Чтение онлайн

Пришлось поправить себя: самой тревожной деталью была другая. Глаза... Это целая история, которую можно было объяснить только генетической аномалией. И они пристально смотрели на меня, двигаясь по платью.

Кремовую ткань портило огромное пятно коричневатого цвета, вызывая неприятные ощущения, но, по крайней мере, мне уже не было жарко.

— Посмотри на это безобразие… — Помимо того, что появился этот цвет, от меня ещё и пахло исходящим паром латте.

— Это всего лишь платье, — принизил катастрофу он.

— Просто платье?

— Главное, что ты не пострадала, верно?

— Что я не пострадала? — Но мне было очень больно.

— Здесь есть эхо? — Парень насмешливо огляделся по сторонам, демонстрируя лукавую ухмылку, обнажившую ряды очень белых зубов. Возможно, его одежда оставляла желать лучшего, а нос нуждался в выравнивании, но он точно не пропустил визит к стоматологу.

Я скривила верхнюю губу в гримасе.

— Извини, просто мои уши не в состоянии удержать столько глупостей сразу. — Я заметила, что содержимое сумки рассыпалось на полу, и наклонилась, чтобы бросить всё обратно.

Он нагнулся вместе со мной, чтобы помочь.

— Но твой язык без проблем их выплёвывает, — сказал, протянув мне помаду.

Я сунула тюбик в сумку и выхватила из его рук шляпу.

— Мой язык может быть очень вежливым, настолько, что скажу тебе: если ты опоздаешь на самолёт, я не буду слишком расстраиваться.

— Жаль тебя разочаровывать, но я не опоздаю ни на один рейс. Я просто проводил друга и бежал на работу. — Он посмотрел на часы и нахмурился. — Наверное, они уже поняли, что я опять опаздываю. — Парень вздохнул, поднимаясь на ноги.

— Тогда давай, убегай. — Я помахала шляпой; меня начинала раздражать необходимость смотреть на него снизу вверх. «Чёрт, ну и телосложение…» Я замерла, дестабилизированная томлением, что затаилось в нижней части живота. С такой мускулатурой и силой удара мне повезло, что я вышла из столкновения без сломанных костей. — Ущерб ты уже нанёс.

— Эй, давай начистоту: я не из тех, кто убегает. Давай так: я верну тебе деньги за платье, ты купишь новое, точно такое же, и сделаешь мне одолжение, уберёшь с лица недовольное выражение, которое портит твои красивые глазки. — Он порылся в кармане своих рваных джинсов и достал бумажник.

Я раскрыла ладонь, готовая принять купюры.

— Шестьсот пятьдесят долларов.

Он поднял взгляд, склонив голову над карманом своего анорексического бумажника, в котором, похоже, лежала всего пара пятидесятидолларовых купюр. Парень смотрел на меня из-под длинных ресниц, пытаясь понять, не издеваюсь ли я.

— Это платье сшито на заказ, — стала объяснять. — Я не могу купить его снова по одному щелчку пальцев. Уверяю тебя, между тканью и работой я назвала минимальную сумму.

Я поняла, что он не разбирается в дорогой одежде, учитывая его выцветшую рубашку, расстёгнутую до пояса и оставляющую на виду несколько ожерелий, среди чёрных шнуров с амулетами из позолоченного серебра, акульих зубов и тёмных деревянных бусин. Парень явно был пляжным существом: солнце в волосах, море в глазах, золото песка на коже. Кроме того, что я сомневалась, в его возможности позволить себе сшитые на заказ костюмы, они даже и не нужны такому человеку.

Я чуть не облизнула губы, представив, как он выглядит на все сто в обнажённом виде. Это было странно, если учесть, что в моей жизни встречались парни куда более привлекательные. Элегантные, с более сдержанной и утончённой энергетикой.

Как по команде, услышав цифру, он закрыл бумажник.

— Ладно, снимай. Я его тебе застираю.

