Чтение онлайн

И вот тут…

Павел нагнулся ближе ко мне и зашептал. В глазах появился дьявольский блеск.

– Тут с моей Надеждой случилась жуткая вещь. Жуткая – с точки зрения общечеловеческой морали, но в тот момент ей казалось, что ничего аморального в этом маленьком желании нет. Год или два назад она пришла бы в ужас от одного лишь предположения, но только не в тот дурацкий день.

Она поймала себя на мысли, что ей хочется, чтобы с ним что-нибудь случилось. Пусть он попадет в какое-нибудь ДТП. Перепутает поворот и свалится в пропасть. Пусть он поскользнется в ванной комнате на куске мыла, оброненном старшим ребенком, и разобьет себе башку о край раковины. Пусть он шагнет вперед, не убедившись, что кабина лифта перед ним, и свалится в шахту с высоты девятого этажа. Пусть его убьет грабитель из-за пустого бумажника. Зарежет маньяк. Пусть он подавится апельсиновой коркой, доведет себя до истощения каждодневной трехкратной мастурбацией, умрет от передозировки снотворного, наступит на ржавый гвоздь…

Пусть он сдохнет. Исчезнет. Навсегда исчезнет из этого мира!!! Нет возлюбленного – нет ревности. Нет любви – нет боли. Конечно, она будет оплакивать его, страдать, скучать, но боль потери рано или поздно утихнет, останется лишь светлая грусть. Зато уж точно не будет этого ужасающего, разъедающего душу чувства поражения, нанесенного соперницей. Спору нет, тяжело терять любимого человека, но втрое тяжелее при этом отдавать его кому-то, ведь ты не уходишь с поля боя с гордо поднятой головой – ты уползаешь, поджав хвост, как щенок, получивший сапогом.

Так что пусть он…

…пусть его не станет.

Рыжий немного помолчал. Послушал сообщение диктора о скором прибытии поезда из Новосибирска. Покачал головой. Продолжил:

– Да, она была верующей женщиной. Не сказать, чтобы уж очень набожной – за молитвами и соблюдением поста я ее не заставал – но достаточно щепетильной в вопросах морали. Однако, знаешь, в тот ужасный день крестик, висящий на шее, не обжигал, не въедался в кожу. Нравственность потеряла сознание. Пусть его не станет, черт возьми, пусть никогда больше его не будет в этом мире!

К семи часам вечера она выпила всю бутылку шампанского и, уже не стесняясь, придумывала, какие страшные муки испытывает на смертном одре ее возлюбленный, и как легко и свободно заживет она без него, этого ублюдочного эгоиста…

Павел посмотрел на часы, вздохнул. Оглядел стол, будто боялся забыть что-нибудь из личных вещей.

– Ты уже уходишь? – спросил я.

– Да, мне пора.

Он суетился, это было очевидно. А может, просто так сильно расчувствовался от своего собственного рассказа. Это навело меня на мысль.

– Подожди. – Я ухватил его за запястье. Он замер. – Чем закончилась история? Ты все-таки приехал к ней?

Рыжий посмотрел на меня оценивающе, с хитрым прищуром. Я отнюдь не застал его врасплох.

– Приехал. В десять вечера. К тому моменту Надюха уже выспалась и пришла в себя, убрала со стола, собиралась принять душ и лечь спать.

Я едва сдерживал смех.

– И где ты шлялся?

– Попал в ДТП. Отвез жену и детей к матери в деревню, а на обратном пути пошел дождь, я не справился с управлением и свалился в кювет. Хорошо что скорость была не очень большой, я как раз маневрировал, иначе бы не доехал вообще никуда. Надежда наколдовала. У ненависти огромный потенциал, а оскорбленная женщина пропитана ненавистью как губка… Пока ждал ментов, искал трактор, пока меня вытаскивали да буксировали до ближайшей станции техобслуживания, прошел целый день. Телефон сначала не работал, а потом я уже просто трусил. Чем больше тянешь, тем страшнее прыгать. Притащился к ней грязный, мокрый, холодный, голодный, злой. Но она отогрела, отмыла, накормила.

