Чтение онлайн

В ресторане было весьма многолюдно — восемь утра, самое время для завтрака, если планируешь успеть на тренировку или пораньше выбрать трассы на сегодня (в Вальдхаусе, помимо спортсменов ФГС, было довольно много туристов). Все столики были заняты. Отто шел к тому пятачку в центре зала, где были расставлены все продукты для завтрака. Хозяева «Вальдхауса» понимали, что для профессиональных спортсменов недостаточно было так называемого «континентального завтрака», состоящего из тостов, яичницы и нескольких сортов колбасы, масла и сыра. Тут можно было хорошенько заправиться мясом, разными сортами сытных каш и сотней видов выпечки. К тому же, тут знали толк в кофе, а кофе Ромингер очень любил.

Он лавировал между столиками, не замечая, что за ним, по обыкновению, следят взглядами многие из посетителей ресторана. Как обычно, небрежная грация походки, роскошная светлая грива, вызывающая красота приковывали больше внимания, чем ему бы хотелось, но на этот раз дело было в другом. Ресторан загудел как взволнованный улей, когда люди начали бурно обсуждать друг с другом сплетню о вчерашнем скандале в лобби. Отто полагал, что последствия в виде сплетен и разговоров неизбежны, но недооценил их масштаб. Теперь ему предстояло точно понять и оценить размер бедствия.

— О, смотри-ка, явление, скоблит, герой-жеребец собственной персоной, — сказал избыточно ушлый Руди Даль, зам Брума по финансовым вопросам, сидящий за одним столиком с Регерсом. Тренер вскинул голову и нехорошо прищурился.

Когда Отто подошел достаточно близко к их столу, Герхардт прогремел:

— Не проходите мимо, чемпион-осеменитель. Разделите с нами скромную трапезу.

За соседними столиками началось оживление, раздались смешки. Отто невозмутимо ухмыльнулся и помахал рукой:

— И вам доброго утречка, любезные господа. Сейчас я подойду, — Он преспокойно загрузил поднос всем тем провиантом, который должен был восстановить его силы после экстремальных энергетических затрат прошедших суток. По пути оценил тот факт, что и Регерс, и Даль, и вообще, похоже, весь отель в курсе вчерашнего скандала в лобби и предшествующих оному событий. Ну-ну. Гордо игнорируя взгляды и перешептывания, он налил себе кофе и с безмятежным видом вернулся за столик к тренеру.

— По нему видно, что недурно потрахался, не правда ли? — сладко улыбнулся Даль. Отто порадовался про себя, что оставил Рене в номере.

— Пожалуй, — процедил Регерс, зыркая на своего форварда из-под рыжих лохмов.

— Да, превосходно. — Отто непринужденно уселся за столик и пододвинул к себе тарелку с телячьей отбивной. — Ну очень проголодался, простите, сэры.

— Силенки-то беречь следует перед тренировкой, — еще более сладко пропел Даль. Регерс, которому была чужда напускная приторная вежливость Руди, вызверился:

— Возможно, он опять намеревается провести тренировку в горизонтальном положении.

— Мужики, ну нельзя же так неприкрыто завидовать, — ухмыльнулся Отто.

— Чему именно — твоей исключительной блудливости?

— Удачный день, — порадовался Ромингер. — Потрахался преотлично, а теперь еще и столько комплиментов.

— Посмотрим, как удачно сложится твой день на тренировке, — рыкнул Герхардт. — На случай, если ты планируешь прогулять хоть пять минут с сегодняшнего дня включительно, я тебя предупреждаю: я сниму тебя со старта в Зельдене.

— Брум тебя кастрирует, — в отличие от тренера, Отто был сама любезность.

— Не меня, а тебя, и это только к лучшему — тогда ты станешь похож на человека, а не на шелудивого кота.

— Черт, ты сегодня очень образно выражаешься. Послушать приятно.

— Короче, уважаемый, теперь отлучки с горы даже в сортир — с моего разрешения. Усек?

— Какой ужас. А вдруг ты забудешь меня предупредить, что сам пошел туда? Или у меня от страха медвежья болезнь случится? Так и до беды недолго.

