Волшебные истории. Трилогия
Шрифт:
– Атрама! Помоги им! – крикнул я слизню, всё это время остававшемуся в центре рядом с Санией.
Девушка кивнула и устремилась куда было сказано. В этот раз моими оппонентами оказались два очень похожих друг на друга инкуба с юбками из человеческой плоти и костей. У обоих в руках имелось по фальчиону на длинном древке. Но я ни в коем случае не был намерен устраивать рубку. Сегодня – день магии. Первого опутали лозы, похожие на водоросли, и он оказался обездвижен на короткое время. Второй, зарычав, попытался добежать до меня, но ему в грудь врезалась серая комета, выбив из него весь дух. Та же участь постигла и первого. Да, я здесь не могу использовать ни огонь, ни лёд, но моя тёмная магия стала в разы сильнее. У Хины, Тии и Атрамы там разгорелась нешуточная битва. Я, было, хотел отправиться к ним, как из того же прохода, из которого явились "близнецы", появился уж очень колоритный тип. Развалив вместе с дверным проёмом часть стены, сюда ввалился огромный демон, весь закованный в чёрный латный доспех и вооружённый неподъёмный булавой, с набалдашником раза в два больше моей головы. Из прорези в рогатом шлеме сочился тёмный дымок. Я хотел уже начать колдовать, но ошибся и заглянул в смотровую щель. Проклятье подействовало молниеносно, сковав моё тело холодным ужасом. У меня не было возможности пошевелить даже мизинцем на ноге, все мысли путались, а кровь будто превратилась в лёд с острова Искр. Тёмный рыцарь неспешно, вразвалочку двинулся ко мне, оглушительно гремя своими доспехами. От него исходило злорадное удовлетворение, а так же неутолимая жажда крови. "Какой нелепый конец…" – меланхолично подумалось мне, когда исполинская туша нависла надо мной, подобно скале. Мою талию внезапно обхватили чьи-то горячие руки. Их тепло испепеляющим пожаром пронеслось по всему организму, заставляя кровь вновь бежать по жилам, голова прояснилась, а руки и ноги опять стали подвижными. Я, забыв о противнике, обернулся. Сзади, прижавшись к моей спине всем телом, стояла Сания. Глаза единорога были полны решимости умереть вместе со мной. Но жар, исходящий от неё, уже сделал своё дело. Булава опустилась вниз, но на её пути появился щит из яркого света. Это была не только моя магия. Мы с девушкой будто слились воедино, сообща борясь тёмной силе протикника. Щит превратился в клинок, пробивший закованного в сталь гиганта насквозь, будто нож масло. Сания, смутившись, отстранилась от меня на шаг, но я всё ещё чувствовал в себе отголоски её чувств… огонь её любви.– Спасибо, ты спасла мне жизнь, – еле выдохнул я.
– …
Она, залившись краской, открыла рот, чтобы ответить но сзади раздался грохот и рёв всепоглощающего пламени. Зал наискосок расчертила стена нереально-оранжевого огня. От него веяло чем-то иным, нежели всё доселе встреченное мной в этом проклятом месте, но оттого не менее опасным. Несмотря на то, что толщина этой преграды была всего несколько дюймов, что-то мне подсказывало, что попробуй я её преодолеть – от меня не останется даже пепла.
Следом за этим последовал знакомый дикий рёв, а так же вскрик Хины. Сквозь танцующие языки огня я умудрился разглядеть, что драконша с большим трудом избегает встречи с клинком Тии.
