Волшебные истории. Трилогия
Шрифт:
Ветер ещё больше усилился, волны теперь достигали середины борта, а молнии уже били чуть ли не в нескольких милях от нас, рассекая небосвод ослепительными стрелами. Спустя пару минут начался дождь, быстро превратившийся в ливень. Палубу качало так, что мне пришлось схватить какой-то канат, дабы устоять на ногах. Тяжёлые, холодные капли, подгоняемые ветром, тугими струями стегали по лицу, заставляя жмуриться и дышать ртом.
И вот тут я всё-таки испугался… Но не стихии, беснующейся вокруг меня, а того, что стояло за ней. Я явственно почувствовал чью-то злую волю, управляющую всей этой свистопляской. И в ту же секунду во вспышке молнии разглядел нечто, пробравшее меня до печёнок. Из моря к небесам поднималась извивающаяся змея смерча. Он был чёрен и шёл прямо на наш корабль. Времени на начертания не было. Да и не получится у меня ничего вывести под таким ливнем – всё смоет в считанные секунды. Придётся работать так, как мне никогда не нравилось. Позабыв о дикой качке и ревущем ветре, я выбежал на центр палубы и развёл руки в стороны. Тёмная магия, вызвавшая бурю, уже окружала нас, но это мелочи. Шторм можно пережить. Главное – обезвредить смерч, он – сердце этого колдовства. Значит, работаем с чистыми потоками. Ха, а всё не так и сложно! Принцип тот же, что и в борьбе с нежитью – вначале перерезаются контролирующие нити, а затем гасим поддерживающий контур. Плохо то, что не получится сделать привычные стабилизирующие фигуры. В качестве основы для плетения-ножа, придётся использовать рунную магию. А это значит, что пришло время драть свою глотку! Окружающий мир перестал для меня существовать. Я видел лишь формирующееся передо мной заклинание, слышал только собственные магические слова, а из всего тела ощущения сохранились в кистях рук, судорожно составляющих пальцовки, наполняющие контуры начинкой. Но случилось нечто невероятное. Прямо перед тем, как моё импровизированное плетение должно было сорваться, подобно стреле, какая-то сволочь очень грубо атаковала меня. На доли мгновения перед моим мысленным взором предстал образ противника – красивая женщина, крылатый силуэт которой закрывал собой извивающийся и жадно ревущий водяной столб. Я видел только лицо. И глаза, горящие нечеловеческим огнём. Нападение "выжгло" меня изнутри, поглотив весь резерв энергии одномоментно.– "Замечательно!" – подумалось мне. – "Я – лучник, у которого нет сил натянуть тетиву собственного лука…"
В голове раздался торжествующий смех. Меня обыграли, как ребёнка, поймав тот момент, когда о защите не могло быть и речи.
– Ну ж нет, Эрик Мэйфилд, по прозвищу Ворон, так просто не сдастся! – просипел я, сосредотачиваясь.
Прости, Тия, это будет малость неприятно, но потерпи со мной. Почувствовав хлынувшую в меня чужую энергию, я чуть не закричал от боли. Этот как кипяток из горлышка чайника пить. Моя стрела сорвалась в ту же секунду, не давая противнице возможности подстроить мне очередную пакость. Более того, вместе с ней удалось отправить небольшой подарочек персонально для этой неизвестной твари.– Подпорчу немного твоё красивое личико, сволочь, – зло процедил я сквозь зубы, наблюдая за результатами своих страданий.
Вертящаяся воронка, находящаяся уже совсем рядом с кораблём, локтей двести, не больше, задрожала, замедлилась и, натужно застонав, лопнула. Но порадоваться победе как-то не удалось. Вода-то никуда не делась! Сейчас на нашу посудину неслась огромная волна. Я, было, бросился к спуску вниз, как в свете очередной прорезавшей небо молнии, увидел стоящую в паре шагов от меня Атраму. Девушка медленно, будто зачарованная, брела к борту.
– Что ты тут делаешь!? Нужно убраться с палубы, а не то нас смоет!!! – заорал я на ухо слизню.
Та остановилась. Несколько секунд смотрела на меня пустыми глазами. И только после этого в них вернулся разум.
