не желая делать приятное Усольцеву, потому что он мне за целый день ни разу не позвонил, поехала к подружке домой. Поболтать.

Пётр, Сонин парень, встретил меня в прихожей, помог раздеться и провёл в гостиную. Он был отлично сложен, плечист, полон энергии и просто заражал своим оптимизмом и весельем. Пётр работал в сфере информационных технологий и обожал альпинизм. Его частые отлучки , то в командировки , то в горы, были постоянной причиной размолвок между ними, одновременно поддерживая в них "огонь любви".

Сонька появилась в домашней пижаме, поцеловала меня и отправила Петра на кухню:

– Организуй нам чаёк, Петь.

И парень с радостью направился туда, куда его послали.

– Опять поссорились?- обеспокоенно спросила Соня.

– Нет. Я решила, что ему пора отдохнуть от меня.

– Лара, ты опять в занозу лезешь?

Я вздохнула и с виноватой улыбкой глянула в сторону всё понимающей подружки.

– Ну, если только чуть-чуть. Мне порой кажется, что наши отношения какие-то неправильные. После очередной ссоры я даю себе обещание любить его не больше, чем себя, а через некоторое время всё идёт по-накатанному. Сначала он, потом я. Это неправильно.

– Ты преувеличиваешь. Любому дураку ясно, что он без ума от тебя. Ты просто не замечаешь или по инерции мышления обвиняешь Алекса во всех грехах. Лар, это что-то сродни комплексам.

– Да ну тебя. Я просто ... предусмотрительно подстилаю под себя соломку, на всякий случай.

Ровно в девять часов вечера Усольцев не выдержал и позвонил.

– Нравится, когда я психую?- начал он с места и в карьер.- Ты где?

– У Сони,- ответила, я как можно спокойнее, и сделала страшное лицо в сторону подружки.

– Сиди и жди, сейчас подъеду,- сердито прозвучало в ответ.

– Не надо, я вызову такси. Скоро приеду.

– Ты специально меня провоцируешь или как?- прорычал в трубку Алекс.- Жди.

По моему лицу всё можно было прочитать, и Сонька ехидно рассмеялась.

Петя принёс нам чаёк, чем заслужил Сонькин поцелуй, а я вздохнув, глупо захихикала, потому что представила на месте Петра Алекса. Вам тоже стало смешно? Вот-вот. А Соня говорит о каких-то комплексах.

Получив короткое смс:

– Спускайся,- я расцеловалась с Соней и Петей и, спустившись на лифте, вышла в зиму, свет фонарей отражался от снега и микроскопические радуги от ледяных крупинок, делали двор чуть волшебным. Вдали несколько раз мигнули фары, и я отправилась в ту сторону.

– Мог бы встретить,- буркнула себе под нос, но в машину забралась молча и даже улыбнулась. На моё сердечное приветствие:

– Привет,- ответили косым взглядом.

4.

– Фёдорова к начальству,- голос секретаря был глухим и нейтральным.

– Что ещё?- подумала я и сунула правую ногу в туфельку, которую сняла, потому что она мне откровенно была тесна. Новые туфли- это новые туфли. И об этом надо было думать дома, а не совать их впопыхах поутру в пакет. Утром Усольцев, нетерпеливо притопывая в холле, не давал мне собраться в нормальном темпе и при этом ещё мог и прикрикнуть. Это становилось правилом, а я никак не могла снова привыкнуть к его спешке. Пока ещё я терпела, потому что слишком мало времени прошло со дня нашего примирения, но чувствовала, что это ненадолго. Вот завтра он может вполне получить. Сегодня моё настроение с самого утра не заладилось, а теперь меня пригласила Алла Васильевна Сивушкина. Высокая, жилистая, похожая на мужика женщина, тем не менее, была ухожена, тёмные волосы модно и эффектно подстрижены ,а лицо в нужных местах было подкачено ботоксом, умом её Бог тоже не обидел, так же как коварством и беспардонной напористостью. Я про себя звала её кикоморой.