Что же происходит!? Ответ находился на балконе второго этажа. Там, опёршись двумя руками о невысокий бортик, стоял мужчина. Около тридцати лет, с невзрачным худым лицом, тонкими бесцветными губами и высоким лбом с залысинами. Пожалуй, если бы не рыжие короткие волосы и бородка клином того же цвета, то он бы и вовсе стирался из памяти в ту же секунду, когда перестаёшь на него смотреть. А ещё глаза – светло голубые, почти серые, они видели душу насквозь, пронизывали, будто бы шквалом ветра, выворачивали наизнанку твоё нутро и разбирали тебя на части. Одет незнакомец был в просторную чёрно-оранжевую мантию с огромными рукавами, ассоциирующимися у меня с птичьими крыльями. Хотя, почему незнакомец? Его статуя стоит в пантеоне Сейтира. Резец мастера-скульптора удивительно точно передал все черты этого человека. Сверху на нас смотрел никто иной, как – "Повелитель Загробной Жизни", "Рождённый в Огненном Вихре", "Карающий Грешников", "Отец Пламенного Легиона" и так далее – Лорд Азиерис собственный персоной. Бескровные губы бога скривились в не предвещающей ничего хорошего усмешке. Я моргнул, и он оказался уже на первом этаже, стоя в непринуждённой позе в трёх десятках шагов от меня. Его руки были спрятаны в широкие рукава, а лицо выражало нечто вроде досады. Так хозяйка смотрит на мешок пшеницы, в которой завелись черви. Сквозь рёв пламени донёсся полный страха голос Пирейне. Я инстинктивно повернулся и успел увидеть, как Падшая выталкивает в мерцающий портал Атраму и Хину. Тию драконша тащила у себя на закорках, так как её вырубила бывшая Чемпион Лейрис. При такой близости к богу никакие волшебные лекарства не помогут. Затем вновь перевёл взгляд вперёд, но Азиериса не было на том же месте. Теперь он находился в локте от меня, заслоняя собой весь мир. Как будто находясь во сне, я увидел его руку, покидающую рукав. Он отвёл её в сторону, будто собираясь сделать мне пощёчину.– Нет! – раздался отчаянный крик и вместо моей груди, его удар пришёлся в спину заслонившей меня Сании.
Девушку в прямом смысле сломало напополам, перебив позвоночник. Из-за чудовищной силы, её тело сбило меня с ног, и мы вместе отлетели к огненной стене. Её губы беззвучно прошептали что-то, а затем она погибла. Радужные глаза, посерев, погасли, и лишь одинокая капелька крови вытекла из носа.
А повелитель демонов вновь оказался в одном шаге от нас, но я совершенно не мог уловить его движения.
Мне ничего не оставалось, как зажмуриться и ждать неминуемого. БАХ!!! Зажмуриться было правильным действием – иначе бы меня ослепила вспышка золотого пламени. Между мной и Азиерсом появилась преграда, в которую и пришёлся удар. Пирейне, с крыльями из пламени, вынырнула из-за стены, оставив в ней большую брешь, встав между мной и богом. Того это ни капли не смутило, и он лишь с интересом наблюдал за развитием событий.– Как она?
– Мертва…
– Вот ведь ублюдок! Он знал!
БАХ!!! Преграда заметно погнулась. Наверняка Рождённый в Огненном Вихре мог сломать её куда быстрее, но почему-то медлил.– Что, не нравится!? – задиристо прошипела Пирейне, а затем обратилась ко мне. – Колдун, я могу дать вам лишь несколько секунд. Бери малявку и беги в портал со всех ног.
Она резко обернулась. Её лицо, освещённое сполохами огня, было серым от страха, но в то же время в ней чувствовалась решимость. Решимость довести начатое до конца. Чуть улыбнувшись в знак прощания, она аккуратно коснулась губами щеки Сании.
– Всё, проваливайте!
Я кивнул и устремился в прореху в стене, оставшуюся после Падшей. Сзади раздался ещё один "БАХ", а за ним звук лопнувшего стекла. К потолку взметнулись два вихря пламени – один золотой, другой оранжевый и по залу разнёсся голос женщины.
– В этот раз я не совершу ошибку и не сдамся вам живой!!!
Больше я ничего не слышал, так как меня встретила арка врат между мирами. Вокруг затанцевали знакомые звёзды и замелькали осколки с разными картинками.
Я покрепче прижал к себе безвольное тело Сании, так сильно напоминавшее марионетку с обрезанными ниточками.