Вот только бежать было поздно. В последнее мгновение я совершил совершенно необъяснимый с точки зрения логики, но вполне нормальный для себя поступок – закрыл собой девушку от обрушившейся сверху волны. Вода подхватила нас, будто песчинки с пляжа и протащила по палубе. Меня очень сильно приложило затылком обо что-то твёрдое, заставив мир пойти разноцветными пятнами. Последнее, что я помню, перед тем, как потерять сознание – ощущение полёта вниз и удар спиной о воду, завершивший дело, начатое ранее бортом корабля. * Решение скорейшим путём отправиться в Латанбург было принято мной мгновенно и единолично. Я ожидал, что придётся спорить или уговаривать кого-нибудь из девчонок, но они покорно согласились, даже не спрашивая причин. Дик с Кристианом, услышав о моём новом плане действий, быстро посовещались между собой и пришли к выводу, что нам не по пути. Тевталь ненавидел воду и лодки, к тому же никак не мог простить мастера Клауда за то, что тот чуть не оставил на второй год, дважды. А Певец на дух не переносил Талиниру, и каждую свою встречу они цапались, хуже чем кошка с собакой. Поэтому утром следующего дня, после похорон сирены, парни собрали вещички и распрощались с нашей "весёлой" компанией. Именно "весёлой", потому что более постные рожи, чем наши, ещё поискать надо. Мы распрощались, и маги отправились своей дорогой. По словам Криста, они, скорее всего, двинутся в сторону Фаранда и попробуют попасть туда. Говорят, сейчас в этом королевстве работы невпроворот. А вечером, когда наш отряд устроился на ночлег у костра, случилось то, чего я больше всего боялся.– Нам надо поговорить, – безапелляционно заявила Тия, заранее сговорившись с девчонками и отрезав мне все пути к отступлению. С одного боку подсела она, как бы невзначай положив ладонь на моё плечо (попробую я сбежать – и демоница вцепилась бы в него не хуже клеща), с другого Сания. А сзади, в качестве ловушки, разлеглась Атрама. Марсель в этом действе участия не принимал, но смотрел издалека с откровенным ужасом. Похоже, паренёк думал, что сейчас меня будут убивать, а потом жарить.
Я покорно вздохнул и вопросительно изогнул бровь, вороша палочкой угли. Теперь, при взгляде на пламя, перед моим внутреннем взором представала картина сгорающих перьев Риппи. Мне было жаль, что малышка погибла и с ней наша компания потеряла больше, чем кто-либо из нас мог представить. Вечно жизнерадостная пернатая, сама того не понимая, помогала отвлечься от неразрешимых проблем и трудностей бытия.
– Начнём с малого. Какого же чёрта всё-таки творилось в Альте!? Я пропустила большую часть веселья, а спрашивать у здесь присутствующих – всё равно, что собирать вазу из тысячи осколков. Полную картину знаешь только ты.
– Ну, как тебе известно…
– Нет-нет-нет, – тут же помотала головой демоница, чуть не задев меня своими витыми рожками. – Представь, что мне неизвестно НИЧЕГО.
– Хорошо. Это, по большей части, лишь мои догадки, но всё же… – я перевёл дух, собираясь с мыслями. Честно говоря, меня немного нервировало пристальное внимание четырёх пар глаз. – Итак, некая очень сильная демоническая сущность превратила тебя в суккубу девять лет назад. Долгое время мне не давал покоя вопрос, зачем это было сделано. Почему тебя не забрали вниз и не пополнили армию тёмных братьев? Кто бы с тобой не сотворил подобное, у него для тебя имелась специальная роль. И теперь она стала ясна. Твоими руками на этой земле оставили несмываемый знак. То, что Пирейне назвала Кровавой Меткой. Нет, не спрашивайте, как она работает и зачем нужна. Понятия не имею. Подобного термина в магических книгах я никогда не встречал. Единственное, что известно: эта Метка послужила маяком для сбежавшей со своего поста Падшей и последовавшей за ней Идры. Но только если первая сразу нашла себе пристанище в виде блаженной девчонки, жившей в часовне Всеединых, то вторая осталась бесплотной сущностью, рассеянной, кхм, в воздухе. Пирейне начала исполнять свой план по обеспечению братьев Лордов подкреплением из грешников, а её командирша затаилась, не зная, куда нанести удар. Похоже, Идра подозревала, в чём дело, но без полной уверенности не хотела рисковать. Почему – остаётся только догадываться. Так продолжалось какое-то время. Используя сразу и светлую магию, и тёмную, Падшая создала себе слугу-вампира, прикрыла их от внимания магов, полностью стирая любые эманации силы, исходившие от неё. Похоже, Чемпионы способны просто-напросто "гасить" любую энергию братьев, всего лишь находясь поблизости. Поэтому, например, Дик и Кристиан не смогли учуять в тебе демона, Тия. Про такие мелочи, как защита от солнечного света, я молчу. Однако, с нашим прибытием Пирейне пришлось поднапрячься и, наверно, поэтому Идра смогла более точно определить её местоположение. А как только сделала эта, нашла себе медиума в виде нашей Риппи. Именно голос слуги Четверых сирена приняла за "шёпот ветра". Затем мы полезли на рожон, влезли в паучье логово и чуть не получили на орехи. Честно вам скажу, то, что нам удалось выжить – это даже чудом назвать нельзя. Кажется, в данном случае за нас вступилась сама Каэлерис. Жаль, что у этой стервы не хватило совести спасти малышку. За такое я ей при личной встрече много чего выскажу. В общем-то, всё…
Меня слушали не перебивая. Когда же мой рассказ закончился, ещё некоторое время все молчали, обдумывая услышанное.
