Чтение онлайн

Залезла в чан с известью, повалялась в пыли, обмакнула хвост и лапу в краску, поломала когти о шершавые доски и успокоилась.

Теперь она сама себя не узнала бы.

Обыкновенная бездомная кошка. Тысячи таких бродяг по городу - брошенные, замученные, боль-ные. Поди, всех проверь!

Она растянулась на траве. Опаленный бок, смоченный известью, горел. Попыталась зализать - еще хуже - тысячи игл впивались в тело от каж-дого прикосновения.

В горле пересохло. Гу поискала глазами - где бы напиться.

– А место знакомое, - узнала она.

Школа встретила кошку непривычной тиши-ной. Опустели классы, коридоры, исчезли шторы с окон. Вокруг здания теснились бочки с олифой и фляги с красками, лестницы, штабеля досок и ку-чи желтого песка.

Откуда недавней сове, прожившей долгий век в лесу, было знать, что наступили летние каникулы. Школьники, собрав рюкзаки и чемоданы, подхва-тили мячи, ласты и удочки и разъехались в пио-нерские лагеря, в деревни к бабушкам и дедуш-кам, в интереснейшие путешествия по нашей ог-ромной стране.

Гу услышала шаги и оглянулась.

По дорожке шел патруль.

Два кота в форме - старый и молодой - о чем-то негромко переговаривались и в то же время успе-вали смотреть по сторонам. Вот они подкрались к помойке, вытащили за шкирку из железного ящи-ка кошку, обнюхали, осмотрели ее, о чем-то спро-сили, сравнили по приметам и отпустили.

Гу как завороженная следила за ними и попа-лась на глаза. Коты подошли к узорчатому забору и поманили ее.

– Иди-ка сюда.

– Зачем?
– насторожилась Гу.

– Кому сказал - иди!
– прикрикнул молодой. Он был за старшего.

Старый показал молодому фотографию и ска-зал.

– Не та. Пошли дальше.

Но молодой любил покомандовать и не любил, когда его кто-то ослушается. А эта кошка ослуша-лась, и он решил наказать ее.

– Та, не та! Приказ какой? Всех подозритель-ных собирать. Всех! Для опознания.

– Подозрительных, - напомнил старший.
– Чем же эта для тебя подозрительная?

– Тем, что болтается, где не положено!

– А где положено болтаться?
– ехидно спросила Гу, но вопросом этим еще больше разозлила кота.

– Я тебе сейчас объясню!
– пообещал он, пере-лезая через забор. Бездомная?

– А вот и не угадал! Я домная!
– соврала Гу.

– Это мы проверим!
– пообещал кот, приближа-ясь.
– Паспорт, прописка есть?

Такой поворот дел никак не устраивал Гу. Бе-жать? Раньше надо было. Теперь догонят. И по-дозрительно это - убегать. А что делать? Отдаться в лапы? Смешнее не придумаешь.

Она приготовилась к встрече. Набрала в лапы горсти песка и, только кот подошел к ней, кинула ему в глаза и рванула: через школьный двор, куты, мимо магазина в беседку.

На явочной квартире ее живой не возьмут.

Ученый Секретарь прочитал доклад облезлой кошки, исправил ошибки, придумал вопросы и ночью вылетел в беседку.

– Тебе нужно выйти из игры, - еще с порога сказал он.
– Ты слишком много наследила в этом городе.

– Совсем?
– не очень обрадовалась Гу.

– И не мечтай!
– отрезал Ученый Секретарь.
– Задание я за тебя выполнять буду?

– От вас дождешься, - процедила кошка.

– У каждого своя работа. Посидишь в тиши, по-ка твоя Марьиванна не успокоится.

– Она успокоится только тогда, когда найдет меня, - заявила Гу.
– Я ее знаю.

Ученый Секретарь только усмехнулся.

– Кому ты сказки рассказываешь? А то я не знаю, как расследуют в городе дела!

– Как?
– насторожилась кошка. Вдруг она рано почувствовала себя в безопасности?

– Сыщики найдут кошку чуть-чуть похожую на тебя, изуродуют ее - по-ихнему это называется до-просом - добьются чистосердечного признания и прикончат. Ученый Секретарь говорил так уве-ренно, словно сам ни один год проработал в этих органах.
– И все будет настолько правдоподобно, что ни одна экспертная комиссия не обнаружит "следов пыток". У них всегда так делается.

– Даже в нашем королевстве такого бардака нет, - ужаснулась кошка.

– У нас кто вершит правосудие?

– Король.

– А кто отвечает за всех?

– То же король.

– А к кому ты идешь жаловаться?

– Только к королю.

– А уместится в твоей глупой башке такая ду-рацкая мысль, что вершить правосудие, наказы-вать, принимать важные решения и даже объяв-лять войну или мир нашему Палачу или Завхозу? А отвечать за все перед нами и перед нашими потомками по-прежнему придется королю?

– Так не бывает!
– возразила кошка.

– Если бы ты сказала: - "Так не должно быть", - я бы еще похвалил тебя. Но ты четвертый месяц работаешь в этом городе и до сих пор не увидела, что так здесь живут? Плохая же у тебя сообрази-тельность.

– При чем здесь я?
– удивилась Гу.
– Об этом никто не догадывается. Как могла я понять за че-тыре месяца, когда они за десятки лет не расчуха-ли?

– Система воспитания!
– гордо поднял крыло Ученый Секретарь.
– Я разгадал ее и внедрил у се-бя. Наши филины с младенческого возраста про-ходят этапы человеческого обучения и наши фи-лины самые преданные слуги своего короля. Пройдет много лет, поколения сменят поколение и в каждом с нарастающей силой будет прорастать моя система все больше преданных, все меньше думающих и почти нет недовольных. А с ними разговор короткий - по примеру твоего Пронырова умники никому не нужны.

– Какие страшные веши вы говорите, - шептала кошка.
– В такой системе жить не захочешь.

– Ты жила. И неплохо жила, - напомнил Уче-ный Секретарь.
– Система тем хороша, что она по-зволяет многим пристроиться в ней, жить нечест-но и, во избежание разоблачения, отстаивать ее как лучшую из лучших.

– А что ждало меня впереди?

– Тебя ждал конец. А те, кто потерял совесть, получают повышение по службе и благодарность от Марьиванны.

– Я начинаю верить вам и моя совесть не дает мне покоя.