Рыжий шмыгнул носом. Я подумал, что он плачет, но ошибся: Павел смотрел в окно сосредоточенно и задумчиво.

– Что было дальше?

– Ничего особенного. Я быстренько трахнул ее и уехал домой.

– И все?

– И все.

– Она тебя простила?

Он пожал плечами. Кажется, этот вопрос не входил в число животрепещущих.

– Я не знаю, мы больше не встречались. Она прислала смс с прощанием, а я не стал больше ничего выяснять. Зачем? Она ведь права.

Он стал собираться. Смел со стола монетки сдачи, принесенной официанткой. Проверил содержимое карманов и бумажника. Мысленно он находился уже не здесь. И даже не с Надеждой, а вообще Бог знает где.

Но напоследок все-таки вернулся ко мне, и как прапорщик, благополучно посадивший дембеля на автобус, озвучил последнюю нотацию:

– Ты подумай насчет своей возлюбленной. Обязательно подумай. Имеет ли смысл все время дожидаться призрака, который покинет тебя с восходом солнца? Нет любви – нет боли, приятель. Нет боли.

Он утер салфеткой губы и протянул руку для прощания.

– Приятно было пообщаться, странник.

– Взаимно. С наступающим!

– И тебя – с новым счастьем…

Рыжий Павел (или Георгий, как его там на самом деле) улыбнулся одними губами и покинул столик, со скрипом отодвинув алюминиевый стул. Я понятия не имел, откуда и куда он ехал, что у него в этом Омске – еще одна женщина, ожидающая призрака, или просто он бежит от себя самого...

Поезд с первой платформы тоже уплыл в неизвестном направлении. Я смотрел на осиротевшие рельсы. Скоро их припорошит снегом. Кажется, мороз слабеет.

Кутепов сказал: зачем дожидаться Призрака, который покинет тебя утром с первыми лучами солнца и криком петуха?

Я не знаю.

С возрастом все чаще произносишь эту фразу. В юности и молодости она звучала реже. Тогда ты все больше хотел казаться мудрым и наполненным знаниями, краснел, пыхтел и тужился, как роженица, пытаясь во что бы то ни стало отыскать ответ на вопрос, вызвавший у тебя затруднения. И ты обязательно лопотал что-нибудь в ответ, любую чушь, обернутую в бессмысленные словеса, лишь бы не упасть лицом в грязь. Школярский рефлекс: нельзя отвечать на вопрос учителя «не знаю », потому что получишь двойку.

«За что Герасим утопил Муму?» – Не знаю. – Двойка!

«Катерина – луч света в темном царстве?» – Не уверен. – Двойка!

Вот так со временем и выхолащивается способность сомневаться, колебаться и искать ответы внутри себя. Ответ "не знаю" недопустим! Не знаешь – посмотри в учебнике, параграф такой-то, страница такая-то, там все написано… Но когда тебе под сорок, ты понимаешь, что действительно можешь не знать ответа. И если мозгов достаточно, ты не станешь этого стесняться.

Я не знаю, зачем я ее все время жду. Она уходит, а я жду возвращения. Наверно, мне хочется узнать, чем все закончится. Тем более что началось все по нынешним временам банальнее некуда.

Она прислала мне письмо по электронной почте с требуемой конфигурацией. Ничего необычного – пять системных блоков, пять мониторов семнадцатой диагонали, кабели, клавиатуры, мыши, блоки, разъемы… Подпись: «С уважением, менеджер, долгие лета, ждем с нетерпением». Сразу под подписью – контакты для связи. Среди них стоял и номер аськи. Я приготовил заказ, но не стал отправлять ответное письмо с извещением о готовности, а написал по указанному номеру ICQ. Не люблю я эти длинные портянки писем, в аське проще.