Мы отправлялись домой. * * * Мой сон был полон каких-то несвязных отрывков. Он напоминал одеяло сшитое из множества разных лоскутов. Но радовало одно – кошмаром это назвать нельзя, что удивительно, ибо после прогулки по Бездне и увиденного мной там, только они и должны меня преследовать по ночам. Я мало что запомнил из этой сумбурной мешанины. Но некоторые сцены, смазанные и не всегда разборчивые, всё-таки остались в моей памяти. Огромный костёр, разведённый посреди поля, а вокруг него собралось толпа людей посмотреть, как на невысокой платформе Фламма исполняет завораживающий танец. Центральная площадь Сейтира, по которой кругами ходит величественный Трак-Сайри. Риппи, сидящая на высоком утёсе у подножья Хрустальных Пиков, звонко смеющаяся и подзывающая меня к себе. Старик Годфрид вместе с мэтром Алистеном и командором Жофрэем пьющие пиво из больших кружек и режущиеся в кости. Бесконечный луг, с которого взлетали мириады светлячков, освещённый багровой луной, вокруг которой плясали звёзды и кометы. Высокая пожилая женщина в фиалковом платье, стоящая в тёмном углу постоялого двора и таинственно улыбающаяся мне. Пирейне, рыдающая над разбитой колыбелькой. Держащие друг друга за руку Сания и Тия в одинаковых белых сарафанах, молча наблюдающие за мной безучастными, мёртвыми глазами. Это лишь малая толика того, что подкинуло мне уставшее сознание. Наверно стоит возблагодарить богов за то, что я не помню остального. Но, как бы то ни было, час пробуждения близок. Настаёт новый день и нужно подготовиться к тому, что он мне принесёт. * Даже сквозь тяжёлую беспокойную дрёму я ощущал сначала удушливую жару, затем пробирающий до костей холод, а потом стало тепло. Притом тепло, окутывающее меня, казалось живым, мягким и приятным. В нём хотелось раствориться и пролежать так вечность. Но по мере пробуждения возвращались и воспоминания. Зал с гигантским сердцем, лезущие из всех щелей демоны, тёмный рыцарь, огненная стена… мёртвое тело Сании, которое я до последнего сжимал в своих руках. Я резко выдохнул, тщетно пытаясь прогнать всплывшие в памяти картины, и окончательно проснулся. Вокруг царствовала ясная ночь, которая казалась ничуть не темнее дня. Луна только-только пошла на убыль, а звёзд было столько, что и за десяток жизней не сосчитать. Под спиной чувствовалась моя собственная куртка, а сверху на моей груди лежало нечто тяжёлое и тёплое, так же укрытое какой-то одеждой. Под голову некто заботливый подложил мне сумку, предварительно вытряхнув оттуда всё содержимое и запихнув штаны для пущей мягкости. Получилась вполне сносная подушка. Я пошевелился и из-под тряпья выпала тонкая ручка и несколько локонов серебристых волос. "Нет, быть того не может! Она же!.." – последнее слово не осмелилось произнести даже моё подсознание. Там, в Бездне, до меня ещё не до конца дошёл смысл произошедшего. Появление таких сущностей, как тёмный бог, обычно немного выбивает из колеи все ваши мыслительные процессы. Теперь же… Лежащий на мне человек пошевелился, заворочался, и на меня посмотрели мутноватые спросонья, но такие знакомые радужные глаза.– Эрик? Ты в порядке? – зевая, поинтересовалась Сания, сползая с меня. Девушка была совершенно нага, так как именно её одежда использовалась в качестве одеяла.
– Я… да… Но ты же?.. – сложно описать хаос, творившийся сейчас у меня в черепушке. Сотни вопросов носились туда-сюда, словно рассерженные пчёлы, у которых украли мёд.
– Со мной всё хорошо, – тряхнув ресницами, поспешила успокоить меня единорог, ни капли не стесняясь. Может это всё ещё мне снится? Или какой-то демон, забравшись в её тело, проник в наш мир. Да нет же, если бы выбраться из Бездны было так легко – нас бы давно заполонили.
Это была Сания. Живая, дышащая, разговаривающая, неизменно добрая и ослепительно красивая. Она словно уподобилась луне и сияла мягким, но таким завораживающим серебристым светом. Будто что-то внутри неё поменялось. Некая часть, которой ей раньше всегда не доставало, вернулась на место.
– Но зачем?..
– Когда я очнулась, тебя выворачивало наизнанку, затем ты упал и половину дня бился в горячке. А когда наступила ночь, стало холодно, и мне нужно было тебя как-то согреть, – объяснила целительница.