Чтение онлайн

В дверь постучались. Отворили. На пороге каюты возникла юная, милая, тоненькая девушка: бледная и черноволосая ириладдоса. Девушка замешкалась, рассматривая Гэла, как будто совершенно не верила своим глазам. Но совладала с собой.

— Извините. Вы господин да Ридас? — нерешительно спросила она.

— Да, — ответил Гэл, сидящий на полу, — а вы?

— Эннэ Дограт. Вам нужна няня?

Гэл ухмыльнулся. Девушка, смутилась, покраснела до слез.

— Не вам, вам… — снова растерялась она, — я няня. Говорили, что вы с сыном.

Гэл показал на прилипшего к иллюминатору ребенка:

— Айрэ, познакомься. Эта девушка — твоя няня.

Ребенок оторвался от созерцания космоса, осмотрел девушку, не нашел в ней ничего, для себя интересного, и вернулся к иллюминатору.

— Он ваш, — с кривой улыбкой сказал Гэл, — я не справляюсь.

Девушка кивнула головой, и неожиданно спросила:

— Вы против моего присутствия?..

— Неужели так заметно?

Гэл редко видел, чтобы белокожие люди краснели так ярко… Казалось, она сейчас вспыхнет. Пожалел ее, поспешил успокоить:

— Не обращайте на меня внимания… нервы… На самом деле вы очень мне поможете. Я как то не привык заботиться о детях…

Эннэ присела рядом с хорошеньким трехлетним малышом, замурзанным и серьезным, позвала его, протянула руки, малыш по-взрослому вздохнул, и с упреком посмотрев на отца, шагнул к няне. Они и вправду были удивительно похожи, наемник и его сын. Очень похожи, несмотря на противоположно-разный цвет волос.

Первый день полета Гэл пролежал на диване, бездумно и равнодушно переключая каналы сетевого телепавидения, слушал новости, сопоставлял с фактами и думал…

Лайнер совершил две посадки. Но Гэл не нашел в себе силы выйти ни в первом порту, ни во втором, и судя по всему, не вышел бы в третьем. Он настолько устал, что перспектива лететь на перекладных его попросту пугала. К тому же ощущение опасности притупилось, на корабле было тепло, уютно и спокойно.

На планете Вэст корабль простоял в космопорту три часа. За иллюминаторами лил дождь, потоки воды текли по органическому стеклу, искривляя изображение. Айрэ носился вокруг дивана, требовал прогулки. Эннэ терпеливо ожидала, когда отец уступит сыну и выпустит его хотя бы в коридор. Гэл сдался. Эннэ очень быстро застегнула на малыше курточку и убежала с ним из каюты. Она бы сейчас куда угодно убежала, лишь не оставаться сам на сам с этим странным космическим наемником.

Когда веселые вопли Айрэ перекатились за дверь каюты, и наступила тишина, Гэл встал с дивана, подошел к иллюминатору. Стоял в странном оцепенении, обхватив себя руками, смотрел вперед себя невидящими глазами. На окраине посадочного поля сквозь густые потоки воды размытым пятном проглядывался большой, сверкающий огнями вокзал. Дождь казался холодным, а ему и так было холодно, очень холодно. Но когда корабль взлетел, над густым облачным покровом Гэл увидел, как ярко сверкает теплое «солнце»: оказалось, на Вэсте лето.

Эннэ повела Айрэ гулять на верхнюю палубу корабля в гидросад. Там была детская площадка с настоящей травой и яркими веселыми каруселями.

Калтокиец мысленно следил за ребенком, но незаметно уснул, как будто накрыло вулканической лавой… Приснился сон — густой туман заполнял коридоры корабля, преображая новый пассажирский корабль высшего класса в старую ржавую развалину. Очнулся, услышав крик и глухой удар в дверь, вскочил. Осмотрел каюту. Сердце забилось безумно, до боли. Где Айрэ!? Неужели там, за стенами каюты! Нельзя было отпускать сына! Ребенок должен быть рядом! Страшно… Гэл, вывернул содержимое дорожной сумки на пол. Руки дрожали. Как странно, когда дрожат руки перед боем. Как странно, когда сердце стучит с такой силой, что перекрывает мысли…. Перед боем? Странно, когда не осознаешь, что делаешь. На дне сумки небольшой раскладной кинжал. Но к чему кинжал? Только чтобы занять чем-то дрожащие руки?

