Вольный огонь
Шрифт:
На следующий вечер — снова. Мешок — снова стоял. Старик — не замечал. Или — не обращал внимания. Мальчишка роется в мусоре — обычное дело.
Обрезки корня валь-дуба — два куска, маленьких, кривых. Не товарный вид. Но — содержание то же. Активные вещества — внутри, не снаружи. Пригоден.
Серая глина — не на рынке. На берегу Кэлы, ниже по течению, где река намывала ил. Эран — спустился к воде в сумерках, набрал — в ладони, завернул в тряпку. Глина — жирная, плотная, с мелким песком. Идеальная. Бесплатно.
Ягоды крэт-куста — проблема. На рынке — четыре медяка за горсть. В мусоре — не попадались: ягоды — дорогие, не выбрасывают. В лесу — не сезон: зима, кусты — голые.
Семь медяков. У него — восемь.
Он мог — купить. Хватало. Но тогда — ничего не останется. Ни на ёмкость, ни на следующую партию, ни на хлеб — если Гарт вдруг перестанет кормить обедом.
«Думай. Чем заменить? Или — где найти дешевле?»
Он перечитал рецепт. Ягоды крэт-куста — антисептик, связующий элемент, катализатор Эфирной активации. Без них — мазь будет слабее. Значительно слабее.
«А если — не заменить, а усилить другим способом? Если — компенсировать Эфиром?»
Мысль — дерзкая. В рецепте чётко сказано: ягоды — обязательны. Но рецепт — написан для обычного зельевара, с одной стихией и стандартным Эфирным потоком. Он — не обычный. Он — Арканист. Чистый Эфир — без стихийной окраски — совмещается с любым ингредиентом.
«Что если — вместо ягод — усиленная Эфирная активация? Двойная доза чистого потока — на стадии смешивания? Теоретически — антисептические свойства можно привнести напрямую.»
Теория. Непроверенная. Рискованная.
Но — бесплатная.
Он попробовал — в каменоломне. На следующее утро. Вместо обычной тренировки — эксперимент.
Разложил ингредиенты на камне: мох, корень, глина. Без ягод. Размял мох в кашицу — руками, пальцами, не жалея кожи. Настругал корень — ножом, тонко, как учил Травник. Смешал с глиной. Добавил — каплю воды из фляги. Перемешал.
Серая масса. Тусклая. Мёртвая на вид.
Теперь — Эфир.
Он положил ладони на горшочек (тот самый, со свалки, залеченный). Закрыл глаза. Сосредоточился.
Чистый поток — Арканум. Без стихии. Без окраски. Прозрачная, текучая сила — из каналов, через ладони, в смесь. Шестьдесят секунд — как в рецепте. Ровно. Непрерывно.
Потом — Свет. Тонкий, игольчатый поток, встроенный в основной. Очищение. Стерилизация. Как ультрафиолет — только Эфирный. Он — не знал формальной структуры заклинания очищения. Но — чувствовал. Интуитивно. Он чувствовал стихии, как музыкант — ноты.
Потом — Земля. Плотность. Уплотнение. Связывание. Масса — под его ладонями — густела, сжималась, приобретала структуру.
Тридцать секунд. Минута. Полторы.
Он убрал руки. Открыл глаза.
Горшочек — тёплый. Крышка — влажная от конденсата. Он снял её.
Мазь — зеленоватая, блестящая, плотная. Запах — хвоя и что-то свежее, чистое, как горный воздух. Не совсем как в рецепте — без медового оттенка, который давали ягоды. Но — живой. Правильный.
Он мазнул — на тыльную сторону ладони. Там — царапина, свежая, от гвоздя на свалке. Мазь — впиталась. Холодок. Покалывание. Через тридцать секунд — царапина закрылась. Кожа — розовая, гладкая, чистая.
Работает.
Не идеально — он чувствовал: действие — чуть слабее, чем если бы с ягодами. Процентов на двадцать. Может — на пятнадцать. Но — работает. Рана — закрылась. Воспаление — ушло. Мазь — стабильна, не расслаивается, не киснет.
Он — сидел на краю каменоломни, сжимая горшочек. Руки — дрожали. Не от усталости — от осознания.
Он только что — модифицировал рецепт. Заменил недоступный ингредиент — прямым Эфирным воздействием. Создал — новую формулу. Свою.
Ни один зельевар в Гильдии — не мог так. Ни один — кроме, может быть, Мастера с десятилетиями опыта. Потому что ни один — не был Арканистом. Чистый Эфир — универсальный растворитель, универсальный катализатор, универсальный заменитель. То, что другим давалось через ингредиенты — ему давалось напрямую.
«Грэм. Ты знал. Ты знал — что значит быть Арканистом. Не просто — сила. Не просто — четыре стихии вместо одной. Гибкость. Свобода. Возможность делать то, чего не могут другие. Не потому что сильнее — потому что — иначе.»
Он спрятал горшочек в мешок. Встал. Посмотрел на небо — серое, зимнее, равнодушное.
Улыбнулся.
«Теперь — продать.»
Оставшиеся восемь медяков — он потратил иначе, чем планировал. Не все — на ингредиенты. Пять — на ягоды крэт-куста (всё-таки — нашёл дешевле: не у травника, а у старухи-собирательницы на окраинном рынке, которая торговала с мешка, без лавки, без наценки). Два — на дополнительный мох и коренья (с запасом — на вторую партию). Один — оставил. Последний медяк — на крайний случай.
Вторую мазь — сварил по полному рецепту. С ягодами. Сравнил — с первой, модифицированной.
Полный рецепт — лучше. Ненамного — но ощутимо. Медовый оттенок в запахе. Чуть более быстрое впитывание. Чуть более глубокое действие.
«Значит — ягоды нужны. Модифицированный рецепт — запасной вариант. Рабочий, но — второй сорт. Для полного качества — полный набор.»
Он положил оба горшочка рядом. Посмотрел.
Два горшочка. Два серебряных — минимум. Двести медяков. Три с лишним месяца работы грузчиком.
Или — одна ночь на свалке, два утра в каменоломне и горсть мусорных корешков.
«Маржа, — подумал он. — В играх это называлось — крафт.»
Вечером — он подошёл к Рэту.
— Рэт. Разговор.
Рэт — сидел у стены, точил свой ржавый нож куском кирпича. Поднял глаза.
— Говори.
— Я могу делать кое-что. Вещь, которая стоит денег. Настоящих. Не медяки.
Рэт — перестал точить.
— Какую вещь?
— Мазь. Лечебная. Лучше, чем у аптекарей. Намного лучше.
— Откуда ты умеешь?
— Неважно. Умею. Вопрос — ты можешь продать?
Рэт — смотрел. Долго. Его глаза — считали. Не деньги — риски.
— Покажи.
Эран — достал горшочек. Второй — полный рецепт, лучшее качество. Открыл крышку. Запах — хвоя, мёд, что-то ещё, свежее, чистое. Рэт — наклонился, понюхал. Отдёрнулся.
— Это... не обычная мазь.
— Нет.
— Это — магическая дрянь.
Не вопрос. Констатация.
Эран — не стал отрицать.
— Да.
Тишина. Рэт — смотрел на горшочек. На Эрана. Снова на горшочек.