— Хорошая идея. — Натянуто улыбнулась я.

— Туалет вон там. — Он задрал рукава рубашки (уже наполовину закатанные), выше локтей над бицепсами, очерченными значительными формами, которые так и подмывало потрогать. — У тебя два чемодана вещей, должно же быть во что переодеться. Только постарайся побыстрее, мне пора на работу. — Боже мой, он не шутил. — Оставь мне свой номер телефона, чтобы я мог позвонить тебе завтра и привезти всё как новенькое. И выпьем кофе.

По напряжённости взгляда стало понятно, — его главная цель — добраться до кофе.

— Ни в коем случае. Во-первых: я сомневаюсь, что ты сможешь сделать что-нибудь хорошее для такого платья. А во-вторых: фиг тебе, а не мой номер телефона.

В этот момент возникло сомнение, что он специально сбил меня, чтобы познакомиться. Я не была тщеславной, но тем не менее, осознавала свою приятную внешность 24-летней девушки. Мой тонкий овал лица обрамлял рот с чётким «бантиком купидона». У меня были такие же голубые глаза, как у него, и такие же светлые волосы, только мои спадали густым каскадом идеальных волн, длиной до плеч и блестели, а не выгорели на солнце, как у него. Несмотря на то что моя стройная фигура терялась в просторном платье, было видно, что грудь достигает почти третьего размера, а нижняя часть может с гордостью носить стринги.

— Я так и знал: ты одна из этих.

— Из кого, из этих?

— Кто, по-твоему? Папины дочки. Те, от которых за версту несёт деньгами, и даже под носом у них воняет: вонючки. — Он постучал по ноздре, подчёркивая это. — Плохо то, что вы предвзяты, хорошо то, что вы, сами не знаете как, в основном горячи и жаждете р...

— Прекрати, больше ни слова!

— … развлечений. — Он высокомерно рассмеялся, и в его нетипичных глазах сверкнул убивающий блеск. Мы оба знали, что он собирался сказать другое слово, но смысл остался тем же.

— Отлично: сначала ты роняешь меня, потом оскорбляешь. Ты действительно полная противоположность тем «развлечениям», которые я ищу. — От плохого к худшему. Во мне закипала ярость, и очень хотелось влепить нахалу пощёчину. — Возможно, это не мы, девушки, предвзяты, а слишком очевидно, насколько грубый ты. Никогда не задумывался об этом? Потому что именно этот запах я чувствую: примитивный. И уверена, эта вонь гораздо более тревожная, чем те деньги, которыми, как ты думаешь, я напичкана.

Он покачал головой, возведя глаза к потолку, начиная понимать, что имеет дело с девушкой более боевой, чем предполагал. Скрипнув зубами, парень перевёл взгляд на меня, всё меньше и меньше забавляясь.

— Просто чтобы понять, раз я теряю время и те небольшие деньги, которые нам, грубым беднякам, нужны для жалкого существования: что ты хочешь от меня, вонючка? — Он дал мне это прозвище, специально подчёркивая его, чтобы принизить и опустить до своего уровня. — Кроме денег, которых, как мы выяснили, у меня нет, могу я ещё что-нибудь сделать, чтобы скрасить твой отпуск? — Теперь он был серьёзен, понизился даже тон голоса. — Подумай, это большое и щедрое предложение, которое делаю только потому, что я более джентльмен, чем ты думаешь.

— Лучшее, что можешь для меня сделать, это отвалить, — ответила я, держа в одной руке сумку, в другой шляпу, чемоданы лежали у моих ног.

Парень поднял руки и отступил на шаг. Одну ладонь он повернул, сложил четыре пальца, показав мне поднятый средний палец, и покрутил им, посылая меня в путь.

— Хотел бы я сказать, что знакомство было приятным, но ты не дала мне шанса.

— Удовольствие теперь испытываю я, избавляясь от твоего присутствия! — крикнула ему в спину, потому как парень зашагал прочь.