Чтение онлайн

–  Ты будешь учить меня летать?

–  Нет, - медленно ответил он.
– Ты научишься это делать, когда-нибудь, но не от меня, и не сегодня.

Видимо, на ее лице отразилось разочарование, поскольку он, как ни странно, объяснил причину.

–  Я послал за sepana autanat, – сказал ей Ветроволк.
– Но должны быть сделаны приготовления, а это отнимает время.

–  За кем?

–  Он учит детей клана магии, - он сделал паузу, подыскивая английское слово.
– Учитель.

–  Ох, - у Тинкер в ее жизни было настолько мало учителей, что мысль о том, что абсолютно незнакомый человек будет ее учить, внушала ей тревогу.
– Разве ты не можешь учить меня сам?

–  Я хотел бы, но есть некоторые вещи из ранних уроков, которые я не помню. И еще было много глупых обучающих игр, в которые мы играли, и даже сейчас я не понимаю, зачем мы это делали. Я подозреваю, что они предназначались для обучения концентрации и контролю.

–  Что за игры?

Он смущенно улыбнулся.
– Ты будешь смеяться, - он встал, выпрямил плечи и закрыл глаза. Вдохнув, он поднял руки к голове, с закрытыми глазами, вывернул пальцы, как ветви дерева, колыхающиеся на ветру.
– Дерево железное высокое стоит, - затем Ветроволк слегка опустил свои руки, так что его большие пальцы находились у его ушей, и взмахнул руками.
– Высоко над ним госсамер летит, - на этот раз он поднес кисти к носу.
– На флейте музыкант играет. Кухарка смотрит, как фрукты созревают, - он свел указательные пальцы вместе.
– Кругами все пчела летает, - он крутанулся на месте три раза.
– Да, да, да, да, да.

Он хлопнул пять раз в ладоши и начал песню заново, в более быстром темпе, а затем опять, еще быстрее. Ветроволк был прав; сама того не желая, она начала хихикать. Он был по-королевски красив, однако специально пел детским голосом, когда двигал пальцами, крутился на месте, и хлопал в ладоши. После третьего повтора, он, смеясь, рухнул рядом с ней.
– Вот так, тебе необходимо делать это быстрее и быстрее, пока у тебя не закружится голова.

–  А чему должно учить это упражнение?

–  Я не знаю, - он лег на теплый капот и стал смотреть на облака, плывущие над головой, и размышлять.
– Я думаю, оно учит контролировать пространство вокруг твоего тела, независимо от того, что ты делаешь. Это очень важно в контроле над магией. Тебе очень многому надо научиться, и не все из этого имеет отношение к контролю над ветрами.

Тинкер усмехнулась от этого преуменьшения.
– Я думала, что многое знаю об эльфах, о кланах и обо всем, но я прихожу к выводу, что ничего не знаю вообще. Так же, как я не знала о том, что у каждого клана свои заклинания.

Ветроволк секунду смотрел на нее, в уголках глаз появилась печаль.
– Да, тебе еще столько нужно узнать. Я думаю, экскурс в историю не повредит, и, возможно, поможет лучше понять наш народ.

Тинкер уже получила долгий урок истории от Тулу, но та стремилась исказить все в своем неповторимом взгляде на вещи.
– Да, это может помочь.

–  Вначале все эльфы были во многом подобны людям, что подтверждается фактом, что мы до сих пор можем скрещиваться, - начал Ветроволк.
– Возможно… есть вероятность… что первые эльфы были людьми, заблудившимися, когда они прошли через врата с Земли на Эльфдом… или возможно, люди - это заблудившиеся эльфы. Мы были рассеянными тут и там племенами, и в тех местах, где мы жили, мы пользовались той магией, которая была сильнее. Тогда магия считалась священной и те, кто мог использовать магию, были нашими священниками, а также первыми предводителями наших кланов.

Это отличалось от того, что рассказывала ей Тулу, по крайней мере, по духу, если не по сути.

–  Я не понимаю, - уточнила Тинкер.
– Я думала, вся магия - это одно. Просто общая сила, направленная механикой заклинания.

–  И да, и нет. Заклинания клана Ветра совершенствовались тысячелетиями, но основаны они на определенных природных свойствах. Согласно легендам, клан Ветра возник на высокогорных степях. В течение многих поколений свободнорожденные племена использовали свой вид магии и медленно менялись под его воздействием. Вот как появился генетический отпечаток, который является ключом для тех или иных камней.

–  Но разве не клан Кожи собрал все эти племена вместе и принудил их стать одним народом?

–  Они пытались. Когда они покоряли племя, они делали все, чтобы стереть его культуру. Сжигали храмы. Убивали вождей, ученых и священников. Клан Кожи был безжалостен, но мы не были полностью беззащитны. Нам удалось спрятать некоторых наших священников, и скрывать их столетиями. Мы создали тайные общества, которые развились в кланы. Будучи рабами, единственное, что мы могли назвать своим, были наши жизни, наша честь и наша клятва защищать и служить. Но это оказалось достаточно сильным оружием, чтобы свергнуть клан Кожи.

–  То есть… поскольку все должно было храниться в тайне… различные церемонии, к примеру, свадьбы, оказались под запретом?
– если так, тогда отсутствие «замужества» за Ветроволком приобретало намного больший смысл.

–  Да, мы не могли раскрывать себя. Простые слова, произнесенные шепотом двумя людьми, было единственное, чему мы могли доверять.

–  Но как домана стали править?

–  Вожди кланов осознали, что единственный путь победить клан Кожи - это использовать их величайшую силу против них самих. Когда члены клана Кожи стали бессмертными, они приказали убить всех своих незаконнорожденных детей. Мы начали прятать здоровых младенцев, принося вместо них мертворожденных и изуродованных. Клан защищал их, чтобы они могли защитить клан.

Эти события в версии, рассказанной Тулу, выглядели не так благородно, и не имели такого оттенка отчаяния. Быстрый Клинок, прадед Ветроволка, был одним из тех детей, которые были спрятаны, и погибли, сражаясь за свободу принявшего их клана.

–  После того, как мы победили в войне с кланом Кожи, мы пережили тысячу лет междоусобной войны. Клан против клана. Каста против касты. Эльф против эльфа. Мы столько лет жили в рабстве, что просто не знали, как нужно жить свободными. Именно секаша удержали нас вместе - именно они потребовали, чтобы поддерживалась клановая структура, когда другие касты с большей охотой отказались бы от нее.

–  А я думала, что единство кланов удерживается кастой домана .

–  Другие касты боялись, что мы станем жестокими чудовищами, как наши предки. Секаша охраняют нас - от вреда и от самих себя. Не один домана был убит его собственной Рукой.

–  Почему же секаша пожелали, чтобы правили домана , вместо того, чтобы самим взять власть?

Было похоже, что Ветроволк никогда не задавался над этим вопросом. Он нахмурился, и на минуту задумался.

–  Я точно не знаю. Так они захотели. Возможно, это связано с тем, что только домана имеют доступ к магическим камням, и выбор секаша был ограничен тремя вариантами: привести к власти домана , уничтожить все камни, или убить всех домана . Поскольку они, прежде всего, - секаша , они отчаянно преданы своим кланам. Такова их природа. И поэтому, ослабление своего клана - против их природы.