– Хорошо. Теперь многое становится ясно, – протянула Тия. – Тогда второй вопрос.
– Какой же? – удивился я. Вроде ведь всё им рассказал.
– Что с твоей рукой? Почему ты внезапно смог пользоваться телекинезисом, а затем ещё и цепи разорвать? Кто ты, Эрик? – подобная напористость меня немного сбила с толку.
– А мне обязательно отвечать? – в моём голосе промелькнула злоба. Но только на мгновение. Сказать, что они лезут не в своё дело, у меня не повернулся бы язык.
– Я не смогу тебя заставить, хозяин, – суккуба выделила последнее слово, тщательно выговорив его по слогам. – Но если ты не ответишь, то буду рассматривать как угрозу для Сании. А её жизнь для меня куда ценнее, чем собственная. Проще говоря, я сделаю всё возможное, чтобы девочка оказалась от тебя как можно дальше в как можно более короткие сроки.
Единорог пробормотала, что не стоит впадать в подобные крайности, но словила от Тии очень живописный взгляд и, по своему обыкновению, опустила глаза в землю и зашептала под нос неразборчивую белиберду. Да, за эти два месяца она сильно повзрослела и стала гораздо сильнее, но крепости характера ей пока не хватало.
– Хорошо-хорошо! Но я хочу, чтобы услышанное вами не пошло дальше! Если об этом узнает много народу, то тёмных магов станут бояться ещё сильнее. А нам и так несладко приходится.
– Мои уста на замке, – пожала плечами демоница. Сания кивнула, Атрама согласно булькнула, а Марсель хотел поклясться душой своей любимой тёти, но тут жё осёкся и раскраснелся, чем вызвал у Тии приступ неконтролируемого смеха. Насколько мне было известно, эта парочка так и не выяснила отношения между собой.
– Для того, чтобы любое колдовство сработало, нужно соблюсти некоторые условия. Проще говоря, нужно плетение и проходящая через него сила мага. Первое я, например, создаю жестами, Тали предпочитает рунную магию, то есть произносит вслух формулы. А вот энергия… – принялся объяснять я, но тут меня перебила Атрама, удивлённо открывшая рот.
– А тот маг? – спросила она совершенно невпопад.
– Какой? – терпеливо уточнил я, зная некоторую неординарность мышления слизня.
– Друг. Со светлыми волосами, – догадалась пояснить девушка, после небольшого замешательства. Кстати, нужно будет не забыть поинтересоваться у неё потом, почему её цвет поменялся и что это значит.
– Ааа, Кристиан? Он… немного странный. Понимаете, как бы он не старался, его заклинания выходят слабее, чем у того же меня или Тали. Поэтому Певец всегда делает двойные плетения, одновременно используя и рунную магию, и пальцовки. А вообще нет ни одного одинакового колдуна. У всех есть та или иная особенность. Этакий своеобразный стиль и почерк в исполнении. Но я отвлёкся. Так вот… Но есть ещё один промежуточный этап между теми двумя, – я вернулся к прерванному объяснению. – Он занимает доли секунды. Помнишь, Тия, ты говорила, что у людей искра бесцветная?
Суккуба наморщила лоб, вспоминая, а затем кивнула.– Поэтому перед тем, как пропустить энергию через плетения, нам необходимо её окрасить. В случае других колдунов, нужен лишь мыслеобраз. Огонь, вода, лёд, ветер, молнии и так далее, всё это легко себе представить. Чуть сложнее со светом – его получают, либо обращаюсь к чему-то чистому в своей душе, либо пропуская магию через определённые материальные компоненты, самый частый из которых – серебро. А вот с тьмой, требующейся для борьбы с демонами и нежитью, всё совсем сложно. Через эмоции её добиться почему-то не получается. Видимо, нужно быть отъявленным злодеем, я не знаю. Материальные компоненты тоже не очень удобные – кровь невинных жертв, редкие штуки, вроде чёрных бриллиантов и костей вымерших существ. Но маги прошлого нашли выход. На четвёртом году обучения все адепты кафедры тёмной магии проходят определённый ритуал. Он служит для того, чтобы связать юного неофита с каким-нибудь слабеньким выходцем из бездны. Что-то вроде пакта, но ГОРАЗДО слабее. С помощью этого канала мы можем окрашивать свою искру в чёрное без особых усилий.