Волчица лунного князя
Шрифт:
Пью и ем, и удивляюсь, как много места занимает Ариан в моих мыслях, хотя, кажется, пора присматривать женихов…
Ем и пью. Улыбаюсь тостам. И полоса восприятия начинает прерываться. То я снова сижу и что-то пробую, то перекрикиваюсь через стол с правящим семейством. Во время такой переклички и узнаю, что в честь послов пируют уже три дня.
— А перерыв на сон?! — спрашиваю я сквозь грохот барабанов.
Амат указывает кубком в сторону. Оглядываюсь: некоторые гости спят, уткнувшись лбами в столы.
Обалдеть! Я бы так не смогла.
Впрочем, скоро оказывается, что очень даже могу: со стола меня поднимает блондинка в белом платье. С другой стороны подхватывает рыженькая. Смутно осознаю, что барабаны больше не гудят, и гостей за столом почти нет. Слуги прибирают посуду.
— Пир окончен. — Блондинка очень вовремя меня поддерживает, спасая от падения.
— Что, три дня… достаточно? — бормочу я, цепляясь за неё.
— Длиннее будет только на заключение договоров и вашу свадьбу, — «радует» меня белокурая спутница.
Тут, конечно, ребята хлебосольные, но по нескольку дней не покидать пир — моя фигура такого не выдержит.
Плетусь по красной дорожке, по коридору. Вдруг соображаю, что Ариана не видно. Сердце пускается в бешеный галоп: неужели принял чьё-нибудь предложение? Оглядываюсь, сильнее опираясь на рыженькую: Ариан идёт следом. И вид такой грозный, что сразу понятно, почему меня сопровождают девушки, а не будущие женихи, что было бы в общем логичнее…
С трудом переставляя ноги, пытаюсь определить, есть ли логика в поступках Ариана: с одной стороны, таскать меня по стаям надо как приманку для убийцы. С другой… Наверное, его желание совместить полезное с приятным тоже логично. Только почему он не задумывается о том, что мне больно или о том, что я могу отомстить? Не сейчас, но со временем найти способ… сдаться спецслужбам, например.
Поворачиваюсь к мохнатой бесчувственной морде и заявляю:
— Обиженные женщины страшны в своём гневе.
— Знаю, — бросает он.
— Ты хладнокровный, бесчувственный… — даже удивительно, сколько длинных слов получается выговорить заплетающимся языком. — Терпеть тебя не могу.
— Но придётся.
— Я тебя ненавижу, ты…
Мою обличительную тираду прерывает заход в светлую гостиную, но толком оглядеться успеваю лишь в спальне, когда меня кладут на кровать и начинают споро освобождать от туфель и платья.
Так вот, спальню мне выделили серебряную без колонн, с ассиметрично вогнутым потолком. Если бы всё покрасили коричневым или серым, можно было бы решить, что я лежу в пещере. Понизу волнистой стены тянется рельефное изображение охоты волков на оленей.
Меня заставляют сесть, чтобы окончательно стянуть платье, снова укладывают, закутывают одеялом. Я скольжу мутным взглядом по мощным телам рельефных волков.
— Одолжи телефон ненадолго, — просит Ариан.
Скашиваю взгляд: он заглядывает в лицо блондинки. Рыженькая стоит в дверях.
— Да, конечно, воин, — улыбается блондинка. — Сейчас принесу. И, кстати, на этом сладкие предложения не закончатся.
— Спасибо за предупреждение, на всякий случай я вовсе откажусь от сладкого.
Блондинка опускается на колени и порывисто его обнимает. Да что она себе позволяет! Сажусь на постели. Оборотниха что-то бормочет на мохнатое ухо.
— Велислава как всегда бодра, — отзывается Ариан. — Ничуть не изменилась.
— Надеюсь, ты передашь ей от меня привет.
— Конечно.
Блондинка исчезает в дверном проёме вслед за рыженькой. А я снова валюсь на постель и складываю руки на груди. В этот момент я Ариана действительно ненавижу.
— А ты можешь узнать, действительно Васю отпустили или нет? — глухо спрашиваю я.
— Отпустили. Он же не рядовой оборотень, а сын вождя. Даже подарок какой-нибудь пришлют в знак извинения за излишнюю грубость.
— Жаль, что он не с нами.
— Тамара, если ты надеешься разговорами о Васе вызвать мою ревность, даже не пытайся: я знаю, что он тебя не возбуждает.
— И он знает?
— Конечно. Просто не опускает лапы.
— Ненавижу тебя, — глухо повторяю я.
Ариан молчит. Через некоторое время в неестественной тишине комнаты раздаётся звук открывающейся и закрывающейся двери.
— Спасибо. Завтра верну.
— Да, конечно, — отвечает блондинка.
Снова открывается и закрывается дверь. Зло смотрю в потолок и вздрагиваю, когда Ариан запрыгивает на кровать в человеческом виде. В руках у него розовый смартфон.
— Я в Сумеречный мир на пять минут, постарайся не делать глупостей.
— Если сомневаешься во мне, зачем рискуешь, оставляя одну?
— Надо, чтобы нам пригнали машину. Больше никаких пеших прогулок.
Он исчезает в клубах тумана. И хотя меня сразу охватывает страх, глаза закрываются. Я борюсь со сном, пытаюсь разомкнуть отяжелевшие веки, но только когда Ариан обхватывает меня сильной рукой, наконец засыпаю.
Утренняя тишина дома-холма просто изумительна: никогда ни в одном земном доме и местных домах не ощущала такой всепоглощающей тишины. Проходя по коридорам, наслаждаюсь умиротворением. Жаль, у нас на земле не строят таких домов, где каждая комната — будто отдельный мир.
По совету приставленной ко мне служанки и в принесённом ею белом купальнике иду в бассейн. Он оформлен, как подземное озеро с вкраплениями сияющих кристаллов в потолке. Сбросив махровый халат, с удовольствием погружаюсь в прозрачную до голубизны воду. Поплавать — самое то, чтобы прийти в себя после вчерашнего мероприятия. Даже представлять не хочу, как чувствуют себя те, кто праздновал прибытие посла все три дня непрерывного пира.
Из звуков — лишь тихо плескание воды под моими руками. Ариан в позе сфинкса ложится на «берегу» и наблюдает за мной, то и дело подёргивает ушами.
Дверь отворяется, и в пещеру-бассейн входит дракон в золотом халате и золотых же плавках, не облегающих, а с «хоботом» для хозяйства. От смеха на мгновение перестаю грести и погружаюсь под воду. Отталкиваюсь от выложенного камушками дна и снова раскидываю руки на поверхности, балансирую. Разворачиваюсь спиной к дракону и продолжаю заплыв, стараясь не смеяться.
В самом деле, он хотя бы в плавках пришёл.
Сзади раздаётся всплеск. Ариан подскакивает, настороженно смотрит туда, где плывёт, явно ко мне приближаясь, дракон.