Чтение онлайн

– Я понимаю, – ответил Роланд, прекрасно зная, что она сделает все, что он скажет. Они все сделают, когда придет время.

Через маленькое оконце в стене, грязное, в паутине, они, тем не менее, увидели Энди. Робот шел по двору, его глаза поблескивали в густом сумраке, он что-то напевал себе под нос.

– Энди говорит, что роботов программируют на выполнение неких заданий, – Роланд следил взглядом за роботом. – Энди делает все, о чем ты его просишь?

– По большей части, – ответил Эйзенхарт. – Но не всегда. И потом, частенько его нет под рукой, ты понимаешь.

– Как-то не верится, что его построили лишь для того, чтобы распевать глупые песенки и сообщать людям их гороскопы, – пробормотал Роланд.

– Может, Древние Люди заложили в него программы-хобби, – предположила Маргарет. – А теперь, когда основных дел больше нет, они канули в лету, ты понимаешь, он концентрируется на хобби.

– Ты думаешь, его сделали Древние Люди?

– А кто еще? – спросил Воун Эйзенхарт. Энди ушел, двор опустел.

– Ага, кто еще? – в задумчивости повторил Роланд. – У кого еще хватило бы ума и соответствующих инструментов? Но Древние Люди исчезли за две тысячи лет до того, как Волки начали совершать набеги на Калью. За две тысячи или больше. И есть еще один вопрос, не столь интересный, но все-таки любопытный: почему он называет вам дату прихода Волков, если не может, и не говорит, ничего другого?

Эйзенхарт и его жена смотрели друг на друга, словно пораженные громом. Они еще не переварили первую часть сказанного Роландом. Стрелка это не удивило, но он несколько разочаровался в своих хозяевах. Действительно, речь шла об очевидном. А очевидное – отличная исходная точка для последующих умозаключений. Но при этом он понимал, что эйзенхарты, джеффордсы и оуверхолсеры Кальи имеют право на снисхождение: не так-то просто сохранять голову ясной, когда на карту поставлена жизнь твоих детей.

Раздался стук в дверь. «Войди!» – крикнул Эйзенхарт.

Открылась дверь, на пороге возник Бен Слайтман.

– Скотину закрыли на ночь, босс, – доложил он. Снял очки. Протер рубашкой. – Мальчики ушли с палаткой Бенни. Энди сопровождает их, так что беспокоиться не о чем, – Слайтман посмотрел на Роланда. – Для горных кошек еще рано, но, если одна из них появится, Энди позволит моему мальчику один раз выстрелить в нее из арбалета. Я дал ему такое указание и он ответил: «Приказ получен». Если Бенни промахнется, Энди встанет между мальчиками и горной кошкой. Он запрограммирован на защиту людей, и мы, конечно же, не могли изменить его программу. Если кошка попытается приблизиться…

– Энди разорвет ее на куски, – с чувством глубокого удовлетворения закончил за него Эйзенхарт.

– Он очень быстр, не так ли? – спросил Роланд.

– Да, – кивнул Слайтман. – Это только кажется, что он высокий и нескладный. При необходимости движется он, как хорошо смазанная молния. Быстрее любой горной кошки. Мы верим, что у него антомный источник энергии.

– Вполне возможно, – рассеянно кивнул Роланд.

– Какая разница, – отмахнулся Эйзенхарт. – Послушай, Бен, почему Энди никогда не говорит о Волках?

– Он запрограммирован…

– Ага, но как указал нам Роланд… аккурат перед твоим приходом… и нам давно следовало увидеть это самим… если его создали Древние Люди, а потом они умерли или переселились куда-то еще… задолго до того, как впервые появились Волки… ты понимаешь, что сие означает?

Слайтман-старший кивнул, вновь надел очки.

– Может, в те далекие дни было что-то похожее на Волков, вы так не думаете? Настолько похожее, что Энди не может различить их. Другого объяснения у меня нет.

«Неужто?» – подумал Роланд.

Он достал карту близнецов Тавери, раскрыл ее, вновь постучал пальцем по сухому речному руслу на холмистой территории в северо-востоку от города. Русло уходило все дальше и дальше в холмистую местность, пока не упиралась в штольню одной из старых шахт Кальи, где добывались гранаты. Штольня на тридцать футов углублялась в толщу холма. Место это не очень-то напоминало каньон Молнии в Меджисе (во всяком случае, червоточины в сухом речном русле точно не было), но одна общая особенность имела место быть: и каньон, и сухое речное русло заканчивалось глухим тупиком, выхода их которого не было. И Роланд отдавал себе отчет, что человек всегда пытается воссоздать ситуацию, которая ранее приводила к желаемому результату. Так что его решение устроить Волкам засаду на сухом русле, которое упиралось в глухую штольню, представилось бы вполне логичным. Эдди, Сюзанне, Эйзенхартам, теперь вот бригадиру ковбоев Эйзенхарта. Таким же восприняли бы его и Сари Адамс, и Розалита Мунос. А также Старик. И все остальные, кому он раскрыл бы эту часть своего плана.

А если что-то останется недосказанным? Если часть сказанного им будет ложью?

Если Волки узнают эту ложь и примут ее за правду?

Это было бы неплохо, не так ли? Это будет просто хорошо, если они двинутся в нужном направлении, но не найдут там того, что ищут?

«Да, но ведь кому-то мне придется довериться. Рассказать все без утайки? Кому?»

Не Сюзанне, потому что Сюзанна опять раздвоилась, а Миа он не доверял.

Не Эдди, потому что Эдди мог проговориться Сюзанне, и тогда Миа бы все узнала.

Не Джейку, потому что Джейк задружился с Бенни Слайтманом.

Он вновь остался один, и никогда раньше не чувствовал себя столь одиноким.

– Посмотрите, – он вновь постучал пальцем по сухому речному руслу. – Вот место, о котором стоит подумать, Слайтман. Туда добраться легко, обратно – не очень. Допустим, мы соберем всех детей определенного возраста и спрячем их в штольне.

Он увидел, что Слайтман начал понимать его замысел. Это читалось по его глазам. Но по ним читалось и что-то еще. Возможно, надежда.

– Если мы спрячем детей, они их найдут, – покачал головой Эйзенхарт. – Похоже, они чуют запах детей, как великаны-людоеды в сказках.

– Так мне говорили, – кивнул Роланд. – Вот я и предлагаю этим воспользоваться.

– Приманить Волков детьми. Стрелок, это жестоко.

Роланд, который не собирался прятать детей Кальи не только в тоннеле заброшенной шахты, но в его окрестностях, кивнул.

– Мы живем в жестоком мире, Эйзенхарт.

– Я говорю, спасибо тебе, – ответил Эйзенхарт, но лицо его оставалось мрачным. Он коснулся карты. – Может сработать. Ага, может сработать… если ты сможешь заманить туда Волков.

«Где бы ни пришлось прятать детей, мне потребуются помощники, чтобы доставить их туда, – думал Роланд. – Люди, которые должны знать, куда идти и что делать. Знать все. Но для поиска этих людей еще есть время. Пока я могу продолжать игру, в которую играю. Прямо-таки, как в «Замки». Потому что в Калье затаился враг».

Он это знал? Нет.

Чувствовал? Ага, будьте уверены.

«Остается двадцать три дня, – думал Роланд. – Двадцать три дня до прихода Волков».

И предстояло положить немало усилий, чтобы этого времени хватило для подготовки достойной встречи.