Резко открыл дверь своей каюты, и мгновенно внезапный выстрел тонкого лазерного луча ослепил полутьму коридора. Гэл кувырнулся в сторону стрелявшего, сбивая его с ног. Убил, вскочил, выдернул тадо из ослабевших рук мертвого захватчика, осмотрел оружие. Жаль, половина лазерной батареи использована, но игольчатых пуль почти полная обойма.

Внезапно осознал — его действия не верны — в беспорядочной свалке абордажного боя первыми гибнут паникеры, старики и дети. Успокоился, унял дрожь в руках и сосредоточился. Необходимо увидеть обстановку глазами сына: сквозь пелену детского страха просматривались лица испуганных пассажиров и заплаканные глаза Эннэ. Пираты согнали пассажиров в большой зал ресторана, как стадо овец в загон. Закрыли все выходы, у каждой двери поставили вооруженную охрану. В стенах прожженные дыры, на полу трупы. Кто-то попытался сопротивляться.

Гэл только теперь понял, почему не рекомендуется допускать родственников и друзей потерпевших к спасательным операциям.

— Думай, — рыкнул сам себе. — Думай!.. Идиот… ну, какой же я идиот, — думать должен был четыре дня назад, перед тем как вскочить на паром, идущий к Грылле. Так спешил успеть к отправке корабля на Ргодкасон. Так спешил увидеть жену. Успел…

А теперь?.. Ворваться в ресторан с оружием? Спровоцировать стрельбу?.. Или попасть туда как добыча, а там действовать по обстоятельствам. Гэл забросил трофейное оружие и кинжал-дагу в каюту. Мертвого зэйда оттащил туда же.

Три четвероруких гиганта с планеты Аросса несли двух девушек-близнецов, зеленоволосых русалок с планеты-океана Нлон. Девушки уже не пробовали вырываться, обессилено повиснув на руках сэнтаремов как ватные куклы. Гэл вжался в стену и закрыл глаза…

Один из пиратов громко рассмеялся, и пробасил, обращаясь к своим коллегам:

— А вот и награда за то, что я сегодня никого не убил!.. — огромная рука аросца сгребла калтокийца за ворот белого свитера.

Гэл открыл глаза. Аросцы присвистнули: для работорговца яркий цвет глаз захваченного раба, как для ювелира чистый цвет драгоценного камня. Один из сантарэмов, не выпуская девушку, извлек из кармана куртки миниатюрный фонарик и не понять зачем направил луч в лицо Гэла. Пират, нашедший наемника, радовался:

— Дорогой мальчик — на рынке Багго его можно обменять на новый двигатель.

— Викторианец, — второй пират взъерошил волосы на голове Гэла, — но сойдет даже за нодийца.

Тот, который держал Гэла, сплюнул набок и с опаской прошептал:

— Не вспоминай этих нарванных наемников…

Когда Гэла толкнули в толпу пленников, он начал прорываться к середине зала, туда, где стояла маленькая Эннэ с его сыном на руках. Напуганные и раздраженные люди ворчали на него, он наступал на ноги, они толкались, он толкался… В том безумном водовороте человеческих тел у него была цель, и он к ней шел.

Эннэ увидела Гэла перед собой, со стоном передала ему засыпающего малыша и заплакала.

Еще во время абордажа лазерными лучами повредили систему вентиляции в ресторане. Люди с кристаллической основой не нуждались в кислороде, но не могли устоять под массой тяжелых органиков, когда те, задыхаясь от недостатка кислорода, начали падать. Эннэ потеряла сознание, Гэл подхватил ее. Айрэ пугающе обмяк на его руках, как мертвый. Калтокиец сел на пол вместе со всеми, прикрыл головы Эннэ и Айрэ рукой, создавая силовое поле и преобразовывая углекислоту в пригодный для легких человека кислород. Он все еще цеплялся за глупую мысль, что это простое совпадение, обычное невезение. Он выберется, захватит спасательную капсулу и больше не будет летать на пассажирских кораблях с ребенком. Он все еще надеялся, сидя на полу под прицелом тадо, в толпе пленников, спасая от удушья сына и едва знакомую ему ириладскую девушку. И не заметил, что из полсотни детей, пребывающих на корабле, в зале ресторана оказался только его сын…