— Заткнись! — рявкнул Регерс, которому надоели эти хитрожопые разговоры с утра пораньше, в особенности после вчерашней выволочки на ковре у Брума. — Я сказал, а ты услышал — еще одна прогулянная тренировка, и хрен тебе, а не старт на этапе! А после этого твоя роскошная жопа попросту вылетит из сборной к такой-то матери!!!

— Черт, этот шум портит мне аппетит, — Ромингер с довольным видом отодвинул от себя пустую тарелку из-под отбивной и принялся за залитые чесночным соусом белые мюнхенские сардельки, поглядывая на аппетитно выглядящую поленту[2], которой намеревался завершить трапезу. — К тому же, что-то мне подсказывает, что моя роскошная жопа — в полной безопасности. Почему бы это, не знаешь, Руди?

Зам председателя ФГС по финансовым вопросам господин Рудольф Даль слегка изменился в лице. Этот выпад Отто был вполне ожидаемым — Руди тщательно совал свой длинный нос в дела Ромингера с того дня в середине прошлого сезона, когда на горизонте симпатичного и очень перспективного юниора, включение которого в сборную страны было решенным вопросом, замаячили первые спонсорские контракты. Конечно, это были не те контракты, из-за которых ушлый Руди стал бы суетиться, но это были серьезные спонсоры, и это был перспективный парень — Даль умел смотреть вперед. В прошлом году Отто просто получал на халяву некоторую спортивную одежду и снаряжение. Именно это и позволило ему не сильно испугаться угроз Регерса. А неприкрытый интерес Даля к вероятному перезаключению некоторых контрактов держал в определенном напряжении самого Отто, который прекрасно понимал, что конкретно вынюхивает Руди. Спортсмен и чиновник внимательно наблюдали друг за другом и ждали — кто первый сделает ход, кого первого можно будет вынудить совершить промашку, и кто кого будет держать на крючке по итогам этой промашки.

— Так или иначе, для Брума это — не аргумент, — пробурчал Руди.

— А ты ему это объясни. Может, в долю войдет, и тебе не скучно будет.

Поглощенные разговором трое мужчин не обратили внимание на некоторое усиление гула голосов в ресторане, вызванное появлением Клоэ. Она на секунду замерла в дверях, выискивая знакомую светловолосую голову, и, увидев того, кого она искала, направилась прямиком к нему. Отто сидел к ней боком. Девушка шла неторопливо и уверенно, не глядя по сторонам: никто бы не смог сказать со стороны, что от волнения у нее кружится голова. Ей в жизни не приходилось делать ничего подобного, но все когда-то бывает впервые. После почти бессонной ночи она пришла к выводу, что маленькое задуманное ею шоу было совершенно необходимо. Показать ему, что она — не тряпка, о которую можно вытирать ноги. Показать всем, что она не спустит измену даже Отто Ромингеру. Показать и ему, и остальным, что она, Клоэ Лариве — женщина, с которой следует считаться.

[1] Super G = супергигант, супергигантский слалом — горнолыжная дисциплина, совмещающая черты скоростного спуска и гигантского слалома и занимающая между ними промежуточное положение с точки зрения техники прохождения трассы и требований к трассе. Длина трасс для мужских соревнований — 1500–2500 м, перепад высот — до 700 м, количество ворот на трассе — минимум 35. Соревнования проводятся в одной попытке. Тренировка перед основным заездом не проводится.

[2] Кукурузная каша, распространенная в Италии и Швейцарии

Первой ее заметил Герхардт, сидящий лицом ко входу. Но сказать ничего не успел — она остановилась перед Отто. В единодушном порыве и спортсмены, и туристы уставились на троих мужчин и девушку, некоторые вскочили на ноги, чтобы лучше видеть, голоса стихли, чтобы все услышать. Отто с некоторым удивлением, приподняв бровь, посмотрел на подругу.

— Приятного аппетита, господа, — сказала она сдержанно, после чего изящным, неторопливым движением взяла миску с полентой и вывернула ее на голову Отто. Несколько человек ахнули, новая волна шума голосов, вдруг несколько хлопков в ладоши… Волна аплодисментов крепла с каждой секундой, раздались одобрительные возгласы (не будь Отто в таком шоке, заметил бы, что голоса — женские, и аплодируют тоже в основном дамы).